Николай Алексеевич трудился лесником и по праву заслужил своё прозвище — Леший. Времена, когда лесники жили в избушках в лесах и были вооружены ружьями, прошли, но обязанности следить за порядком в лесу и ловить нарушителей остались. И Николай Алексеевич подходил к своим обязанностям со всем рвением и лесником был по призванию.
Леший целыми днями патрулировал свои обходы и никогда не шёл на договоры с деревенскими, решившими напилить дров на зиму. Суровый и нелюдимый, он, однако, имел семью с тремя детьми, самого его хоть и не любили, но уважали за непреклонный характер. Леший был убеждённым трезвенником, аптеки и больницы обходил стороной, лечился травяными сборами и считал, что практически всё необходимое ему даст лес.
Леса, входившие в обходы Николая Алексеевича, издавна считались населёнными своими «хозяевами». Деревенские жители, ходившие на охоту и за грибами-ягодами, рассказывали истории, как их кружили настоящие лешие, о криках с болот и даже непонятных светящихся шарах, не дававших пройти в определённые места. Тем не менее, Николай Алексеевич в чертовщину не верил и только усмехался, слыша очередной рассказ о встрече с непознанным. Пока сам не повстречался с выходцем с «другой» стороны.
Был август и Леший с раннего утра собрался осмотреть один из своих дальних обходов. Уложил в рюкзак еды, травок для чая, котелок, одел резиновые сапоги, плащ и пошёл, рассчитывая к полудню добраться до обхода. Лес, куда собирался Николай Алексеевич, считался нехорошим, диким, с болотными трясинами и непроходимыми буреломами. Поговаривали, что «хозяева» этого леса принимают не всех. Кто-то мог заблудиться, едва зайдя вглубь на несколько метров, ходить кругами весь день, выйти под вечер и удивляться, как можно было потеряться буквально на границе леса. А кому-то посчастливилось выносить полные корзины грибов и ягод. Только охотников этот лес не жаловал, звери в лесу или не водились, или не показывались. Сами охотники не могли находиться в лесу больше часа, по их рассказам в чаще накатывал такой страх, что ноги сами выносили подальше от нехорошего места. Леший на эти рассказы внимания не обращал, он делал свою работу.
Весь день Леший провёл на обходе и засветло вернуться домой уже не успевал. Это не было для него проблемой, ночевать в лесу приходилось уже не один раз, он даже искал случая отдохнуть после долгой ходьбы у костра и провести ночь в уединении. К тому же леса, даже ночного, Николай Алексеевич нисколько не боялся и считал его своим помощником. Жена о причудах Николая Алексеевича знала и не препятствовала, благо поводов для ревности он не давал.
Леший нашёл сухую полянку, натащил еловых веток под лежанку, развёл костёр и поужинал припасами из дома. В лесу уже было темно, когда Леший заварил себе чая из трав и сидел перед костром, наслаждаясь одиночеством. Было тихо, только потрескивали горящие сучки. Замерзнуть тёплой летней ночью Леший не боялся, затушил угли, постелил на ветки плащ и лёг спать.
Проснулся он глубокой ночью и обнаружил себя шагающим по болоту. Из глубины болота его кто-то мягко, но настойчиво звал, сопротивляться этому зову желания не было и Леший снова погрузился в дремоту. В следующую секунду неправильность происходящего буквально выдернула Лешего обратно в сознание, в болото он зашёл уже по пояс. Подзывавший его голос звучал уже требовательно и зло. Очнувшийся Леший ощутил липкий ужас, развернулся и бросился к берегу. Выскочив из болота и даже не вспомнив про вещи, Николай Алексеевич наугад побежал по лесу. Сзади из болота ударил дикий хохот.
Сориентировался Леший только под утро и в полубезумном состоянии днём вернулся домой. Испуганная жена, попытавшаяся пристать с расспросами, испугалась ещё больше наоравшего на неё обычно спокойного мужа и больше его не трогала.
Леший три дня не выходил из дома. Он вдруг понял, что голос, звавший его из болота, звучал только в голове. Николай Алексеевич стал прислушиваться к рассказам о контактах со сверхестесственным, хотя о своей встрече молчал долго и проговорился только однажды своему знакомому, стремясь выговориться.
В лес Леший ходить не перестал, как и не перестал ночевать в лесу, только старался на ночевку устраиваться в знакомых, спокойных местах.