Деннис Нейтан Кейн передал документы главному инспектору Минюста США, а также разведывательным комитетам Палаты представителей и Сената. В документах содержатся материалы, касающиеся сделки по приобретению «Росатомом» компании Uranium One.
Ее проведение сопровождалось солидными пожертвованиями в фонд Клинтонов и нарушениями, которые ей инкриминируют. Находясь в должности госсекретаря, Клинтон скрыла передачу одной из ветвей ее фонда более двух миллионов долларов.
Будучи на госдолжности, она была обязана раскрывать сведения обо всех поступавших ей средствах, однако, сославшись на то, что организация-получатель находилась под юрисдикцией Канады, чье законодательство запрещает разглашение сведений о доноре, она ушла от ответа. И это лишь один пример.
Из документов, которые Кейн передал в надзорные органы, следует, что не только федеральные служащие, но и ФБР, которое тогда возглавлял Мюллер, должным образом не провели расследования по раскрытию коррупционных схем, задействованных при сделке по продаже Uranium One.
Следует отметить, что таких людей как Кейн называют специальным словом «whistleblower», что буквально означает человека, ставшего свидетелем преступления или получившего сведения о противозаконной и общественно вредной деятельности и обнародовавшего эти сведения.
Таким людям полагается легальная защита, существует даже соответствующий федеральный закон, принятый в 1989 году. Однако на примере Сноудена можно убедиться, что грань между статусом whistleblower’а и предателя родины, разглашающего гостайну, весьма тонка.
Случай с Кейном это в очередной раз подтверждает – несмотря на всю открытость и прозрачность, на изобличителей оказывается такое давление, что мало кому захочется оказаться на их месте. После того, как он передал документы агентам, они еще в течение шести часов проводили у него обыск.
В данный момент адвокат Кейна говорит о «вопиющих нарушениях», а консервативные СМИ оказывают им информационную поддержку. Целевая аудитория этой истории тем временем крепко задумалась, есть ли им что предложить к чаю людям в штатском, когда те решат заглянуть к ним.
