Весь материал является актуальным и достоверным. История опубликована со слов и разрешения автора.
Жизнь городская и знакомство с Ольгой.
Здравствуйте. Меня зовут Сергей. Я сам из сельских парней, в городе жил только когда учился на автослесаря. Там и познакомился со своей будущей супругой. Она оказалась из многодетной, очень верующей семьи. После нескольких встреч, она представила меня её родителям, где я в серьёзном разговоре тет-а-тет, как на допросе заучено отвечал на бесконечные вопросы касательно религии, предъявил нательный крестик и «побожился» в своём крещении ещё в младенчестве, а также серьёзных намерениях и «ни-ни» до свадьбы в отношении Ольги (так звали супругу).
Через несколько месяцев я закончил обучение. По настоянию её родителей мы обвенчались. Пожили ещё пару недель на моём съёмном жилье, но срок аренды подошёл к концу и надо было решать вопрос с нашим дальнейшим проживанием. И тут же в нашей жизни начались странные моменты. После свадьбы, я планировал жить вместе с молодой женой у моих родителей: дом у нас был очень просторный, на два входа. Практически совмещённые два дома, через одну стенку. Но тут Оля очень удивила меня, сказав, что её родственники дарят нам новое индивидуальное жилище в одном из так популярных сейчас у «состоятельных людей» экопоселений. Правда, по их словам, домик находится в очень глухом месте, так что электричеством там пока плохо.
Я поначалу сомневался: посёлок находился в соседнем регионе за несколько сотен километров от моего родного дома, да и откуда у явно небогатых Олиных родителей такие деньги? Всё это попахивало каким-то розыгрышем, но совместными усилиями они всё-таки уговорили меня съездить и посмотреть «вариант».
«Лукоморье».
Съездил. Посмотрел. «Домик» оказался роскошной двухэтажной виллой, площадью эдак квадратов в 400, со своим садом, хоз. постройками, колодцем—всё из дерева. Не жизнь, а «Лукоморье» какое-то. Соседи, все как будто сплошь из 19 века: как по фасону одежды, (на всех мужчинах какие-то мешковатые штаны с рубашками-косоворотками. Женщины в сарафанах или блузах с юбками в пол. Видно, что всё натуральное и «хэнд маид»), так и по говору. Это так просто не передать, тут слышать надо. Все «акаут» и «окают», гласные тянут и ударения часто не туда ставят.
Оказывается, мою Олю, как её семью, все тут давно знают. На резонных вопрос откуда, пусть и очень скромную, верующую и старомодную, но всё же городскую девушку (столица нашего района хоть и не город федерального значения, но несколько сот тысяч населения имеет) знают в этом глухом, даже по меркам моей «дяревни», селе, она улыбаясь ответила, что отец её из староверов, а в городе живёт, чтобы «новую кровь в общину привести».
Нежданный сюрприз.
Вот тут я себя почувствовал «как в роли племенного бычка в плохом американском триллере». Отвёл Олю в сторону, и чуть ли не с истерикой в «ультимативной форме» спросил у неё, почему я эту информацию узнаю сейчас, только спустя несколько недель после свадьбы. А она на меня так смотрит искоса с прищуром, и вроде бы просто так спрашивает, копируя местную манеру разговора, а слова тяжело идут, будто приговор мне читает: Али не люба я тебе? И в глаза мне так пристально смотрит. Я смешался честно немного, а она вдруг весело рассмеялась и в щёку меня чмокнула, со словами, что ничего бы это не поменяло, и на всё воля Божья.
Потом оставила меня одного и пошла к своим местным подружками, с которыми, по её словам, она несколько месяцев уже не виделась.
Первым моим желанием, как сейчас, помню, было позвонить родителям. Н знаю почему, вот жил в груди какой-то иррациональный страх и всё тут. Ведь головой понимаю, что староверы хоть и весьма специфическая довольно закрытая социальная группа, но всё же не тоталитарная секта и в «жертву Богам», меня тут никто приносить не собирается.
С девятой попытки дозвонился до отца, в панике ему говорю, что меня мол привезли в какую-то глушь к полумифическим староверам, где не только интернета, но света походу никогда не будет до конца моих дней. нагородил я тогда в паники много чего, даже чуть не расплакался. Он меня внимательно выслушал, а потом как начнёт смеяться, да в голос, никак остановится не может. Слышу также мать на фоне заливается: у неё смех звонкий, не перепутаешь.
Сваты приезжали.
Оказывается, Егор Семёнович (Олин отец), с супругой приезжали ещё за пару месяцев до конца моей учёбы, когда наши отношения с Олей только развивались. Они честно всё моим родителям рассказали, кто они и откуда. Как позже я узнал у матери, отец, хоть никогда особо верующим и не был, такому знакомству очень обрадовался. Уезжая, родители Оли попросили на меня не давить: чтобы их дочку не по принуждению, а по воле сердца выбрал. А если что у детей сложится, чтобы Сергею ничего не говорили до поры до времени. Сам всё узнать и лично увидеть должен.»
Вот они с матерью всё на пару и молчали. Отсмеявшись отец сказал, что, если у меня какие мысли дурные в голове есть, чтобы я «расслабился и получал удовольствие», так как дом они наш также продают и переезжают вместе с матерью и младшими сёстрами (нас трое в семье) сюда в экодеревню. Правда на другой конец, «чтобы молодым глаза не мозолить».В это время как раз начало темнеть, Оля вернулась в сопровождении стайки подружек: таких же ширококостных и коренастых как она и затащила меня в «на вяранду, чаюшнячать». Где-то через полчаса к нам пожаловал местный староста (по совместительству двоюродный брат Егора Семёновича и Олин дядька—она его так и называла).
Разнарядка на жизненный уклад.
Я честно сказать, от обилия событий уже «немного поплыл» и мог только слушать и кивать. Дядька посмотрел на меня, усмехнулся в густую рыжую бороду и начал расписывать мою будущую жизнь по годам.Со скотиной мол они помогут, подъёмные на утварь «тожо дадуть», но, тут же пригрозил мне, чтобы я в свою очередь «когда на ноги подымуся не лодрнючал и не скволыжначал, и общине помогал пока сила в руках есть, ибо вместе мы едины и все под Богом ходим», тут все синхронно перекрестились двумя пальцами, и он продолжил: «Шобы в церкувь ходить не забывал и посты стоял, потому что тута иначе не принято», а когда Оля первенца даст, шобы крестил у нас по правильным традициям. А там ужо вместе всё сдюжим.У меня оставалось сил только кивать, да смотреть на Олю квадратными глазами. Про первенца я мягко говоря ещё не думал. Ну было у нас конечно не один раз, но я как-то упустил этот момент из виду, а Оля ничего не говорила, только каждый раз улыбалась.Когда староста и «подружайки» наконец ушли, Оля крепко обняла[В1] [В2] меня сказала мне, что уже на втором месяце. Вот тут мне почему-то очень сильно, в первый раз в жизни захотелось выпить.Магазинов в селе не было: как я позже узнал, община раз в неделю по очереди посылала в город «покупного» на грузовике, который и скупал для людей всё нужное по списку.В подвале дома обнаружилась какая-то крепкая настойка на ягодах, вкуса которой я даже не запомнил.
Охомутали, не отодрать уже.
С тех пор прошло уже два года. Понятия «аборт» в деревне не знают, хотя Оля п секрету призналась, что конечно женщин возят отцы или близкие родственники мужского пола на УЗИ в город, на ранних сроках. Но прерывают беременность только в редчайших исключительных случаях при наличии явных патологий у плода. Так что у меня уже двое, как по мне, так чересчур подвижных и активных детей: мальчик и девочка, а Оля уже беременна третьим. Обеим бабушкам, на радость. После переезда мама удивительно быстро встроилась в местное общество, а отец так и вообще, благодаря своему плотницкому навыку, стал чуть ли не вторым человеком в деревне.Все мы живём очень простой и честной жизнью: много работаем, но как ни странно и имеем не мало. У общины своё поле в несколько сотен гектаров, парк сельскохозяйственной техники, где я как пришёлся к месту, а также и большое количество различных с\х производств, начиная от пчеловодства, заканчивая разведением бычков на мясо.
Деньги есть, вот мы и держимся.
Общая прибыль делится примерно на три равные части, как здесь говорят: на посев, на прокорм, и в кубышку. Примерно треть идёт на текущие хозяйственные нужды, треть откладывается на различные форс-мажоры и крупные покупки (по типу недавно приобретённого новенького трактора), а треть раздаётся жителям общины.Как ни странно, но всем с избытком хватает, да и тратить деньги, после того как полностью обустроил свой быт и купил машину, особенно не на что. Так что волей-неволей, уже добровольно вкладываешь в общину: церковь там подновить, или скинуться с соседями, да купить новейшие компьютеры и проектор в местную библиотеку.Хотя люди здесь и весьма религиозны (чего я очень боялся—не переношу фанатизма в любом проявлении), но особых порицаний к «мирянам» нет. Ходишь в церковь раз в неделю, да и слава Богу.
Просто хорошо на душе.Никогда не думал, что такая «крепостная» жизнь будет по мне, но похоже отец был в очередной раз прав, и все мы здесь нашли своё счастье.
На канале публикуется только актуальный и уникальный контент, который подбирается из непосредственного общения с авторами по скайпу или через социальные сети.
Если вам по душе наша работа, ставьте лайк и подписывайтесь на канал, заранее благодарим.