Я только с дороги. Сутки провела в поезде. Поделюсь тем, что рассказала моя попутчица - миловидная женщина "под полтинник". Рассказ от первого лица.
Я окончила сельскую школу. В нашей деревне её не было вообще. Ходили в соседнюю, которая являлась центральной усадьбой нашего колхоза. 3 километра туда, 3 обратно. В любую погоду. И в дождь, и в снег. Это расстояние между деревнями было такое. А я жила в самом конце своей деревни, которая растянулась на километра полтора. Получалось, каждый день почти 10 километров топала. Ан нет, все 20!
Потому что у наших педагогов, с подачи руководства школы была странная привычка вызывать школьников "к пяти часам" чуть ли не ежедневно. Особенно это касалось активистов, типа членов учкома, комскомитета, к коим я относилась все годы учёбы. И генеральные уборки у нас назначались "на 5 часов", то есть к 17.00. Это было очень удобно самим учителям и большей части учащихся, которые проживали совсем недалеко от школы, в той же деревне или в интернате, рядом со школой. Там проживали школьники из дальних деревень или соседних районов.
Одноклассники всегда сами настаивали, чтобы даже пресловутая генеральная уборка проводилась "в пять часов". Сходив домой, переодевшись, пообедав и отдохнув, а иногда даже сделав домашнее задание, они снова не спеша приходили в школу. А у меня, бывало, времени не оставалось даже поесть спокойно. Снова надо было бежать в школу, ведь я, как уже говорила, жила дальше всех. И домашних обязанностей: натаскать воды, напоить скотину, натаскать дров и угля на завтра, отвезти на санках золу из печки на деревенскую свалку, сбегать в магазин за хлебом (тоже расположенным за километр от нашего дома) никто не отменял.
В старших классах из пяти сестёр рядом с родителями осталась я одна. Отец был инвалидом, передвигался с трудом. Вся тяжесть домашнего хозяйства в доме с печным отоплением и "скотно-птичьим" двором упала на нас с мамой. О проживании в интернате детей из нашей деревни вопрос никогда не стоял. Думаю, при желании, он был решаемый. В период моего обучения в школе дефицита мест не было. Помню, я даже однажды подняла этот вопрос перед родителями. Не разрешили. Мама может и согласилась бы, но отец сразу категорически сказал "Нет!". Он считал, что для девчонки проживание в интернате небезопасно. А о том, что ходить ходить туда-сюда помногу километров, частенько в тёмное время суток, куда опаснее, ему почему то в голову не приходило. Школьников из нашей деревни было раз и обчёлся и не все они были членами разных комитетов, как я. Часто приходилось бегать одной.
...Мне было шестнадцать. Однажды морозным поздним вечером я чуть не стала жертвой насилия. Вернее, стала, но дело не дошло до сексуального контакта. Бог спас меня. Но уже сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю, что отсутствие сексуального контакта в таких случаях никак не может означать отсутствие насилия. Столько лет прошло, но до сих пор об этом никто не знает. Жертва, то есть я, закинула всю эту грязь в дебри памяти. Поступи я иначе, стала бы посмешищем, не только среди одноклассников, а во всей округе. "Перемалывание косточек" дошло бы далеко до соседних деревень. И не уверена, что в этом не принимали бы участие даже некоторые учителя. И даже боюсь подумать, до какой трагедии всё это могло довести юную психику?!
...Помню, прибежала я тогда домой и юркнула под тёплое одеяло рядом с мамой. Она, лёжа на диване, смотрела телевизор. Отца дома не было, он дежурил по ночам на ферме. Сердце моё колотилось, но я очень постаралась, чтобы мама ничего не заметила. Видимо, мне это удалось. После этого случая перед отправлением в школу "к пяти часам" я каждый раз незаметно от других вкладывала в голенище сапог нож. Самый настоящий, кухонный. Слава богу, доставать из голенища его ни разу не пришлось. С ножом я чувствовала себя безопаснее. А случись еще что, и пришлось бы мне его достать, неизвестно к какой трагедии это могло привести. До конца школьных лет я каждый день несколько раз проходила мимо дома своего насильника. Это был сельский деградант, работавший скотником на ферме.
Я не люблю вспоминать школьные годы. И не хочу участвовать во всякого рода вечерах встречи. Если честно, из позитивного и нечего вспомнить.