В каждой редакции, особенно небольшой газеты, есть друзья. Иногда такие, что и врагов не нужно.
Среди друзей есть немало, которые ходят в редакцию, как на работу, почти каждый день. А есть такие, которые "не почти". Есть такие, которых приходится отбривать на подлете к заветной дружбе - такие пиявки, что если сразу не сбросить, всю кровь потом выпьют.
Приходит в редакцию женщина немолодая: хочу, говорит, посоветоваться. Ну, давайте, посоветуемся, хотя, честно говоря, не люблю советы давать - гнилое это дело. И не люблю, когда мне со советами лезут. Но если есть такое желание, как откажешь посетительнице?
А она, доверительно заглядывая мне в глаза, начинает рассказывать, какие дрянные люди живут в этом городе. Она-де коренная сибирячка, чистой души человек, с большим уроном для своего чистейшего непорочного сердца вынуждена несколько десятилетий жить в этом убогом, бесконечно переселенном убогими же людишками городишке. Попала сюда много лет назад вместе с мужем военным. И не вырваться.
В глазах у этой страдалицы - такая мировая ненависть ко всему, что находится рядом с ней, что меня натурально начинает потряхивать, а в голове всплывает слово "сглаз", хотя я материалист и не верю в то, чего не было в институтском учебнике диалектического материализма 1986 года выпуска.
Сосед сверху у нее - форменный бандит. Топочет с шести утра своими огроменными ногами, не иначе ее убийство замышляет. А зачем еще в шесть утра топотать? Только ради убийства святого человека - соседки снизу!
А в соседнем подъезде живет змея в человеческом обличье. И язык раздвоенный - она сама видела. И эта змея под видом проведения музыкальных хоровых пений в местном ДК завлекает неокрепшие души и жалит своим раздвоенным языком. Поэтому все женщины пенсионного возраста здесь такие дрянные - змеиным жалом меченые.
Святая женщина сама бы ходила на хор, ибо голос у нее такой восхитительный, что Монсеррат Кобалье с Робертино Лоретти умывались бы завистливыми слезами, если бы хоть раз имели счастье услышать.
Тут берется пара нот пронзительным старушечьим голосом, и я понимаю, что в учебник диалектического материализма напрасно не включили раздел "ведьмы обыкновенные". Я бы была подготовлена к сегодняшней встрече.
Каких трудов стоило мне сначала из редакции выпроводить "святую женщину", а потом совсем отвадить, это тема отдельного поста. Впрочем, описывать это - значит вспоминать и обнажать не самые светлые стороны своей натуры.
Сейчас эта дама крайне неохотно посещает редакцию. Только если ей нужно подать объявление в газету. Холодно здоровается, когда встречает в городе или на каких-то общественных мероприятиях. Заметно, что я ей не нравлюсь. Но это меня совсем не напрягает. Значит, я вхожу число "дрянных людишек". Стало быть, ничуть на нее не похожа.
На фото - кадр из фильма "Дюплекс"
