В юридической сфере я пребываю достаточно давно и понимаю, что если бы все исполняли законы, нам, юристам, делать было бы совершенно нечего. Но в последние годы я стал замечать тенденцию, когда стороны договора (по крайней мере одна сторона), очевидно, заключали его вовсе не для исполнения, а для возможности обмануть друг друга. При этом часто речь идет вовсе не о миллиардах. Тем не менее налицо саботаж и деловая недобросовестность. Будто бы люди живут одним днем, и это зло к ним никогда не вернется. Подвох часто таится в условиях договора, когда заранее закладывается возможность шантажа. И это в действительности мало похоже на козырь в рукаве, в лучшем случае это – кот в мешке. Но самое неприглядное в том, что когда дело доходит до суда, правовая «медицина» порой оказывается бессильной перед подобным произволом. Например, в случае наличия арбитражной оговорки, когда решение спора отдается полностью на откуп третейского суда. А такие суды чаще всего создаются не для правосудия, а для возможности покрывать одну из сторон. Одним словом, в непростое время живем, когда знаменитое «купеческое» слово обесценилось, и бизнесмен может рассчитывать только на свою осмотрительность. Ну, и на толкового юриста, который не даст появиться на свет такому ненадежному договору.
В юридической сфере я пребываю достаточно давно и понимаю, что если бы все исполняли законы, нам, юристам, делать было бы совершенно нечего. Но в последние годы я стал замечать тенденцию, когда стороны договора (по крайней мере одна сторона), очевидно, заключали его вовсе не для исполнения, а для возможности обмануть друг друга. При этом часто речь идет вовсе не о миллиардах. Тем не менее налицо саботаж и деловая недобросовестность. Будто бы люди живут одним днем, и это зло к ним никогда не вернется. Подвох часто таится в условиях договора, когда заранее закладывается возможность шантажа. И это в действительности мало похоже на козырь в рукаве, в лучшем случае это – кот в мешке. Но самое неприглядное в том, что когда дело доходит до суда, правовая «медицина» порой оказывается бессильной перед подобным произволом. Например, в случае наличия арбитражной оговорки, когда решение спора отдается полностью на откуп третейского суда. А такие суды чаще всего создаются не для правосудия, а для возможности покрывать одну из сторон. Одним словом, в непростое время живем, когда знаменитое «купеческое» слово обесценилось, и бизнесмен может рассчитывать только на свою осмотрительность. Ну, и на толкового юриста, который не даст появиться на свет такому ненадежному договору.
