Лето подходило к концу, а мы нигде, кроме сада, так и не побывали. День за днем проходил в заботах: работа над большим проектом, поездки на стройку, ремонт собственной квартиры. В общем, получилось так, что лета мы практически и не заметили. Лишь тогда, когда стало существенно холодать, и начали желтеть листья, как бывает в августе у нас на Урале, мы спохватились: « А как же отпуск?»
Какое–то
Лето подходило к концу, а мы нигде, кроме сада, так и не побывали. День за днем проходил в заботах: работа над большим проектом, поездки на стройку, ремонт собственной квартиры. В общем, получилось так, что лета мы практически и не заметили. Лишь тогда, когда стало существенно холодать, и начали желтеть листья, как бывает в августе у нас на Урале, мы спохватились: « А как же отпуск?»
Какое–то
...Читать далее
Лето подходило к концу, а мы нигде, кроме сада, так и не побывали. День за днем проходил в заботах: работа над большим проектом, поездки на стройку, ремонт собственной квартиры. В общем, получилось так, что лета мы практически и не заметили. Лишь тогда, когда стало существенно холодать, и начали желтеть листья, как бывает в августе у нас на Урале, мы спохватились: « А как же отпуск?»
Какое–то серьезное путешествие надо было организовывать заранее, поэтому легко отпали все варианты дальних поездок.
Что же делать? Возможно, отправиться куда–то не очень далеко, но туда, где мы точно не были. На глаза попадается книга Алексея Иванова об Урале «Хребет России». Мы просматриваем ее в очередной раз и приходим к выводу, что ехать стоит на север Пермского края. Это не так уж далеко от нас, и, если верить автору книги, там есть, что посмотреть. Нас не смущает, что проводить летний отпуск мы будем на Севере. Мой спутник жизни согласен и желает ехать, несмотря на ремонт и грядущую замену труб отопления в квартире. Пора собираться в дорогу. Остается лишь одно «но»: мы – люди с «чувствительным пищеварением». Неизбежный в дороге «общепит» – не для нас. Оказывается, это существенное препятствие. В разговорах рождается идея: «А что, если взять с собой мультиварку?», тогда мы сможем обеспечить себе автономное существование. По крайней мере, останавливаясь где-то на ночевку, кашу мы всегда сможем сварить.
Идея Мультиварки дополняется автомобильным холодильником, а также существенным запасом провизии и походной кухонной утвари. Мы решаем, что будем передвигаться от одного населенного пункта к другому, останавливаясь в них на ночевку и осматривая достопримечательности. Почему–то мы искренне верим, что везде найдем ночлег.
Большое преимущество путешествия на машине: все перечисленное без особых самоограничений можно взять с собой. Конечно, по мере нашего продвижения на Север, запасы необходимо будет пополнять. Мы также знаем, что в каждом новом пункте путешествия нам придется выгружать этот скарб по прибытии, и загружать обратно при отбытии. Поэтому все хозяйство должно быть крайне удобно упаковано и уложено в багажник в особом порядке. Отмечу, что к этой последней стадии подготовки женщины не допускаются.
Мы готовимся к настоящей экспедиции. Даем себе зарок выспаться накануне отъезда, но, как всегда это бывает, подготовка растягивается, и мы ложимся далеко за полночь. Утром, несмотря на всю нашу неорганизованность, все-таки удается погрузиться и выехать из города до наступления «пробок».
Под музыку из проигрывателя и разговоры дальнобойщиков, доносящихся из рации, мы покидаем Свердловскую область и оказываемся в Пермском крае. Рация – это, конечно, вещь полезная в дороге, – неоднократно она нас выручала в путешествиях. Но есть у нее и очень серьезный недостаток: рация – постоянный источник нецензурной лексики. Сначала это шокирует и возмущает, но через несколько часов пути ее перестаешь слышать, – мозг просто отключает этот аудиоканал. Во время путешествий я заметила интересную закономерность: чем дороги хуже, тем интенсивнее поток нецензурщины, и, напротив, на хороших дорогах даже матерые дальнобойщики удивляют своей вежливостью и предупредительностью. На таких участках часто слышится их обращение друг к другу: «Коллега!». Констатирую: на дорогах Пермского края «коллег» стало значительно больше, чем в нашем регионе, а нелитературные выражения приняли характер единичных высказываний.
Кунгур. «Не верить первому впечатлению».
Первый пункт нашего путешествия, где мы сделаем серьезную остановку, – город Кунгур.
Несколько лет назад зимой я уже была в Кунгуре проездом. Запомнился красивый собор с тюрьмой по соседству, памятник Ленину, покрашенный желтой краской, неплохие купеческие особнячки в общей неприкаянности кварталов. В общем, впечатление сложилось не самое благоприятное.
На этот раз мы вооружены путеводителем, обещающим интересную программу, на улице – бабье лето, и мы полны решимости открыть для себя этот город с лучшей стороны.
Кстати, в городе появился современный отель. Никакого убожества провинциальной гостиницы! Это тоже большой плюс к созданию позитивного образа города. В отеле мы остановились на ночь. Утром к назначенному часу мультиварка заботливо сварила рисовую кашу, и мы отправились совершать открытия.
Обязательный пункт посещения – Кунгурская ледяная пещера. Опускаю все ее количественные характеристики (они подробно изложены в Интернете). Скажу только, что любителям туристического экстрима эта пещера вряд ли понравится. Кунгурская пещера – место достаточно обжитое. Она электрифицирована (все ледяные образования подсвечиваются). Маршрут передвижения обозначен бетонированными дорожками (заблудиться здесь, подобно Тому Сойеру, достаточно сложно). Посещение пещеры происходит организованно в сопровождении экскурсовода (кроме того, что это познавательно, плюс организованного визита заключается и в том, что на камнях пещеры, не видны надписи наподобие: « Киса и Ося здесь были»).
Посещение подземного царства оставило приятное впечатление. Мы сходимся во мнении, что хотя бы один раз здесь побывать нужно.
Едем знакомиться с городом. Дорога выводит к зданию железнодорожного вокзала. Прекрасный русский модерн. Кстати, отреставрированный! Что–то не то с Лениным: нет, он не исчез с площади, но перестал быть вызывающе желтым, каким я его увидела в первое посещение. Обычный памятник естественного серого цвета. Кто–то потратил время и средства на возвращение материала в его изначальный вид. Осталось лишь едва заметное желтое пятно на лбу вождя. Что это? Запятнанная репутация русской революции?…
Заезжаем в город. Открытие первое: живописный центр. Он находится на холме, откуда открывается панорама на жилую малоэтажную застройку с вертикалями соборов и изгибами реки Сылвы. К картинке надо добавить обилие зелени, солнце и ясное небо.
С удовольствием вглядываемся в кирпичный декор лавок, гостиного двора, особняков и особнячков. Здесь сохранилась историческая застройка. Пусть она не настолько благоустроена, как мы уже привыкли в больших городах, но она есть. Сохранены не просто отдельные здания, а целая историческая ткань города. Изначальная основательность построек помогла им пережить смену владельцев, социального строя, идеологии. Ушли вожди и правители, а мастерство архитекторов, строителей, инженеров, осталось.
Второе большое открытие – музей купеческого быта. Как можно предположить, в рабочий день мы – единственные посетители музея, поэтому смотрительница с радостью проводит нам целую экскурсию. Мы узнаем, что торговля в Кунгуре процветала благодаря стратегическому положению города. Он располагался на пересечении жизненно важных магистралей Российской империи: Сибирского тракта, Соликамского тракта, а потом и Транссиба. Особой статьей дохода была торговля чаем. Именно здесь впервые в России было придумано продавать его расфасованным в небольшие нарядные упаковки (основа современного маркетинга: продажа не столько продукта, а его образа, идеи). Также здесь, в Кунгуре, было развито кожевенное производство. Обувью обеспечивались весь Урал и Сибирь.
Больше всего поразил рассказ об общественной деятельности купечества. Огромные личные пожертвования купеческих фамилий тратились на благотворительные цели. Именно на их средства строились гимназии, училища и приюты. Особенно изумил тот факт, что дети – сироты, получив общее образование и профессию в приюте, получали при выходе из него по 100 рублей. Тогда этих денег было достаточно для покупки дома. Так, приютские девушка и юноша, могли создать семью, имея дом, первоначальный капитал и какое–то полезное ремесло в руках. Вот это социально-ответственный бизнес! Для купцов их «здесь и сейчас» было именно там, где они зарабатывали деньги, именно эту среду они обживали и стремились менять к лучшему…
В некотором потрясении выходим из музея. Заходим еще и в краеведческий. Здесь нам не хватает рассказа, но есть интересные экспонаты. Узнаем, что первое упоминание о Кунгуре относится к 1663 году. Город начинался с крепости, форпоста русской цивилизации, осваивающей Урал и Сибирь. Так что маленький Кунгур значительно старше родного Екатеринбурга.
Еще один интересный факт. Найдя его в путеводителе, я сначала решила, что это шутка: «Кунгур – столица международного воздухоплавания». Слышали Вы о чем-нибудь подобном? Однако, это правда. Каждый год летом в Кунгуре проводится международный фестиваль воздушных шаров. Говорят, что это захватывающее зрелище. Можно только порадоваться за город! У него появляются новые перспективы развития. Хочется надеяться, что благодаря такой открытости город станет еще более благоустроенным. Кстати, в центре города уже есть сквер Воздухоплавателей и неподалеку – музей Воздухоплавания. В сквере стоит памятник русскому Икару, некоему Никитке–Летуну. Легенда гласит, что во времена Ивана Грозного этот сообразительный юноша, смастерив себе крылья, совершил полет с колокольни. Население и власть были не готовы к такому полету человеческой мысли. Кто–то сказал: «Не положено!», и, на всякий случай, «летун» был казнен… Русский Леонардо да Винчи не состоялся… Красивая история, но историческим фактом она не является. Тем не менее, памятник мечте – хорошая идея.
Наше пребывание в городе заканчивается, хотя, здесь хочется погулять еще. Может быть, именно на таком моменте и нужно расставаться, когда остается что–то недосказанное.
Пора в путь, до наступления темноты нужно попасть в следующий пункт нашего путешествия. Напоследок, вкусив пищи духовной, думаем о пище земной – заглядываем в маленький магазинчик «Кунгурские сладости». Ирис, пряники, щербет. Берем всего понемногу (гостинцы из Кунгура). Отъезжаем. Рука тянется к упаковкам («только чуть–чуть, только попробовать»). До чего же вкусно! Сладкий привет от Кунгура. Благодарим город и движемся дальше. Пермь Великая расстилает свои холмы и низины под колеса автомобиля. И вот мы уже – маленькая точка, движущаяся в этом спонтанном путешествии по времени и пространству.
продолжение следует
Лето подходило к концу, а мы нигде, кроме сада, так и не побывали. День за днем проходил в заботах: работа над большим проектом, поездки на стройку, ремонт собственной квартиры. В общем, получилось так, что лета мы практически и не заметили. Лишь тогда, когда стало существенно холодать, и начали желтеть листья, как бывает в августе у нас на Урале, мы спохватились: « А как же отпуск?»
Какое–то серьезное путешествие надо было организовывать заранее, поэтому легко отпали все варианты дальних поездок.
Что же делать? Возможно, отправиться куда–то не очень далеко, но туда, где мы точно не были. На глаза попадается книга Алексея Иванова об Урале «Хребет России». Мы просматриваем ее в очередной раз и приходим к выводу, что ехать стоит на север Пермского края. Это не так уж далеко от нас, и, если верить автору книги, там есть, что посмотреть. Нас не смущает, что проводить летний отпуск мы будем на Севере. Мой спутник жизни согласен и желает ехать, несмотря на ремонт и грядущую замену труб отопления в квартире. Пора собираться в дорогу. Остается лишь одно «но»: мы – люди с «чувствительным пищеварением». Неизбежный в дороге «общепит» – не для нас. Оказывается, это существенное препятствие. В разговорах рождается идея: «А что, если взять с собой мультиварку?», тогда мы сможем обеспечить себе автономное существование. По крайней мере, останавливаясь где-то на ночевку, кашу мы всегда сможем сварить.
Идея Мультиварки дополняется автомобильным холодильником, а также существенным запасом провизии и походной кухонной утвари. Мы решаем, что будем передвигаться от одного населенного пункта к другому, останавливаясь в них на ночевку и осматривая достопримечательности. Почему–то мы искренне верим, что везде найдем ночлег.
Большое преимущество путешествия на машине: все перечисленное без особых самоограничений можно взять с собой. Конечно, по мере нашего продвижения на Север, запасы необходимо будет пополнять. Мы также знаем, что в каждом новом пункте путешествия нам придется выгружать этот скарб по прибытии, и загружать обратно при отбытии. Поэтому все хозяйство должно быть крайне удобно упаковано и уложено в багажник в особом порядке. Отмечу, что к этой последней стадии подготовки женщины не допускаются.
Мы готовимся к настоящей экспедиции. Даем себе зарок выспаться накануне отъезда, но, как всегда это бывает, подготовка растягивается, и мы ложимся далеко за полночь. Утром, несмотря на всю нашу неорганизованность, все-таки удается погрузиться и выехать из города до наступления «пробок».
Под музыку из проигрывателя и разговоры дальнобойщиков, доносящихся из рации, мы покидаем Свердловскую область и оказываемся в Пермском крае. Рация – это, конечно, вещь полезная в дороге, – неоднократно она нас выручала в путешествиях. Но есть у нее и очень серьезный недостаток: рация – постоянный источник нецензурной лексики. Сначала это шокирует и возмущает, но через несколько часов пути ее перестаешь слышать, – мозг просто отключает этот аудиоканал. Во время путешествий я заметила интересную закономерность: чем дороги хуже, тем интенсивнее поток нецензурщины, и, напротив, на хороших дорогах даже матерые дальнобойщики удивляют своей вежливостью и предупредительностью. На таких участках часто слышится их обращение друг к другу: «Коллега!». Констатирую: на дорогах Пермского края «коллег» стало значительно больше, чем в нашем регионе, а нелитературные выражения приняли характер единичных высказываний.
Кунгур. «Не верить первому впечатлению».
Первый пункт нашего путешествия, где мы сделаем серьезную остановку, – город Кунгур.
Несколько лет назад зимой я уже была в Кунгуре проездом. Запомнился красивый собор с тюрьмой по соседству, памятник Ленину, покрашенный желтой краской, неплохие купеческие особнячки в общей неприкаянности кварталов. В общем, впечатление сложилось не самое благоприятное.
На этот раз мы вооружены путеводителем, обещающим интересную программу, на улице – бабье лето, и мы полны решимости открыть для себя этот город с лучшей стороны.
Кстати, в городе появился современный отель. Никакого убожества провинциальной гостиницы! Это тоже большой плюс к созданию позитивного образа города. В отеле мы остановились на ночь. Утром к назначенному часу мультиварка заботливо сварила рисовую кашу, и мы отправились совершать открытия.
Обязательный пункт посещения – Кунгурская ледяная пещера. Опускаю все ее количественные характеристики (они подробно изложены в Интернете). Скажу только, что любителям туристического экстрима эта пещера вряд ли понравится. Кунгурская пещера – место достаточно обжитое. Она электрифицирована (все ледяные образования подсвечиваются). Маршрут передвижения обозначен бетонированными дорожками (заблудиться здесь, подобно Тому Сойеру, достаточно сложно). Посещение пещеры происходит организованно в сопровождении экскурсовода (кроме того, что это познавательно, плюс организованного визита заключается и в том, что на камнях пещеры, не видны надписи наподобие: « Киса и Ося здесь были»).
Посещение подземного царства оставило приятное впечатление. Мы сходимся во мнении, что хотя бы один раз здесь побывать нужно.
Едем знакомиться с городом. Дорога выводит к зданию железнодорожного вокзала. Прекрасный русский модерн. Кстати, отреставрированный! Что–то не то с Лениным: нет, он не исчез с площади, но перестал быть вызывающе желтым, каким я его увидела в первое посещение. Обычный памятник естественного серого цвета. Кто–то потратил время и средства на возвращение материала в его изначальный вид. Осталось лишь едва заметное желтое пятно на лбу вождя. Что это? Запятнанная репутация русской революции?…
Заезжаем в город. Открытие первое: живописный центр. Он находится на холме, откуда открывается панорама на жилую малоэтажную застройку с вертикалями соборов и изгибами реки Сылвы. К картинке надо добавить обилие зелени, солнце и ясное небо.
С удовольствием вглядываемся в кирпичный декор лавок, гостиного двора, особняков и особнячков. Здесь сохранилась историческая застройка. Пусть она не настолько благоустроена, как мы уже привыкли в больших городах, но она есть. Сохранены не просто отдельные здания, а целая историческая ткань города. Изначальная основательность построек помогла им пережить смену владельцев, социального строя, идеологии. Ушли вожди и правители, а мастерство архитекторов, строителей, инженеров, осталось.
Второе большое открытие – музей купеческого быта. Как можно предположить, в рабочий день мы – единственные посетители музея, поэтому смотрительница с радостью проводит нам целую экскурсию. Мы узнаем, что торговля в Кунгуре процветала благодаря стратегическому положению города. Он располагался на пересечении жизненно важных магистралей Российской империи: Сибирского тракта, Соликамского тракта, а потом и Транссиба. Особой статьей дохода была торговля чаем. Именно здесь впервые в России было придумано продавать его расфасованным в небольшие нарядные упаковки (основа современного маркетинга: продажа не столько продукта, а его образа, идеи). Также здесь, в Кунгуре, было развито кожевенное производство. Обувью обеспечивались весь Урал и Сибирь.
Больше всего поразил рассказ об общественной деятельности купечества. Огромные личные пожертвования купеческих фамилий тратились на благотворительные цели. Именно на их средства строились гимназии, училища и приюты. Особенно изумил тот факт, что дети – сироты, получив общее образование и профессию в приюте, получали при выходе из него по 100 рублей. Тогда этих денег было достаточно для покупки дома. Так, приютские девушка и юноша, могли создать семью, имея дом, первоначальный капитал и какое–то полезное ремесло в руках. Вот это социально-ответственный бизнес! Для купцов их «здесь и сейчас» было именно там, где они зарабатывали деньги, именно эту среду они обживали и стремились менять к лучшему…
В некотором потрясении выходим из музея. Заходим еще и в краеведческий. Здесь нам не хватает рассказа, но есть интересные экспонаты. Узнаем, что первое упоминание о Кунгуре относится к 1663 году. Город начинался с крепости, форпоста русской цивилизации, осваивающей Урал и Сибирь. Так что маленький Кунгур значительно старше родного Екатеринбурга.
Еще один интересный факт. Найдя его в путеводителе, я сначала решила, что это шутка: «Кунгур – столица международного воздухоплавания». Слышали Вы о чем-нибудь подобном? Однако, это правда. Каждый год летом в Кунгуре проводится международный фестиваль воздушных шаров. Говорят, что это захватывающее зрелище. Можно только порадоваться за город! У него появляются новые перспективы развития. Хочется надеяться, что благодаря такой открытости город станет еще более благоустроенным. Кстати, в центре города уже есть сквер Воздухоплавателей и неподалеку – музей Воздухоплавания. В сквере стоит памятник русскому Икару, некоему Никитке–Летуну. Легенда гласит, что во времена Ивана Грозного этот сообразительный юноша, смастерив себе крылья, совершил полет с колокольни. Население и власть были не готовы к такому полету человеческой мысли. Кто–то сказал: «Не положено!», и, на всякий случай, «летун» был казнен… Русский Леонардо да Винчи не состоялся… Красивая история, но историческим фактом она не является. Тем не менее, памятник мечте – хорошая идея.
Наше пребывание в городе заканчивается, хотя, здесь хочется погулять еще. Может быть, именно на таком моменте и нужно расставаться, когда остается что–то недосказанное.
Пора в путь, до наступления темноты нужно попасть в следующий пункт нашего путешествия. Напоследок, вкусив пищи духовной, думаем о пище земной – заглядываем в маленький магазинчик «Кунгурские сладости». Ирис, пряники, щербет. Берем всего понемногу (гостинцы из Кунгура). Отъезжаем. Рука тянется к упаковкам («только чуть–чуть, только попробовать»). До чего же вкусно! Сладкий привет от Кунгура. Благодарим город и движемся дальше. Пермь Великая расстилает свои холмы и низины под колеса автомобиля. И вот мы уже – маленькая точка, движущаяся в этом спонтанном путешествии по времени и пространству.
продолжение следует