Дикий Запад. Вдоль Орегонской тропы, вытоптанной тысячами жертв «Золотой лихорадки», в сторону Сан-Франциско пробирается гениальный химик Герман Уорм (Риз Ахмед, сыгравший главного злодея в кинокомиксе «Веном» / Venom). Уорм уверен, что совершил открытие, которое совершит революцию в области добычи золота, но намерен использовать его не для обогащения, а для построения нового общества, основанного на принципах демократии и общности.
За Германом наблюдает Джон Моррис (Джейк Джилленхол), образованный мужчина, ведущий написанный хорошим литературным слогом дневник. Джон — белоручка и в душе идеалист, так что ему требуется лишь навести на Уорма настоящих профессионалов, которые выбьют из химика секретную формулу.
А вот и они, охотники за головами братья Систерс. Младшенький, Чарли (Хоакин Феникс, недавно блиставший в фильмах «Тебя здесь никогда не было» / You Were Never Really Here и «Не волнуйся, он далеко не уйдёт» / Don't Worry, He Won't Get Far on Foot) — алкоголик и задира, весь в отца. Старший, Элай (Джон Си Райли) будет поспокойнее, так что он считает своим долгом приглядывать за непутёвым братцем и прикрывать ему спину.
Режиссёр Жак Одиар посвятил «Братьев Систерс» (The Sisters Brothers) своему погибшему брату. Вероятно, именно личные переживания помогли ему снять неподдельно искреннюю и тонкую историю о разных по характеру мужчинах, испытывающих друг к другу целую гамму противоречивых чувств — то, что ныне принято называть словом «броманс».
Хоакин Феникс также потерял брата, так что в этой картине актёр, за которым и раньше не было замечено халтуры, выкладывается на 146%. В фильме «Братья Систерс» много неспешных разговоров у костра, и порой молчание Феникса оказывается выразительней надрывного крика.
«Братья Систерс» — удивительно атмосферный роуд-муви. Герои ночуют на природе или останавливаются выпить дрянного виски и помацать девок в городках, которых три месяца назад ещё не было. Пейзажи Румынии, которая убедительно притворяется Диким Западом, берут за душу, и на протяжении всего фильма сердце замирает от предвкушения чуда, ждущего за поворотом. Когда братья поднимаются на холм и в первый раз видят океан, или же когда они приезжают в шумный и многолюдный Сан-Франциско, чудо случается — детское удивление всему новому, которое испытывают герои, передаётся зрителю.
В основу картины легла книга писателя Патрика Девитта, но Одиар переиначил её так, что порой кажется, будто француз нарочито издевается над канонами вестерна. Так, он превратил владельца салуна Мэйфилда во владелицу и поставил на эту роль трансгендера Ребекку Рут, ехидно заметив в интервью, что сменил пол персонажа лишь наполовину. Количество убитых в «Братьях Систерс» исчисляется десятками, но эффектных перестрелок ждать не стоит: в большинстве случаев пальба происходит за кадром.
Одиар не воспевает дух свободы и американскую мечту, он проводит деконструкцию этой самой мечты и выставляет её своеобразным симулякром. Он обращает фокус внимания внутрь, превращает погоню в самокопание и беспардонным образом срывает кульминацию. И всё же, несмотря на вышесказанное, а во многом и благодаря этому, творение французского режиссёра можно назвать настоящим вестерном — живым, дерзновенным и не признающим законов.