Сразу скажу - сам я по образованию и профессии не археолог и не историк. Просто энтузиаст-любитель средней степени эрудированности. Так что если кто-то из профессионалов вдруг набредёт на мой канал, буду счастлив покорнейше принять дополнения, уточнения и поправки.
Однако, имеющийся опыт сопоставления сообщений об археологических находках в прессе с наяндексенными из проснувшегося любопытства статьями на ту же тему из научной периодики упорно наводит меня на мысль, что в числе стандартных проблем археолога, менее тяжких, чем гражданский конфликт в районе раскопок, и стоящих примерно вровень с синдромом вахтёра местных властей или предательским корнем дерева, перемешавшим культурные слои, запросто может оказаться излишне деловой профан с блокнотом и камерой, ни черта в предмете раскопок не понимающий и понимать не желающий, но страстно желающий слепить на их основе залихватский материал, за который редакция всенепременнейше выпишет ему премию. Желательно - сразу Пулитцеровскую.
Конечно, несправедливо грести всех журналистов под одну гребёнку - иные умеют вести себя корректно. А если и не умеют, то вред от их деятельности дальше шишки от многократных фейспалмов на высокоучёном лбу идёт далеко не всегда. Но и полностью безопасными их считать также не приходится - поскольку иногда нездоровая журналистская ретивость входит в резонанс с иными обстоятельствами, и эффект получается весьма и весьма неприятным. Ниже рассмотрим это явление на примере случая, который, из всего перечня мне известных, пожалуй, тянет на звание наиболее вопиющего.
Пример берёт начало в 1958-м году, когда трое британских учёных (тогда это звучало солидно, а не комично), Дэвид Френч, Алан Холл и Джеймс Меллаарт, в поисках ранних поселений на юге Турции приметили холм любопытных очертаний, местными жителями называвшийся Вилообразным холмом. По-турецки - Чатал-Хююк. Находки, сделанные в пробном раскопе в тот же день, указали на то, что под холмом, похоже, скрывается поселение эпохи неолита.
Основательные раскопки на этом месте начались три года спустя под руководством Меллаарта. И первые же их результаты заставили говорить о Чатал-Хююке, как об "археологической сверхновой".
Выяснилось, что поселение было по неолитическим меркам просто огромным, по некоторым оценкам - до 20 гектаров. Формат поселения также оказался крайне специфичным - как множество сросшихся стенами и сбившихся в кучу строений, войти в которые можно было только попав по приставной лестнице на крышу. Если же лестницы убирались, то поселение моментально превращалось в крепость. Было найдено огромное количество фресок и статуэток, невероятные объемы древней керамики, следы раннего земледелия и ранней медной металлургии. Были обнаружены вещи, происходившие явно не из этого региона, что указывало на весьма развитую по тем временам торговлю. Открытие получило огромный резонанс, причём, далеко не только в научном мире.
И именно этот резонанс стал, наряду с личными особенностями Меллаарта и общими особенностями 60-х, основой для, мягко выражаясь, неоднозначной ситуации вокруг раскопок.
Поскольку это было время зарождения хиппи, Нью-Эйджа и сопутствующих идей всеобъемлющей толерантности. А Меллаарт сочетал крайнюю амбициозность и жажду славы с весьма, скажем так, гибким отношением к научной добросовестности.
Спусковым крючком послужило обнаружения множества статуэток женщин, в очертаниях которых угадывался следующий этап развития "неолитических венер". А так как "венеры" в археологии того времени считались маркером матриархата, то Меллаарт и поспешил во всеуслышание заявить о том, что весь огромный и процветающий Чатал-Хююк был, скорее всего, матриархальным.
Это заявление широко разошлось, в процессе распространения придя к варианту даже не матриархального, а матристического общества (то есть, женщина не просто главная, но и властью обладает абсолютной), мирного, безмятежного и не знающего насилия, объединённого поклонением Триединой богине-матери, терпимого в вопросах сексуальной ориентации. И именно это общество явилось истинным основателем человеческой цивилизации, впоследствии присвоенной агрессивными патриархальными варварами-завоевателями индоевропейского происхождения.
В общем, на сообщения об археологических находках обильно налипли самопальные мифы виккан и Нью-Эйдж, элементы экофеминизма весьма радикального свойства, идеалы "свободной любви" и тогда ещё весьма молодая и не успевшая навязнуть в зубах идея об априорной виноватости во всём на свете белого гетеросексуального мужчины. Почему налипли? Да потому, что тогда эти темы были на самом переднем краю мыслительного прогресса богемных интеллектуалов, и потому очень хорошо "продавались" аудитории.
А Меллаарт, почувствовавший себя этакой рок-звездой от археологии и нашедший это чувство вполне удовлетворяющим собственным амбициям, не придумал ничего лучше, чем прогнуться под публику и начать оперировать всеми этими "великими-богинями-первоосновами-нашей-цивилизации" самому.
Это привело к бурному потоку паломников к месту раскопок. Паства Нью-Эйдж и экофеминистки ехали к Чатал-Хююку со всего мира, чтобы изобразить какие-то ритуалы во славу богини и поводить хороводы около раскопа.
Раскопки приостановились в 1965-м году, когда турецкие компетентные органы заподозрили Меллаарта в контрабандном вывозе археологических артефактов. При разбирательстве никакой контрабанды не нашлось, но во избежание Меллаарту аннулировали визу и запретили археологическую деятельность на турецкой территории.
Некоторые подозрения насчёт того, что Меллаарта в ряде вопросов понесло, в научном сообществе явно имелись. Поскольку в 1993-м руководителем следующей группы археологов, отправившейся копать Чатал-Хююк, стал Иэн Ходдер - кандидатура во всех отношениях идеальная для того, чтобы разбирать наследство предшественника. Основоположник пост-процессуального течения в археологии, предполагающего, что при интерпретации находок исследователь должен начисто забыть о собственных мнениях и убеждениях и исходить не из них, а из предполагаемого образа мышления современников артефакта. Просто очень дотошный человек: если группа Меллаарта за 4 года откопала сотни строений, то группа Ходдера обрабатывает по одному в год, исследуя в нём каждый миллиметр буквально с микроскопом. И да, "буквально с микроскопом" здесь - не фигура речи, они и вправду это делают.
Кстати, на этапе голой теории часть феминисток, заинтересовавшихся археологией ещё на основе работ Меллаарта, пост-процессуальный подход приветствовала - мол, археологи прошлого были мужчинами-христианами, так что теперь их выводы надо бы непредвзято пересмотреть. Но когда этот "метод Станиславского от археологии" начал давать реальные результаты в Чатал-Хююке, они взвыли страшным воем. Поскольку столь нравившиеся им интерпретации Меллаарта оказались разбиты в пух и прах.
Для начала, никакого матриархата в Чатал-Хююке не было, равно как и каких-либо других "-архатов" и "-кратий". Там вообще не было общественной жизни, и каждое строение было полностью автономным - на что указывает отсутствие площадей, на которых жители Чатал-Хююка могли бы собираться для решения каких-либо общих вопросов. А так реконструированные по останкам диета и образ жизни указывают на то, что какое-либо доминирование какого-либо пола там отсутствовало. Да, жречество там было занятием женским, а жрицы, пожалуй, неким авторитетом пользовались - но и только.
Также выяснилось, что эта безмятежная идиллия весьма дурно пахла. В прямом смысле - там царила жуткая антисанитария. Намёков на очистные сооружения а-ля Мохенджо-Даро там не было. Зато в значительных объемах были найдены свидетельства использования в качестве отхожих мест и помоек простенков между примыкающими зданиями. И пожалуй, именно это и могло заставить древних жителей Чатал-Хююка покинуть город, а вовсе не нашествие "нетолерантных индоевропейских гомофобов".
Однако, вокруг намного более сказочной версии Меллаарта к тому моменту уже вырос огромный пласт современной мифологии. Что самое гадкое - принятой на вооружение многими идеологическими группами. Которые, разумеется, усиленно борются против признания своих мифов враньём - и это несколько затрудняет исследовательский процесс.
Речь в статье, разумеется, совсем не о том, чтобы вовсе не пускать журналистов к археологам. Это было бы труднореализуемо, и, пожалуй, неправильно.
Но случай с Чатал-Хююком, равно как и с рядом других древних городищ, получивших ненужную известность не за то и не в тех кругах, ясно показывает одну вещь.
Что когда в археологию в частности и исторические исследования вообще начинают тащить какую-либо актуальщину текущего момента (а это посредством СМИ часто и случается) - то никакого толка из этого не выходит, кроме массы проблем.
Понравилось?
Тогда ставьте палец вверх и подписывайтесь на мой канал!
Вам - нетрудно, а мне приятно ♫