Природа творчества, природа дара, особенно музыкального - тема, которая волнует писателей, да и читателей тоже, не один век. "Моцарт и Сальери", "Консуэло", "Жан-Кристоф", "Слепой музыкант","Осуждение Паганини", "Русская канарейка" - это я вспомнила сразу, не напрягаясь. Книги разные и неравноценные, но все пытающиеся постичь загадку того, что по словам Мандельштама "над нами".
Евгения Водолазкина же природа дара волнует давно. Это видно и по "Лавру" и по его воспоминаниям об ученых ( о Лихачеве, о Кнорозове).
И то, что героем его нового романа стал музыкант - гитарист Глеб Яновский, ожидаемо.
И сразу главный вопрос, который мне успели задать уже больше 100 раз.
- Кто? Кто прототип?
Когда-то я задавала подобный вопрос Дине Рубиной, расспрашивая ее о главном герое "Русской канарейки" - Леоне Эттингере.
- Я его придумала, - твердо отвечала Дина Ильинична.
- Конечно придумали, - соглашалась я с ней, - но придумать что-то мы можем, исходя все-таки только из некоторых знаний, представлений, опыта в конце концов. Это с одной стороны.
С другой я прекрасно знаю, что какой бы раздокументальный фильм мы с коллегами не сняли, как бы не обставили там все ссылками ( как молодой историк Соловьев у Водолазкина) его героем все равно будет не реальный человек, а тот, кого мы тщательно придумали ( или увидели).
Так и в этом случае.
Я читаю и узнаю многие штрихи и детали из жизни знакомых людей. Узнаю еще и потому, что автор консультировался во время написания романа у прекрасного гитариста-виртуоза Михаила Радюкевича - следовательно, все в музыкальной части точно, ясно и внятно. Без ошибок неофитов.
Но в истории Ивасик-Квартета, к примеру, кроме знакомых ситуаций промелькнет еще и тень Булгакова.
А фамилия героя отошлет нас к Гоголю ( и некоторые сюжетные ходы об этом тоже напомнят).
Роман несомненно с ключом, но это для него не главное.
А главное - рассказ о пути, о судьбе, о даре и о том, что дар - штука жестокая. И сам ведет, а бывает и тащит своего владельца по жизни. И требует с него. И мучает. Но и воздает.
Ну а почему "Брисбен"?
Наверное, на этот вопрос лучше всего ответит Бродский:
Ты ожил, снилось мне, и уехал
в Австралию. Голос с трехкратным эхом
окликал и жаловался на климат
и обои: квартиру никак не снимут,
жалко, не в центре, а около океана,
третий этаж без лифта, зато есть ванна,
пухнут ноги, "А тапочки я оставил" --
прозвучавшее внятно и деловито.
И внезапно в трубке завыло "Аделаида! Аделаида!
P.S. В заголовке - цитата из песни Шарля Азнавура. "Приходи посмотреть на актеров, посмотреть на музыкантов, посмотреть на фокусников...они оставят в сердце каждого немного счастья..."
-