Маркизат Окс.
Получив от Окса реальную поддержку и обретя более устойчивую поверхность под «своими ногами» король временно перевел дух. Чувство постоянной незащищенности отчасти отступило, появилось первая уверенность, чтобы первоначально устоять под вполне возможным грубым силовым натиском извне.
Чтобы снизить вероятность вероломства со стороны оксцев, находившихся под стенами Логстона в большом количестве, прибегли к старой доброй традиции заложничества. Единственная любимая дочь маркиза Окского в поспешном порядке пребыла в «гости к всемилостивейшему королю фриасцинскому». Правда, срок гостеприимства не оговаривался. Но всем было понятно, что надолго.
Король оценил военную услугу командующего и жертвенность отца, принесенную в «угоду престола». Леонард Х милостиво одним разом смог избавить от кабальных финансовых обязательств основательно завязшего в них маркиза. Дело в том, чтобы пополнить, обучить, вооружить и довести свою армию до средних показателей окскому феодалу пришлось искать внешние займы. Со временем он их сумел найти. Только под грабительский процент и сопутствующие этому процессу взятки. Кредитором выступили крупные банкиры Эплара связанные со столь одиозно известным Великим Советом. Других не было, а иметь армию как гарантию безопасности своей личной власти требовалось прямо сейчас. Маркиз согласился на такие тяжелые условия. Он сумел успешно модернизировать армию, но дальнейшие выплаты тяжелых процентов грозило разорением Оксу. Но повернув дело с политической стороны, контактом с Логстоном, Окстейн сумел в кратчайший срок практически одномоментно рассчитаться со своими кредиторами. Королевское золото закрыло вопрос долгового разорительного обязательства.
Кроме того маркиз выжал еще одну преференцию в свою пользу – запрет королевским шпионам вести свою прямую деятельность в пределах Окса и в военных формированиях окских солдат, независимо от территориального места их расположения. Уж слишком большая сеть доносчиков и соглядатаев сновала туда-сюда, заглядывая всюду и везде.
Король вынужден был «скрепя всем своим естеством» отозвать свои «глаза и уши» и запретить слежку за союзником. На кону стояло слишком много, чтобы «сеять подозрения и раздор с единственным реальным и находящимся при силе союзником».
Итоги первоначальной сделки привели в удовлетворение обе стороны.
Король чувствовал себя более защищенно, обретя вполне осязаемый щит, которым можно было действительно прикрыться в случае обострения ситуации. Его оборона заметно окрепла. Что дало основания думать о дальнейших шагах.
Маркиз снял руками короля тяжелейшее бремя кабального договора, грозившего многочисленными последствиями краха расстроенных финансов и экономики. А после этого только что созданной армии и в итоге самого владения. Где бы оказался сам сеньор, неосмотрительно ввязавшийся в такие схемы, было нетрудно догадаться. Но ему повезло – он смог сделать неплохую армию и заплатить за нее. Он вышел «в ноль». Почти. Его любимая дочь на время всего пребывания его войск в Унейте должна была неотлучно находиться в королевском дворце. Обговаривая подобную «страховку для короля» маркиз сумел взять торжественную клятву в присутствии свидетелей с «гостеприимного государя» о том, что абсолютно никто, включая его самого, не притронется к маркизе Окской.
После этого завершения маркиз серьезно задумался над тем, остановиться на достигнутых результатах или дальше продолжать игру на стороне Логстона. В итоге склонился к продолжению, так как это сулили еще больше выгоды. «Сыграть королем» на этой шахматной доске выходило куда интересней и перспективней, чем «исходить в бессильной злобе находясь в тупике феодального обособленного пути».
После основательных предварительных тайных обсуждений и последующих заверений, началась новая череда действий. Маркиз Окский торжественно прибыл в окружении многочисленной свиты на поклон Леонарду Х. Максимально показательность данной церемонии преклонения перед монархом, помимо повышения авторитета короля носило и сугубо практическое значение. Это четко показывало, что Леонард Х не одинок и имеет верного подданного феодала третьей по силе земли государства.
Выгодность от этой пышной акции и пропаганды случившего события королю было трудно не оценить. Это показывало значимость Логстона, прорыв той негласной всеобъемлющей изоляции и бойкота феодального круга, когда один из них заявил о своей «полнейшей и безоговорочной преданности престолу». Среди всех сословий населения на порядок подняло «королевские акции». Миф о «слабом и ничего не могущем сделать правителе» столь старательно создаваемом удельной высшей знатью сильно пошатнулся. В противостоянии с оппозицией Логстон теперь мог полностью опереться на Окстейн. С одной стороны легитимность власти и финансы Унейта, а с другой армия и продовольствие Окса гармонично дополняли друг друга. Силы Унейта укрепились в тесной взаимной связке с Оксом.
Продолжение следует...
Дорогие друзья, если Вам понравилась публикация – ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал. :)