Перед подписанием договора купли-продажи квартиры нужно «заложить» деньги. А то вдруг покупатель липовый?
Моя бы воля - мы бы перевели деньги безналом и дело с концом. Но наши продавцы встали насмерть: денежки счет-с любят, да еще встречки, да все всегда платили нормальными деньгами, а не бумажками..
Короче, только нал. Только хардкор.
Я приехала на сделку, беременная этими деньгами. Более умного варианта не придумала. Да еще и с расчетами ошиблась, поэтому живот впечатлял.
В маленькую комнату набилось 26 человек. Специально считала. Наши продавцы, их продавцы, и еще парочка третьих продавцов. Которые продают тем, которые продают нашим.
Уселись - и выяснили, что ничего подписывать нельзя! Нет Владимира! Кто такой Владимир? Важный человек, который продает тем, кто продает тем, у кого покупаем мы.
26 человек ждут полчаса Владимира.
Владимир приехал, но начинать снова нельзя. Один из тех, кто всем продает, в последний момент потерял патриотизм.
Время, время-то ненадежное! – свистит этот дедушка тревожно. Мне нужны настоящие деньги. Американские!
Вся толпа смотрит на нас с надеждой. Но у нас рубли. Американских денег нет.
Вступает агент продавцов:
- Пожалуйста, поменяйте его долю на доллары! – нам, нежно. - Он оплатит комиссию.- (свистящему дедушке, сурово). – А мы все подождем – (всем остальным, дружески).
Мой муж едет с дедушкой менять деньги. Я сунула ему сколько-то пачек и размышляю, как там они их поделят. Ждем.
Я бегаю за годовалым Федей и стараюсь не растерять свой денежный живот. Наши продавцы переругиваются про невыключенный свет и разбитые банки. Незнакомая семейная пара достает бутерброды и термос. Те, кому не досталось стульев, устраиваются на полу.
Зал ожидания Московского вокзала на выезде.
Приехали муж, дедушка, американские деньги. Ура!
Час споров и пересудов: кто, сколько, почему получит денег. И волнительный момент: раздача слонов денег.
Я – единственный живой банкомат на всех собравшихся. Голосовое управление у агента продавцов, он командует, кому сколько отдать.
Я вынимаю для счастливца деньги, он считает, не сходится. Шевелит губами, считает снова, жалуется, что вот эта и эта купюра фальшивая. На него завистливо шикают все собравшиеся. Счастливец горестно вздыхает, соглашается на фальшивую, запечатывает конверт. И так все радостные получатели денег, включая всех агентов.
Мой живот худеет на глазах. Я размышляю о том, что не пересчитывала количество пачек в туалете, где собирала их с ошалевшего мужа. Интересно, могли ли мы обронить пачку-другую?
А еще интересно, если кому-то не хватит, все отменится? Или его молча замочат остальные, чьи кровные денежки, любовно пересчитанные, уже лежат по конвертам?
Хватает всем, кроме агента-командира. Ее очередь - последняя. Но мои огромные карманы пусты. Ей достается несколько жалких бумажек. Их явно мало.
На меня смотрит вся тусовка. Молча.
У меня крепнет подозрение, что замочат сейчас меня, не её.
В последний момент меня спасает любимый муж!
Он хлопает себя по лбу, роется по карманам, и достает мятые купюры – остатки от обмена американских денег свистящему дедушке.
Купюры расправляем, считаем, оказывается, что всего хватает, какое счастье! Нам даже возвращают сдачу.
Сдаем конверты в сейф. Мы все так сроднились за эти несколько часов, что кто-то бросается обниматься.
Объявляется антракт.