Продолжая тему о летчицах женского полка ночных бомбардировщиков. Цель - "вспомнить всех поименно", как декламировали мы на 30-летие Победы в далеком 1975-ом. "Это нужно не мёртвым, это надо живым..."
Они летали вместе, в одном экипаже, но не одной совместной фотографии я не нашла. И судьба у них оказалась разной - командир эскадрильи 46-го гвардейского ночного бомбардировочного авиаполка гвардии капитан Ольга Санфирова, совершившая 630 ночных боевых вылетов погибла 13 декабря 1944, а ее штурман гвардии старший лейтенант Руфина Гашева (более 800 ночных боевых вылетов) прожила долгую жизнь, и умерла весною 2012 чуть-чуть не дожив до Дня Победы.
Вспомним же их обеих, какими они были, о чем мечтали...
Часть I. Лёля
Фотографий девушек, служивших в том легендарном полку много, и просто в сети, и на сайте "Ночные ведьмы". Только вот фотографий Оли Санфировой всего две, да ещё одна довоенная.
Родилась Ольга 19 апреля (2 мая) 1917 года в Самаре. В середине 1930-х годов семья переехала в город Новый Ургенч в Узбекистане, там Ольга окончила 9 классов. После школы Оля вернулась в Россию, работала на заводе и одновременно училась в Коломенском аэроклубе им. М.В. Водопьянова.
После окончания аэроклуба работала в Управлении санитарной авиации в Москве. В 1940 г. Ольга закончила Батайскую авиашколу. Сначала - пилот Московского отряда специального применения, затем летчик-инструктор в учебной авиаэскадрильи Новосибирского управления.
Когда началась война, Ольга, как очень многие девушки-летчицы стала проситься на фронт. Но попасть туда ей удалось не сразу. Узнав о формировании Мариной Расковой женского авиационного полка, она написала в Москву письмо с просьбой принять ее в полк, и была принята.
Командир полка ночных бомбардировщиков Евдокия Бершанская, которая знала Ольгу еще по батайскойй школе, часто ставила ее в пример другим. Ольга на самом деле летала хорошо - сказывался опыт, не терялась, не торопилась. К тому же она умела находить общий язык с каждым, это умение ей очень пригодились, когда Евдокия Бершанская назначила ее заместителем командира эскадрильи.
Ольга Санфирова – крещенная татарка. Иногда подруги называли ее Ляйлей, и девушке это очень нравилось. Даже своей внешностью Ольга напоминала героиню восточной сказки - она действительно была очень красива. Подписывая документ об окончании подготовительных курсов, командир женского авиационного полка Марина Раскова заметила: «Ольга Александровна Санфирова, 1917 г.р. Татарка. Может, ошибка?» «Никак нет, товарищ майор, все правильно!», - ответила Ольга. Этот документ хранится в центральном архиве Министерства обороны РФ.
Но еще до фронта Оле предстояло пройти неожиданные испытания. Из воспоминаний однополчан с сайта "Ночные ведьмы" :
Весной 1942 около учебного аэродрома арестовывают человека, у которого находят фотографии аэродрома, самолетов, Ольги и остальных девчонок. Шпион приручил Дружка – собачку, очень привязанную к Ольге, и прикрепив к шее собачки фотоаппарат, снимал аэродром.
(Может быть потому и не осталось фотографий Ольги, после этой истории она, наверное, очень не любила фотографироваться).
Но на этом неприятности не кончились:
Два самолета эскадрильи разбиваются во время ночных тренировок, четыре летчицы погибают. Сама Ольга тоже при посадке повреждает самолет, попадает в госпиталь. Всплыло и то, что при поступлении Ольга скрыла свое социальное положение (ее дедушка был богатым). В итоге, когда полк 23 марта 1942 года летит на фронт, Ольгу оставляют «для подтверждения диагноза».
О том, что было дальше, пишет Ирина Ракобольская:
Трибунал в Энгельсе признал виновной Ольгу, поскольку она отвечала за полет, и дал ей десять лет лишения свободы. Полк на фронт вылетел без нее. Командование полка написало начальнику ЭВАШП, просило помочь Санфировой вернуться в полк и в боях искупить свою вину.
И вот она прилетела в полк. Надо было дать ей штурмана, и мы решили перевести к ней Руфину Гашеву, а к Ире Себровой назначить другого штурмана...
Так Гашева начала летать с Санфировой, и их экипаж стал одним из лучших в полку. Постепенно их повышали в должностях, пока Ольга не стала командиром, а Руфа — штурманом эскадрильи.
Дальше были тяжелый бои, по несколько вылетов за ночь, каждый из которых мог стать последним. Снова приведу воспоминания Ирины Ракобольской - начальника штаба полка.
Как-то на Кубани, вернувшись с задания, Леля докладывала мне о расположении немецких огневых точек вблизи цели. Их было очень много. Я удивилась: «Мне никто еще этого не говорил». Санфирову обидело мое недоверие, и она предложила мне слетать с ней на следующий полет. «Я Вам покажу все это наглядно». И я полетела с ней в качестве штурмана.
Действительно, зениток было много. Ольга не маскировалась, и они палили со всех сторон. Потом я узнала, что она рассказывала своим: «Я показала начальнику штаба, как работают на позиции зенитки». И ее техник — Тоня Вахромеева — укоряла ее: «Ради чего ты так рисковала, вас свободно могли сбить...». Кажется, после этого случая я сомнения свои вслух уже не высказывала.
В ночь на 1 мая 1943 года на третьем боевом вылете их сбили в районе Крымской. Ольге удалось посадить машину, но на вражеской территории. Двое суток пробирались они через линию фронта. Спасло их то, что недалеко были плавни: болото и камыши, в них они прятались от немцев. Нашли они эти плавни по кваканью лягушек. В день рождения Санфировой — 2 мая Руфа подарила ей четыре семечка подсолнуха, которые завалялись в кармане...
Ночью шли, видели, как летают По-2, а днем наблюдали воздушные бои и радовались за наших летчиков. На рассвете 3 мая вышли на наши передовые артпозиции. Их тепло встретили, покормили и помогли добраться до полка... В ночь на 4-е они снова летали на задание...
До последнего полета Ольги оставалось еще более полутора лет.
О боевом пути Ольги сами за себя говорят ее награды - орден Красного Знамени, орден Отечественной войны 1-й степени, орден Александра Невского. За личное мужество, за умелое руководство боевой эскадрильей.
Позволю себе привести отрывок из книги однополчанки Ольги, Наталии Кравцовой-Меклин «НА ГОРЯЩЕМ САМОЛЕТЕ» , ведь кто расскажет о событиях тех дней лучше их участников.
Как-то раз Леля и Руфа получили задание бомбить днем. Большая группировка фашистских войск, оказавшаяся в нашем тылу, надеясь прорваться к своим основным силам, упорно сопротивлялась. Сложить оружие гитлеровцы отказывались. Тогда в полк пришел приказ: выделить несколько экипажей и пробомбить лес, где засели гитлеровцы. Лететь среди бела дня на ПО-2 было опасно. Фашисты были хорошо вооружены, а ПО-2 с его малой скоростью представлял собой прекрасную мишень.
Когда самолет приблизился к лесу, гитлеровцы открыли по нему огонь из всех имевшихся у них видов оружия. Стреляли из автоматов, пулеметов, зенитных орудий...
- Бросишь бомбы, и я сразу же спикирую. Приготовься!- предупредила Леля.
- Ладно. Еще немного... Буду бомбить по центру. Осторожно - слева пулемет!
ПО-2 шел на небольшой высоте, чуть выше трехсот метров. Маневрировать было трудно: стреляли кругом. Руфа напряженно ждала момента, когда они окажутся над центром леса. Рванула рычаг. Бомбы отделились от самолета.
Внизу грохнули взрывы, и сразу же Леля резко бросила машину к земле. Руфе даже показалось, что самолет падает...
На бреющем девушки пролетели над лесом, над самыми верхушками деревьев, и вскоре оказались у своего аэродрома.
Когда самолет приземлился, подошла Бершанская.
- Спасибо, девочки.
Голос у нее был хрипловатый, и Руфа поняла, что командир полка все еще волнуется.
Механик Тося придирчиво осмотрела самолет. Покачала головой и как-то чересчур уж сердито сказала:
- Хорошо, что долетели. Смотрите, что делается...
И она показала им десятки мелких пробоин по всей машине. Вид при этом у нее был такой, будто это они сами изрешетили самолет. Тося тоже волновалась.
Спустя час гитлеровцы выслали парламентеров...
Казалось бы до конца войны уже совсем немного, и девушки смогу вернуться домой, к мирной жизни. Но судьбы распорядилась иначе.
13 декабря 1944 года после выполнения задания экипаж Санфировой-Гашевой был обстрелян. Самолет загорелся, летчицам удалось выпрыгнуть парашютом (кто в комментариях к предыдущим очеркам доказывает, что парашютов у них вообще не было и быть не могло?).
Девушки приземлились на нейтральной полосе в 800-х метрах одна от другой. Казалось бы, все худшее уже позади, но при переходе нейтральной полосы Ольга подорвалась на противопехотной на мине. А Руфина попала на участок с противотанковыми, и ей удалось выйти к своим.
Наступило утро. Лелю нашли, принесли. Руфа вышла из землянки посмотреть на нее. Леля лежала на повозке, и казалось, что она спит, склонив голову на плечо. Руфа видела только лицо, все остальное было закрыто брезентом.
Перед Руфой на повозке лежала Леля. Она была мертва. Ей оторвало ногу и вырвало правый бок. Все это Руфа уже знала.
Н. Кравцова-Меклин «НА ГОРЯЩЕМ САМОЛЕТЕ»
О Руфине Гашевой - девочке с мехмата - бесстрашном штурмане и ее истории - в следующей части очерка.
Звание Героя Советского Союза Ольга Санфирова получила посмертно. В наградном листе, подписанном Константином Рокоссовским, говорилось: «Капитан Санфирова в боях за Родину произвела 630 вылетов с боевым налетом 875 часов. Экипаж летчицы сбросил на противника 77 тонн бомбового груза».
Похоронили Ольгу в братской могиле города Гродно.
А на родине, в Самаре в 1985 установили памятник Ольге.
Улицы ее имени есть и в Гродно, и в Самаре.
Продолжение следует...
С уважением, @maksina
Другие публикации канала:
Девочка с мехмата, или Джульетта в летном комбинезоне
Мы больше смерти боялись живыми попасть в плен
Они с собой не брали парашютов - Герои Советского Союза Татьяна Макарова и Вера Белик