Список всех частей - здесь
Как анализировать фольклорные тексты и понять, что в легендах правда, а что - вымысел?
Продолжаем читать Д.Ю.Баянова. «Леший по прозвищу обезьяна»
Метод в безумии
предыдущая часть здесь
оригинальный текст на сайте alamas.ru
Слушая странные речи Гамлета, Полоний про себя отмечает: «Though this be madness, yet there is method in't» («Хоть это и безумие, но в нем есть метод»). Верно, и нам не обойтись без надежного метода при извлечении смысла из «народных бредней».
В русском фольклоре медведь ходит на деревянной ноге, а лиса катается верхом на волке. Как бы отнесся к такой информации воображаемый биолог, для которого медведь, волк и лиса были бы зоологическими X, Y и Z? Не принял бы он этих животных за «ирреальных персонажей»? И как бы он отнесся к свидетельствам очевидцев о животном, которое валит деревья, строит плотины и каналы, а также хижины, в которых живет со своим семейством? Не принял бы он и это существо за «мыслительный конструкт»?
Нам нужны осмотрительность, тщательность, неспешность в выводах. Важно помнить, что народная терминология не совпадает с научной. Яркий пример такого несовпадения приведен в книге Джона Мак-Киннона «По следам рыжей обезьяны». В шестидесятых годах он изучал экологию орангутана на острове Калимантан. Однажды, во время очередного выхода в джунгли, исследователь обнаружил нечто неожиданное:
«Вдруг меня словно молнией поразило. Опустившись на колени, я увидел отпечаток стопы, похожий на след человека и в то же время настолько нечеловеческий, что мурашки поползли по коже, я едва поборол сильнейшее желание спастись бегством». Вернувшись в лагерь, Мак-Киннон показал наброски таинственных следов своему малайскому помощнику и «спросил, какое животное оставило эти следы. Он уверенно выпалил: «Бататут!» Но, когда я попросил описать это животное, он ответил, что это вовсе не животное, а такой дух»[24].
Откуда следует, что, встретившись с описанием духов в фольклоре, мы не должны принимать за само собой разумеющееся, что эти духи невесомы и не оставляют следов. Как заметил Джордж Сантаяна, «люди стали суеверными не от избытка воображения, а потому что не подозревали, что оно вообще у них есть»[25]. Все жизненные впечатления народ перемалывает на мельнице фантазии и из этой муки печет изделия фольклорной кухни. У нас задача обратная: по вкусу этих изделий определить сорт зерна, из которого намололи муки для пекарни демонологии.
Мы, конечно, помним утверждение Раймунда Луллия о том, что «не всякое существо, образ человека плотской имеющее, человек есть», как и то, что «сатиры, или лесняки косматые, подобны людям», но «не суть человеки». Мы также знаем, что древние нередко (но отнюдь не всегда) изображали сатиров и фавнов, как пишет А.Севастьянов, «сластолюбивыми чудовищами, имеющими туловище человеческое, а ноги козлиные». Рога, копыта и хвост — традиционные атрибуты в изображении черта и прочих демонов. Из биологически реальных элементов слеплен явно фантастический гибрид. В чем здесь дело?
Древние любили иносказание. Кто утром ходит на четырех ногах, днем на двух, вечером на трех? «Ирреальный персонаж» или реальный человек? Образ демона — это загадка Сфинкса, и чтобы ее разгадать, надо проникнуть в тайну иносказания. Наш герой вообще окутан тайной, и причина его тайны тоже тайна, краешек которой нам, быть может, удастся приоткрыть.
Фольклористы отмечают «расплывчатость» облика народных демонов, их «морфологическую недетализированность»[26]. С этим можно поспорить, но если даже и согласиться, то следует заметить, что основную часть сведений, которыми располагает демонология как дисциплина, она почерпнула не от тех, «кто знает», а от тех, «кто говорит». Ибо, как гласит восточная мудрость, «знающий не говорит, говорящий не знает».
Каким же тогда путем мы надеемся добраться до реального смысла в архивах демонологии? Путем сопоставления и сравнения демонов разных народов. С мира по нитке. Там, где один народ сохранил в тайне реальную черту своего демона, другой народ мог невзначай и проговориться. И тем более примечательно, если несколько народов говорят об одном и том же. Как мы сможем отличить реальную черту от вымышленной? В общем и целом так же, как мы отличаем правду от вымысла в баснях и сказках. Как отличает биолог правду от вымысла в фольклоре о мамонте? Путем сопоставления фольклорного образа с тем, что ему известно о слонах и об ископаемом мамонте. В нашем случае речь идет, как выразился фольклорист, о «человекообезьяноподобном» существе, и, значит, сопоставлять его надо прежде всего с человеком и с обезьяной.
Фольклор о генезисе демонов
Крестьянский сын спросил отца: „Тятьк! Што это такое? Дьявол, шут, черт, леший, домовой, окаянный? Какое различие между ними?" — „Различия почти меж ними нет никакого, а только названия разны", ответил отец и поведал сыну легенду, которую я привожу здесь в ее вологодском варианте: Был на земле только Бог и дьявол. Бог сотворил человека, и дьявол попробовал сотворить, но сотворил не человека, а черта, и как он ни старался, ни трудился, все же не мог сотворить человека, все у него выходили черти. Бог увидел, что дьявол уже сотворил нескольких чертей, рассердился на него и велел Архангелу Гавриилу свергнуть сатану и всю нечистую силу с неба. Гавриил свергнул. Кто упал в лес — стал леший, кто в воду — водяной, кто на дом — домовой. [27] ,,Вот почему их зовут по-разному. А они все бесы одинаковы" [28] .
В Белоруссии записана легенда под названием „Откуда нечистая сила". В ней говорится, что у Адама и Евы ,,було дванадцать пар дзяцей". Когда Бог пришел их посмотреть, родители шесть пар ему показали, а шесть других „под дуб сховали". „Дык во: як мы от етых шасьци пар, так яны от тых шасьци пар. И их стольки, скольки и нас. Только што их ня видно, затым, што их от Бога ховали"[29] .
В Средней Азии в прошлом веке была записана легенда „О происхождении Албасты, Джинна и Дива", в которой говорится о том, что прабабушка наша Мама-Хава (Ева) и Хазряти-Адам однажды поспорили, от кого зарождаются дети. Ева говорила, что от нее, а Адам, что от него. Тогда они условились „не иметь супружеских сношений между собою до известного времени, а семя, которое будет исходить в это время из спин их, каждый из супругов должен сохранять в известном месте и тогда выяснится, от кого зарождаются дети". Из семени Хазряти-Адама „получился живой человек, который потом стал пророком Шиш". Когда же Мама-Хава „осмотрела завернутое ею в вату", и поняв, что живых людей у неё не получилось, а копошились там какие-то существа, бросила их на кучу золы; несмотря на это существа эти не погибли, а стали потом джиннами, албасты и дивами Они „распространили свое потомство" и „встречаясь с людьми, наносят им вред" [30] .
В одном из сказании манси говорится, что при создании людей боги использовали два материала: глину и лиственницу. Как только люди из лиственницы были сделаны и оживлены, они с огромной скоростью разбежались по лесам. Это „мэнквы" (лешие). А слепленные из глины медлительные создания стали обычными людьми. „Глиняные люди живыми стали. Только век их недолог: глиняные руки, глиняные ноги куда годятся? В воду человек упадет — тонет, жарко станет — из него вода выступает. Из лиственницы сделанные люди крепче были бы и в воде бы не тонули" [31] .
Все это народные вариации на одну и ту же тему — тему сходства и различия между человеком и демоном. Сходство, естественно, дало основание безвестным творцам фольклора разных народов прийти к общему заключению о единстве или близости происхождения демонов и человека. Различия же обусловлены всякого рода привходящими обстоятельствами, насчет которых у каждого народа были свои соображения.
Так, русская легенда объясняет сходство между человеком и чертом тем, что второй есть копия первого, а причина различия в том, что сработана-то эта копия дьяволом. Что же касается природы отдельных типов нечистой силы, то разница здесь только в названии, обусловленном местом жительства беса, и это еще одно очень важное свидетельство в пользу биологической версии.
В белорусском предании человек и нечистая сила, имея своими предками Адама и Еву, суть единого происхождения, разница же между ними в том, что люди живут открыто, а нечистые скрытно, потому что „их от Бога ховали".
Мусульманское предание, как и следовало ожидать, ответственность за рождение демонов полностью возлагает на первую женщину.
Сказание манси обыгрывает сходство и различие анатомии и физиологии леших и людей таким образом, что те и другие были созданы в одно время и по единому плану, но из весьма различного материала, превосходного в случае леших, и негодного в случае людей.
Есть и совершенно иные фольклорные объяснения сходства и различия между человеком и демоном. Например, распространенное среди разных народов поверье, что злые духи происходят из людей, умерших неестественной смертью или погребенных не по правилам. И здесь для биолога примечательно само стремление народа дать объяснение сходству и различию между человеком и демоном, а не суть объяснения, порожденная суеверием.
Какими видели демонов наши далёкие предки? Узнаем из следующей главы .
[24] Мак-Киннон Дж. По следам рыжей обезьяны. М., Мысль, 1985. С. 97.
[25] Lamont Corliss.The Philosophy of Humanism. London, 1965. P. 47.
[26 ] Толстой Н.И. Из заметок по славянской демонологии; Каков облик дьявольский? В кн.: Народная гравюра и фольклор в России XVII—XIX вв. М., 1976.
[27]Дилакторский П. Из преданий и легенд Кадниковского уезда Вологодской губернии Этнографическое обозрение. М., 1899. № 3.
[28]Заварицкий Г.К. О том свете и об этом. Рассказы Саратовского Поволжья
Этнографическое обозрение. М., 1916, № 1—2. С. 72—75.
[29]Романов Е.Р. Белорусский сборник. Витебск, 1891. Вып. 4. С, 157.
[30]ДиваевА. О происхождении Албасты, Джинна и Дива Изв. общества
археол., ист. и этнограф, (далее обознач. ИОАИЭ). Казанск. университет,
1897. Т. 14. Вып. 2.
[31]Чернецов В.Н. Вогульские сказки. Л., 1935, С. 26—28.