Окончание. Начало ЗДЕСЬ
Он набрал ее номер. Никто не брал трубку. Спустя часок еще позвонил. Опять никакой реакции. Звонил весь день. Наконец взяли трубку:
- Привет! Ты где, в Париже? – раздался ее голос.
Он предложил встретиться и сразу попросил денег. Она же - такая хорошая знакомая.
Для нее это было так некстати. А если приедет Федерико? Обязательно заревнует. Если и не приедет, то зачем ей вообще такая компрометирующая фигура?
- Вечно у вас, русских, какие-то проблемы, - в сердцах ответила она. - А я только что купила машину.
- Пи-пи-пи, - она положила трубку.
Как он прожил в Париже несколько дней, Петя с тех пор вспоминать не любит. Не рассказывает. Наверное, как клошар. N это нисколько не интересовало.
Свои обязанности во всемирном масштабе любовник N выполнял два срока подряд. Они часто встречались с N. Ходили куда-нибудь. Но Федерико был женат и не собирался разводиться. Однажды они сходили в театр втроем, N, Федерико и его жена, Консуэлло. Детей у них не было, и N - некоторые принимали за их дочь.
Там они встретили Джеймса. N, что бывало с нею редко, допустила одну маленькую ошибку. Она тут же ее сгладила смехом, пожиманием руки, уводом разговора в другую сторону, но она поняла, что ошиблась и ошиблась крепко:
- Джеймс, - представился человек.
- Бонд? – попыталась пошутить N, но по напрягшемуся лицу Федерико она поняла, что попала в самую точку. Она допустила оплошность, но, таково было свойство ее жизни и натуры, что эта оплошность - оказалась кстати.
Она почувствовала всем телом, заголенными плечами, едва прикрытой вечерним шелковым платьем грудью, что желанна для этого американца. Спустя несколько дней, они встретились на улице. Чего только не бывает в центре Парижа. Такие узкие улочки. Они зашли в кафе, поболтали. Потом он проводил ее до дома, попросился в гости.
- Но Федерико... – сказала она, - мне неловко.
- А что Федерико? - сказал Джеймс. - Он ведь не муж вам.
- Он платит за эту квартиру. Значит муж.
- И все? – спросил. – Просто платит за квартиру?
- Не только, - ответила N. - Еще он осветил мою жизнь, наполнил ее смыслом.
- Не думаю, что он наполнил ее сексом, - сказал Джеймс.
- Вы в своем репертуаре, господин Бонд, - сказала N. Но она не пригласила его. Более того, рассказала все Федерико. Тот был немного обеспокоен, насторожился и, спустя какое-то время, буквально в тот же день предложил ей слетать ненадолго в Испанию. И него есть шале на побережье, на самом берегу, по адресу улица Плайя, дом 5.
Вскоре она с большим удовольствием полетела прямым рейсом до Сивильи. Там она взяла такси. Наконец показался какой-то зеленый городок на мысу.
- Синьора, как проехать на улицу Плайа? – спросил таксист.
- Поезжайте прямо, там будет улице Пингвина, следующая за ней будет Пляжная улица.
N не говорила по-испански, но понять о чем они говорят было не трудно.
Она открыла дверь своим ключом, отпустила такси, положила чемодан, обошла дом. Он был огромный, просторный. Из окон было видно море, но до воды было довольно далеко, не меньше километра пустого, ровного как стол пляжа.
N позвонила домой, маме. Включила телевизор. Вышла на балкон. Совершенно пустой пляж. Она сходила поужинать и рано легла спать.
На другой день она прибирала дом, звонила, раза три Фелерико, для того, чтобы спросить что у него где лежит. Он сам мало что помнил про этот свой дом. Потом она ходила по городу, зашла пообедать в ресторан.
Там у нее страшно заколотилось сердце. Ей показалось, что она увидела Джеймса. Это был какой-то американец с женой. Просто общий тип.
Вечером пришел парень, который по просьбе Федерико присматривал за домом. Он был красив и раскован...