Хотя хотелось бы, чтобы мечта. Тяга к лучшему…
Нет.
Верю в мечту, как в повод, как в средство — нет. Мечта слишком абстрактна. Когда-то потом, что-то такое, непременно со мной…
А что конкретно-то?
Ну что-то очень большое и хорошее.
Короче, сплошная лирика. Причем абстрактная лирика.
В отрицании мы гораздо более конструктивны. «Не хочу» мы формулируем очень точно.
НЕ хочу голодать.
Значит, найдем способ обеспечиться какими-нибудь продуктами. Пусть даже с чужого огорода.
НЕ хочу быть без крыши над головой.
Дом купим, шалаш построим, на вокзале прикорнем, в теплоузел заберемся.
НЕ хочу, чтобы меня били.
Отчего пойдем в секцию бокса, дзюдо или бега. Ну чтобы или сдачи дать, или быстро-быстро убежать.
Все очень конкретно и понятно. НЕ — не как что-то потом и обязательно в лучшем виде, а то, что надо, и теперь.
Было бы очень неплохо подобную конкретику перенести в область мечтаний (к чему я еще вернусь).
Или хотя бы напугаться. Как следует напугаться. В смысле напугать самого себя своими перспективами.
Очень помогает, рекомендую. Особенно в юности.
Что для этого надо сделать?
Ничего особенного. Прийти домой, сесть где-нибудь в уголке и внимательно посмотреть по сторонам: направо, потом налево, потом вверх, вниз… Так спокойно, не спеша, отмечая пятна на обоях, поцарапанную полировку на мебели, истертую обивку на креслах. Имеет смысл заглянуть в холодильник, где, кроме трех яиц и уксуса, шаром покати. Проверить заначку с пятьюдесятью рублями до получки… И понять, нет, даже не понять, прочувствовать, что через двадцать лет вы будете жить здесь же и так же. С теми же обоями, мебелью и пустым холодильником.
Почему, объяснять не буду, уже объяснял в начале книги.
Но то, что будете, — точно!
Что, не хочется здесь и так же всю оставшуюся жизнь? Не хочется, как родители?
Большинству не хочется.
И даже тогда не хочется, когда евроремонт, евромебель, в холодильнике трехлитровки черной икры, а в заначке полмиллиона баксов. Все равно не хочется, как родители. Скучно, как родители. Хочется чего-то другого, незнакомого, более интересного.
Только не будет другого. Будет то, что будет!
О чем вы догадываетесь, но чего не хотите принять.
А вы перенеситесь лет так на десять-двадцать вперед и прикиньте, кем вы станете. Только по-честному.
Ну, что увидели?
Черный «Мерседес», пятиэтажная вилла на берегу не нашего моря…
Нет, так не пойдет, я ведь просил по-честному. Исходя из унаследованных генов, социального круга, способностей, финансовых и прочих возможностей. Исходя из реальных предпосылок.
Ну вот уже и нет «Мерседеса», есть подержанный горбатый «Запорожец», и дача не в пять этажей, а в один, размером, архитектурными формами и материалом напоминающая большой дощатый сортир. А вон и вы в рваной футболке с граблями в руках сгребаете мусор.
Эта картинка уже ближе к истине.
Да, лет через десять-пятнадцать примерно так все и будет выглядеть.
Ну что, не стало страшно?
Стало.
Значит, у вас появился шанс на изменение вашего будущего. Чего я и добивался. Потому что страх, в отличие от мечты, очень конкретный стимул, заставляющий действовать, а не парить в небесах.
Не надо тебе того «Запорожца» и той сараюхи?! А раз не надо, так давай начинай, шевелись, действуй! Иначе…
Иначе сам знаешь, что будет!
Или будет еще хуже.
Гораздо хуже.
Или пусть даже лучше. То есть вместо подержанного «Запорожца» — «почти новый» «Москвич-401», вместо дачи из досок — дача из бэушных железнодорожных шпал…
Что — большая разница?
Или вы считаете, что я в своих прогнозах немного преувеличил? Насчет «Запорожца» и шпал?
Может быть…
Но тогда очень правильно сделал, что преувеличил! Тут тот случай, где лучше пересолить, чем недосолить. Лучше сконцентрировать картинку, чем тешить себя иллюзиями. Лучше испугаться будущего, чем надеяться, что все у вас будет замечательно само собой.
Не будет. Даже если очень сильно того желать.
Даже если только этого и желать.
Не будет!
Как у того старого еврея, который всю жизнь надеялся на чудо, всю жизнь молил бога, чтобы выиграть ему в лотерею. Так истово молил, так плакал-убивался, что даже ангелы не выдержали.
— Ну дай ты ему выиграть, — попросили они бога. — Ну ведь смотреть страшно, как он мучается!
— Да я-то что, — ответствовал бог. — Да разве я против? Да сколько угодно! Только скажите ему, пусть он лотерейный билет купит. Хотя бы один раз…