В вечернем эфире телеканала «Россия 24» 6 декабря был показан сюжет об Олеге Сорокине и суде над ним. Тягостное чувство неловкости вызвал этот материал. Выдержан был он в столь знакомых обличительных пропагандистских традициях, которые так востребованы в условиях информационных войн. И главный вопрос, который остался после этого сюжета: «А зачем он вообще понадобился, какую задачу он призван был решить?»
Конечно, в рамках своей бурной предпринимательской и политической карьеры Олег Сорокин постоянно был вовлечен в информационные противостояния. Вспомним, например, как в 2013 году обличительную кампанию против него вел в Нижнем Новгороде тогдашняя звезда оппозиционных сил Дмитрий Гудков. На центральных улицах города были размещены кубы, информирующие и о яхтах главы города, и о Лазурном береге. Эти действия Гудкова не вызывали отторжения у общественности поскольку все понимали, что оппозиционный политик ведет жесткую борьбу против представителя власти. Причем, подвергавшийся атаке оппозиции Олег Сорокин обладал достаточными возможностями, чтобы парировать эти информационные выпады, отвечать на них. То есть, вести публичную политическую борьбу.
При этом не следует забывать, что у акции «Золотые крендели» Дмитрия Гудкова наряду с борьбой с коррупцией было еще одно – политическое – измерение. В рамках данной акции шла борьба за возвращение в Нижнем Новгороде прямых выборов мэра. Цель вполне достойная и именно этот аспект деятельности оппозиционера находил поддержку у населения.
В сюжете же на «России 24» были повторены многие факты и претензии, которые звучали у Дмитрия Гудкова в уже далеких 2013-14 годах. Но вот впечатление они вызвали совершенно противоположные.
Если Гудков вел открытую борьбу против представителя власти в тот момент, когда тот был в силе, на вершине своего успеха, то организаторы последнего показа нападают на человека, который уже в течение года изолирован от общества, лишен властных полномочий и не имеет возможности адекватно парировать выдвинутые против него в публичном пространстве обвинения. Для того чтобы нападать на человека в таком положении не нужно ни доблести, ни гражданского мужества. Им бы, с таким праведным обличительным настроем, следовало в свое время присоединиться к акциям Дмитрия Гудкова. Вот это был бы поступок!
Но нет, тогда пафос обличителей был направлен против оппозиционеров и тех нижегородцев, которые их поддерживали. Поэтому сейчас выпад против Олега Сорокина обличает скорее не его, а организаторов этой кампании.
Александр Прудник