Стремление вверх свойственно человеку: залезть на дерево, подняться на гору, летать, как птица… Строительство пирамид, башен, небоскребов – это все из одной серии, независимо от времени.
В культуре многих народов мир разделен на три части. Верхний мир – пристанище богов, нижний – предков, а в среднем живут люди. Возводя высокие сооружения, человек подспудно старался быть ближе к богам. Вспомним пирамиды, неудачную попытку строительства Вавилонской башни и т.д.
Грандиозные здания всегда олицетворяли собой богатство, власть, причастность к чему-то сакральному. Недаром в США каждый миллиардер строит свой именной небоскреб.
Мы тоже не избежали этого поветрия. Например, Лахта-центр в Петербурге. Его забабахал Газпром как демонстрацию своего влияния. Петербуржцам с большим трудом удалось отбиться от планов воткнуть газоскреб почти в историческом центре, напротив Смольного. В Москве стремительно был возведен Сити, чтобы показать, что и мы не лыком шиты, что российская столица не отстает от мировых трендов.
Но если небоскребы в Москве смотрятся довольно органично, то в Петербурге это бы выглядело как бельмо в глазу. Я думаю, что если есть потребность в строительстве современных высотных зданий в старых городах, то можно сделать, как в Париже, где Дефанс вынесен на периферию города. Но прямая магистраль ведет оттуда к Елисейским полям, и возникает перекличка двух арок – Триумфальной и арки Дефанса. Это олицетворяет связь времен и выглядит прекрасно.