Самая неблагодарная работа. Когда-то была самой престижной (во времена СССР). А сейчас стала сплошь забюрократизированной и заваленной ненужными бумагами. Мы (офицеры границы) стали чем-то средним между офисными клерками, преподавателями в техникуме и обычными солдатами.
— Сколько вам лет?
— 26.
— Как вы пришли в эту профессию?
— После школы поступил в один из пограничных институтов России. После окончания по распределению попал в тот регион, в котором и продолжаю служить.
Вплоть до 11 класса долго не мог определиться с выбором профессии и в начале одиннадцатого класса отец предложил, так сказать, стать военным, рассказал про хорошие зарплаты, квартиры и ранний выход на пенсию. Ну меня всё это заинтриговало, и я начал весь год готовиться: начал заниматься ФП (физическая подготовка), учить нужные предметы и проходить соответствующие проверки.
Ну, грубо говоря, весь период одиннадцатого класса у меня ушёл на те или иные проверки, заполнение бумажек, предоставление документов. Плюс наижесточайший медосмотр, полиграф, психолог, всякие многочасовые тесты.
Предметы сдаёшь в зависимости от того факультета, на который поступаешь. На юридический нужны были история, русский, общество.
— Почему именно пограничник?
— Отец предложил именно в этот институт, так как один старый военный сказал, что это очень престижный военный ВУЗ.
— В чём его престижность?
— Любой военный ВУЗ оценивают по его выпускникам. Ну и наши выпускники достаточно хорошо зарекомендовали себя в течение некоторого времени. Хорошая подготовка, дисциплина и т. д. Много факторов.
— Насколько изменилось ваше представление о службе после того, как поступили в пограничный институт?
— Не думал, что будет жёстко. Строго.
— В чем заключалась строгость и жесткость?
— Сумасшедшие утренние пробежки в берцах. Не зарядка, а разрядка, по ночам первое время ноги сводило. Недостаток сна вечный. Еда далеко не самая сытная и вкусная. Особенно первые три года. Любые косяки в первое время — остаёшься после отбоя драить полы. Жесткие требования к форме одежды: обязательно должна быть чистая подшива каждый день, то есть ее нужно перешивать ежедневно, чистые и начищенные берцы, строго портянки, а не носки.
Постоянные спортивно-массовые работы в виде изнурительных пробежек. Уборки территорий до блеска. Долгие, бесполезные построения, от которых начинают уставать ноги. Утром очередь 150 человек на три душа. Соответственно, успевай быстро мыться, иначе будут ждущие ребята очень недовольны. То же самое с раковинами — большая очередь на них, за одной могут мыться, бриться, чистить зубы три человека. Должен быть постоянно выбрит, подкантован, коротко подстрижен.
Много нарядов различных, в которых мало спишь и много работаешь. Самые сложные наряды были дневальные и по столовой. Нас драли за порядок сильно. Заставляли перемывать, могли снять с наряда за какую-нибудь пыль или холодный чай, и ты мог попасть на «орбиту» — несколько раз подряд заступать в этот же самый наряд. Ситуацию усложняло, если в наряд заступаешь с какими-нибудь дебилами или проё*щиками, которые не хотят много работать. Отсюда косяки в наряде, которые могут привести к тому, о чем я уже говорил, или конфликты и постоянная напряженность. Поэтому люди старались заступать в наряды «командами», ну то есть с теми, с кем дружили.
Помимо всего этого ещё учеба была. Времени на самоподготовку не хватало. Приходилось после отбоя ещё часа два-три доучиваться. Если стоял в наряде — твои проблемы, догоняешь материал, переписываешь конспекты у товарищей. Были ещё чистки овощей, как правило, с вечера и до глубокой ночи, в зависимости от объема продукции. А потом всё с начала — зарядки, утренние водные процедуры, утренний осмотр, столовая и занятия.
— Что из того, чему вас учили в институте, пригодилось вам в службе и жизни?
— Во-первых, профильные предметы, узконаправленные, в любом случае нужны были, теория позже закреплялась практикой. Физическая подготовка по началу, правда, потом я уже начал сам заниматься дополнительно. Приобрёл хорошую физическую форму. Что ещё — характер закалялся. Те проблемы, которые многие считают проблемами, для меня стали ерундой. Научился меньше спать и больше работать, выдержка увеличилась. Научился стрелять хорошо, приводить оружие к нормальному бою. Научился подчиняться - это обязательно. Терпеть дебилов.
— Как были выстроены взаимоотношения в коллективе? Бывали ли конфликты?
— Да, конечно. Постоянно. Ты постоянно выживаешь, находишься в атмосфере конфликта и на пределе нервов.
Были и драки. Особенно много до третьего курса. Потом тупо за это взялись и начали отчислять. Благо я с драками завязал на третьем курсе
В плане взаимоотношений — в любом случае были микрогруппы в коллективе, и каждый общался в «своём» кругу.
— Вы с «дедовщиной» на учебе сталкивались?
— Нет, такого не было. В институте нет дедовщины.
— Каковы были ваши ощущения, когда попали из ВУЗа непосредственно на службу?
— Было непривычно ощущать себя офицером в первое время. Были и сейчас есть подчинённые вдвое старше тебя. Поначалу это было диковато. Они старше тебя, опытнее, больше знают, а ты должен ими руководить. Хотя поначалу у них и учились всему. Ну и гораздо больше ответственности, чем когда был курсантом. А ещё намного меньше свободного времени, но, когда был курсантом, считал, что по времени не хватает, и по выпуску его будет больше, что было большим заблуждением.
— Но вы знали, чем будете заниматься?
— Нет. Ожидания сильно не совпадали. Как после школы, так и после института.
— Чем же вы занимаетесь?
— Я заместитель начальника. В основном моя работа — это бумаги, отчеты, занятия с личным составом, проведение различных мероприятий, инструктажей, контроль за службой подчинённых и т. д. В службе я редко участвую.
Грубо говоря, я отношусь к руководству, а оно здесь организует весь процесс, чтобы эта военная машина работала исправно и не ломалась.
— Что вас больше привлекает: работа с бумагами или непосредственно служба?
— Меня раздражает работа с бумагами, это целая проблема. Она всех уже до ужаса достала. Мы превратились в офисных клерков. Я бы лучше руководил, читал бы материал, приказы, учил бы людей и просто совершенствовался в своей деятельности. А у нас вместо этого огромное количество ненужных и никчемных бумаг, отчетов. Но это зависит ещё и от местного руководства в том регионе, где ты служишь. У нас оно одно из лучших, образцовое, поэтому здесь развели весь этот шлак. В других регионах бумаг поменьше, правда не во всех, но где-то гораздо меньше.
— А вы участвовали в непосредственной службе?
— Да, конечно, сегодня, вчера. Именно под службой я подразумеваю наряды. Мы тоже ходим в наряды. Но меньше, чем подчинённые, у них только наряды, у нас наряды — это как факультатив.
— Что можете сказать о вашем участке границы?
— Достаточно сложный. Часть границы идёт по горному участку, часть по равнине относительной, часть по реке.
— Какой участок границы России считается самым сложным, а какой самый «лёгкий»?
— Тяжело сказать. Можно только предполагать.
Везде свои особенности. Сейчас напряженная обстановка на границе с Украиной. На границе с Китаем тяжело, потому что там заставы старые, необорудованные, условий нет, до ближайшего населённого пункта далеко. На границе с Казахстаном, потому что участки, как правило, очень длинные. Дальний Восток и Забайкальский край, в целом, очень плохо оборудован, мало условий.
Финны хорошо охраняют границу. У них и снегоходы есть и хорошая техника. И система охраны границы, в целом, налажена. Лучше с местным населением отношения построены. У них, например, человек, который живет возле границы, получает деньги, за то, что он, например, косит траву на границе, которую он же потом даст своей скотине. Зато, если он кого-то постороннего увидит, он в любом случае доложит об этом руководству. Они даже не платят какие-то налоги. Есть определённые привилегии за то, что они живут возле границы. Да и в целом, у финнов граница хорошо прикрыта технически, везде камеры и т. д. Причём хорошие.
Я служу в одной из бывших стран СНГ. РФ заключили с этой страной, если ее, конечно, можно так назвать, международный договор, по которому мы помогаем ей охранять границу с сопредельным государством, с которым у этой «страны» определенные «тёрки» (обратите внимание на это).
— Что можете в целом сказать об оснащенности границы? Какие технические средства используются?
— Везде по-разному, могу сказать про некоторые новшества у нас, так как у нас граница считается хорошо оснащённой.Про старые системы говорить не вижу смысла, потому как можно любой фильм про пограничников посмотреть, там всё показано.
Про современные тех. средства могу лишь сказать, что стоят они нереально огромных денег, несмотря на то, что ничего и особенного в них нет. Сейсмические датчики, которые могут определить направление движения, пешеход это был или машина. Время движения. В онлайн режиме. Ну и ещё различные оптические ночные и дневные средства дальнего наблюдения.
— На конях ездите?
— Нет, на нашей заставе нет лошадей. На соседней есть. У нас типа «полугорная», если так можно сказать. Ну и хорошо, от них одни проблемы.
— Какие?
— Основная заключается в том, что с ней могут упасть солдаты, травмироваться, а это ещё больше проблем. Могут серьезно травмироваться. Лошади бывают дурные. Плюс они дохнут. А это деньги в кассу с начальника.
— Как у вас с заработной платой, каковы в целом условия службы в подразделениях?
— В целом, хорошие, но это у нас в регионе так. Не везде так. Есть также дома на территории застав. Квартиры, мебель, кондиционеры, телевизоры, правда, некоторая часть из этого уже не работает. Навесные потолки даже есть. Зарплата хорошая, выше чем в России, в зависимости от должности. Начальник заставы здесь получает примерно 135-140. Заместитель 125-130. Здесь из-за ЗП в основном и служат.
— Частенько ли на вашем участке возникают тревожные ситуации?
— Я здесь послужил на нескольких заставах или отделениях. Пару лет назад всё было гораздо хуже.
Мы за месяц ловили 200-300 нарушителей. Это была самая активная застава, наверное, в России и СНГ в целом. Просто сумасшедший дом какой-то был. Не успевали оформлять
Сейчас в связи с определёнными обстоятельствами задержаний стало гораздо меньше. Почему и сколько, сказать не могу.
— Как в целом происходят задержания?
— Были и убийства, и похищения, и измена Родине. Тут многое происходило. Наряд сидит, как правило, укрывшись в лесочке, кустах, используя другие складки местности. Или, если это другой вид наряда, то патрулирует местность и ждёт, когда к нему выйдет нарушитель. Либо, когда тревожная группа приезжает к месту сработки сигнализационных средств и обнаруживает там нарушителя.
— Что вы можете сказать о нарушителях в целом?
— Да в целом это те же хозбытовики (лица, нарушающие границу с хозяйственно-бытовыми целями). Либо те, у кого нету документов на пересечение ГГ в пунктах пропуска.
— Есть ли наиболее запомнившиеся случаи?
— Расскажу один очень интересный случай, из-за которого чуть не произошёл международный скандал. Есть даже видео на ютубе. Я даже какое-то отношение ко всему этому имею, но косвенное.
В общем, ситуация следующая: есть здесь пункты пропуска через ГГ (государственную границу), на них работаем мы и, соответственно, представители погранохраны здешнего государства. То есть осуществляем пропуск совместно. Правда по факту они нихрена не делают, курят бамбук, а всю работу, в том числе по проверке документов и досмотру, выполняем мы. Мы — российская сторона. И вот. Произошёл один такой интересный случай.
Спецслужбы сопредельного государства каким-то образом заставили, я не знаю под каким предлогом, но будем считать, что заставили, так как ходит много слухов, гражданина своего государства прийти к нам на пункт пропуска и начать тут скандалить, устраивать конфликт. Оскорблять наших «коллег», вести себя вызывающе, в общем. Но перед этим они на своей территории поставили камеру, незадолго до этого случая.
В итоге, один из наших «коллег», представителей погранохраны той страны, которую мы помогаем им охранять, достал пистолет, перешёл границу и прям на их территории застрелил бедолагу. И это всё было снято на камеру. После чего приехал спецназ сопредельной стороны, было много различных структур. Была очень напряженная обстановка на тот момент. Была вероятность, что родственники погибшего могли прийти и тупо всех нас расстрелять. Тут кровная месть ещё до сих пор есть.
На той территории и Российские флаги потом жгли, и митинги устраивали, и Евросоюз постоянно приезжал. В общем, вначале инфу подали таким образом, что будто бы это наш пограничник его застрелил. Но позже всё-таки написали, что это сделал представитель ПС (пограничной службы) этого государства. Было потом ещё много шумихи. Мы всё ждали, что на нас могут напасть с той стороны.
— Как вы в целом относитесь к нарушителям?
— Смотря к каким, они ведь тоже разные бывают.
Есть наглые, дерзкие. Есть спокойные. Есть кто идёт туда по нужде. У кого родственники больные. Или сам чем-то болеет. А идёт туда, потому что там медицина в разы лучше
Как-то с пониманием отношусь.
Был даже один случай: Поймали мы одну женщину, выглядела она очень бедно и измученно. Ну и после фильтрации (это когда допрашиваешь людей, проводишь опрос и т. д.), я выяснил, что у неё нет мужа, она одна содержит 3-4 ребёнка (точно не помню) и больную мать. И вроде даже не работала нигде. Была практически на грани выживания. Мне стало ее очень жалко, и когда мы ее уже собирались отвозить, я достал из кармана несколько тысячных купюр и просто всунул ей и быстро ушёл, чтобы она не смогла мне их вернуть, пока бы поняла, что произошло.
— Вы помните какие-либо особенно агрессивных нарушителей?
— Ещё одна интересная история. В общем. Я был ответственным в тот день. Обычный день. Осень. Тут дежурный докладывает, что на границе, на участке с условным наименованием, допустим, «зелёное болото» наряд задержал неизвестного. Ну, в общем, я в качестве старшего поехал его забирать для конвоирования в подразделение.
По прибытии на участок старший наряда с рассечением на лице докладывает мне, что данный товарищ оказал сильное сопротивление, бросался с кулаками, пытался выхватить автомат. В итоге они дали ему хороших *издюлей, скрутили и связали.
И старший наряда достаёт и показывает какой клочок бумаги. Мол, указанный тип, после того, как понял, что ему деваться некуда, пытался избавиться от этого свертка. Выкинул его, но это заметил наряд и подобрал свёрток. После чего нарушитель начал уговаривать, почти умолять наших, чтобы те избавились от этого свёртка.
Но такие вещи не проходят у нас. Я доставил его и этот свёрток на заставу, доложил начальнику обо всём. В итоге были вызваны дополнительно представители органов безопасности союзного государства и проведены следственные действия с камерой, с понятыми и прочим. Под определёнными манипуляциями он признался на камеру, что это его свёрток. Но сразу скажу, что мы не занимаемся подкидыванием подобных вещей, никогда такого не было и не будет. Это вообще не наша подследственность.
Нам главное, что мы задержали его, а что у него там, нам не прибавляет особо никаких плюсов. Этим занимаются другие органы. Дальнейшую судьбу этого человека я не знаю, но знаю, что в итоге экспертиза показала, что в этом свёртке была наркота, какая именно — не помню, вроде бы растительного происхождения.
— Вы когда-либо применяли оружие или грубую силу к нарушителям?
— Нет, не приходилось ни разу.
— Готовы ли вы умереть за свою Родину?
— Вот это вопрос. Тяжело однозначно на него ответить. Учитывая многие факторы, сколько дебилизма военного я постоянно встречаю. Скажу так.
Если на нас нападут, я не струшу, буду воевать и отстреливаться до последнего патрона. Но всё же постараюсь выжить
— Что -то особенно ценное пытаются перевозить (антиквариат тот же)?
— Нет. Местное население очень бедное. В основном идут для получения медицинской помощи и для посещения родственников на той стороне.
— Какие лайфхаки вы можете дать людям, пересекающим границу, и тем, кто хочет перейти границу в неположенном месте?
— Я хочу дать один лайфхак — лучше этого вовсе не делать. Вы можете изрядно испортить жизнь многим людям, если вы «продырявите» чей-то участок.
Законно можно пересечь границу только в пунктах пропуска. Советую лишь стараться не мешать сотрудникам пограничного контроля во время паспортного контроля, не вертеть головой, снимать очки, головные уборы. Не спрашивать, почему задают столько вопросов и т. д. И если большая очередь, постарайтесь вести себя цивилизованно.
— На пунктах пропуска также ничего интересного не находили?
— Находил: патроны, порох, поддельные документы.
— Как вы думаете, то, что пограничная служба в ведении ФСБ — хорошо или плохо?
— Плохо.
— Почему?
— Бумажной работы стало в триллион раз больше, что породило дичайший формализм.
— А как вы относитесь к тому, что нет срочников?
— Всё-таки они нужны. Хотя бы какая-то часть. Много работы нужно делать по поддержанию порядка.
— Контрактников не хватает?
— Трудовой кодекс, 8-часовой рабочий день, выходные и бла-бла-бла. А работы немерено. Поэтому офицеры буквально живут на работе. А прапорщики в основном работают по восемь часов в день.
Но везде есть свои исключения. Я считаю, что и жить на работе, как мы — тоже неправильно. Всё своё здоровье здесь оставляем, нет личной жизни, свободного времени мало. Я до сих пор поэтому ещё и не завёл семью.
— Есть ли какие-то плюсы в том, что ПС находится в ведении ФСБ?
— Мне кажется, что это из-за этого и стало лучше наше финансирование и повышение з/п.
— Вы сталкивались с оперативным составом ФСБ? Что можете в целом сказать о них?
— Я частично отношусь к этому. То есть тоже занимаюсь этой работой. А так, да, сталкивался, конечно. Много бумаги. До невозможности много бумаги и маленькая з/п у них. Вот и всё. Ну и работают они также, без выходных и проходных.
— В какой силовой структуре РФ сейчас комфортнее всего служить?
— Комфортнее, может быть, не совсем то слово. Тут зависит от того, что тебе самому нужно. Деньги, адреналин, безопасность, романтика, тепличные условия и т. д.
— Что может дать пограничная служба из этого?
— Есть разные подразделения ПС. Есть заставы, есть пункты пропуска, есть ОМД (отдел мобильных действий).
В принципе, если рассматривать в целом, то в ПС, можно найти всё перечисленное.
— Как физически подготовлены пограничники?
— Вот тут прям от каждого человека индивидуально зависит. Есть те, которые и пробежать и подтянуться не могут. А есть, которые и подтягиваются по 40 раз и бегать километр за три минуты и меньше.
— Те, кто не могут подтянуться, не отсеиваются?
— Да нет. Кадров не хватает. Просто лишаются премии.
— Как достигается карьерный рост?
— Упорным ежедневным трудом. Терпением. Титаническим терпением различных военных дебилов со снарядом в голове.
— Как служба ограничивает человека?
— В моем случае я не могу должным образом посвящать время спорту. Чтению интересных книг, изучению психологии, не могу нормально выспаться. Выезжать куда-либо за границу. Или просто в любой момент вырваться куда-нибудь и отдохнуть. Но плюсы есть.
— Не жалеете о выборе?
— Думаю, что нет. Много чего повидал, много с кем познакомился. Помог родителям купить дом, машину. Сестре — доучиться, оплатить учёбу, квартиру и т. д.
— Как семья относится к вашей работе?
— Очень положительно. Ну они не знают, с чем мне приходится постоянно сталкиваться, и что я.ю кроме своей работы, больше ничего и не вижу.
— Как часто вы бываете дома?
— Два раза в год. По месяцу.
— А сейчас вы живете на заставе или в городе?
— Я живу на заставе. За пределы военного городка просто так нельзя выходить. Только по служебной необходимости. В магазин один раз в сутки можно выйти. Вокруг маленькая деревня.
— Какие жилищные условия у вас на заставе?
— В целом, хорошие, обставленные всем необходимым квартиры. Есть своя столовая. В квартирах всё, что нужно для заселения, есть. Можно ничего не докупать.
— Какие-то развлечения для вас возможны?
— Никаких нет, абсолютно. Единственное, могу слушать музыку в ВК, пока отрабатываю какие-нибудь бумаги. Фильм иногда посмотреть онлайн. В ютубе полазить.
— Как вы изменились после того, как стали служить в пограничной службе?
— Стал более жестким, черствым к чувствам людей, более решительным, ответственным, но и более агрессивным (нервы уже не те). Ну и организаторские способности, более-менее, какие-то появились.
— Как вы относитесь к фильмам и различным видео про пограничников? Не врут ли они?
— Не сказать, что все они врут. Но везде очень много идеализации многих вещей, приукрашивания и т. д.
Ну смотрите. Если судить по тому же интервью. Лжи я там не заметил. Но просто очень сильно приукрашивают или идеализируют, или даже придают оттенок романтичности всему, что касается службы.
Так и в фильмах. Там же постоянно если пограничники, то по-любому они ловят каких-нибудь террористов или опасных преступников. Хотя такое прям единичные случаи. Есть места, где вообще по 15 лет никто не нарушал границу.
— Для вас это работа или служение людям?
— Работа.
— Как вы считаете, что самое главное для пограничника?
— Знать хорошо местность на границе. Уметь вовремя и грамотно применить оружие.
— Каковы плюсы и минусы работы на границе?
— Плюсы — зарплата. И всё.
Минусы же: ненормированный рабочий день, постоянная напряженность, ожидание, что в любой момент можно подорваться по какой-нибудь команде по тревоге. Топчешь грязь и говно на границе, мокнешь, мёрзнешь. Никуда особо не выйдешь, практически нет развлечений.
— Если не пограничник, то кто?
— Психолог.
— Какие советы вы дадите тем, кто хочет связать жизнь с охраной границы?
— Я бы обратил внимание на девушку/жену/семью. Готовы ли они жить не в самых приятных и комфортных местах, терпеть многие тяготы и лишения службы на границе. Или же всё-таки не стоит. А если семьи/девушки/жены ещё нет, то стоит призадуматься над тем, что уже служа на границе будет гораздо сложнее найти себе достойную спутницу жизни, тем более ту, которая согласится на всё это.
И да. Если вы рас*ездол, безответственный, ленивый, любитель халявы, со скверным и сложным характером, любитель много и/или часто выпить, шататься по клубам, не умеющий подчиняться, то не советую вам идти в погранцы.
— Что вы хотите сказать людям, которые могут прочесть это интервью?
— Десять раз подумайте, прежде чем выбирать военную карьеру. Ожидания не всегда соответствуют реальности.