Когда я собиралась уходить, меня остановили чуть ли не на выходе несколько поклонников, для того чтобы я оставила им автографы. Не глядя в их лица, я быстро подписывала книги и отвечала кратко на какие-то их вопросы. Я хотела убежать от них всех и закрыться где-то, отрешиться хоть на какое-то время от всего этого. На улице шёл дождь. Я с тоской посмотрела в окно. Как знакомы мне эти капли, беспомощно сбегающие вниз по холодному стеклу, как будто плохо самому небу, также, как и мне. Как будто оно чувствует всю мою боль и всё обо мне знает.
- О чём грустите, Наташа?
Я услышала позади себя до боли знакомый голос.
- Подпишете книгу?
- Для кого? – ещё не решаясь обернуться, спросила я.
- Для меня, Владимира Машкова. Теперь я точно прочитаю вашу… твою книгу…
Его голос. Точно – это он.
Я обернулась. Это был действительно Владимир. О, милое беспокойство! Он держал в руках моё произведение и протягивал мне ручку, открыто улыбаясь. Я чуть не обомлела от его столь близкого присутствия. Руки мои дрожали. Я не могла отвести своих глаз от него, стараясь запечатлеть его живой образ в себе навеки.
- Вы? – сказала я как-то робко.
- Я, я. Мне кажется, я ошибался относительно тебя. И прошу, давай сразу на «ты», хорошо?
- Хорошо, - ответила я уже более уверенно, - даже очень хорошо.
Я взяла книгу у него из рук и наши пальцы едва соприкоснулись. Меня словно током ударило. Владимир заметил это и, будучи далеко не лишённым интуитивного проникновения, понял, что я не соврала на презентации о своём особом отношении к нему. «Эту очевидность чует сердце, но в неё необходимо вникнуть, чтобы сделать ясной для ума». Я подписала книгу и протянула ему обратно.
- Вы действительно хотите прочитать это?
- Наташа, мы же договорились на «ты».
- О, простите, вернее, прости. Но так ведь обращаются друзья или хорошие знакомые. «А мы едва ли встретимся вновь», — сказала я и еле удержала накатывающиеся слёзы.
Владимир с невыразимой нежностью посмотрел на меня и слегка приобнял за плечи.
- Я смею надеяться, что мы будем не только простыми знакомыми, коими мы уже являемся. Возможно, мы станем хорошими друзьями. Прошу тебя, поедем со мной. Я здесь всего лишь на день. Но мне хотелось бы успеть загладить свою вину перед тобой.
- Какую ещё вину? Нет твоей никакой вины. Скорее, наоборот. Ты вдохновляешь меня на творчество.
- Ты так лестно обо мне отзываешься… Интересно, что в твоей книге? И рисуешь ты замечательно. Но поедем же. Меня уже ждёт машина.
Забирая меня с собой, он направился к двери. Я и хотела было возразить, но как я могла противиться ему? ЕМУ? Такой случай!