Клуб "Сочи", который мы открыли в 2008 году вместе с Ваней Митревичем и Анной-Кристиной Альберс, на средства и риски последней, просуществовал чуть более года и отметился несколькими скандальными событиями. Некоторые из них я уже вспоминал ранее в своих рассказах, история о финальном событии ждет вас впереди.
Но все же самым главным содержанием этого места, смыслом, ради которого оно существовало, была музыка. Несколько сотен концертов разного масштаба и формата. Новые коллективы, которые в будущем стали звездами. Ансамбли, которые канули в небытие. Гастроли иностранных групп и диджеев. Бесконечная вереница, сложно управляемый процесс, полный нюансов, который со стороны выглядел естественным ходом событий.
Начав как диджей-бар с редкими бесплатными для публики концертами, исключительно в рекламных целях, мы очень быстро вошли во вкус и стали экспериментировать со всем большим количеством лайвов. И уже не могли остановиться. Бесплатный вход мы выдержали около двух месяцев. Потом события стали настолько серьезными и затратными, что без продажи билетов мы уже не могли их потянуть. Поток событий был настолько стремительным, что именно в "Сочи" я заметил забавную профессиональную деформацию, преследующую наверное любого арт-директора концертного клуба. Меня можно было разбудить среди ночи, и я без запинки бы перечислил всю программу клуба на месяц вперед, с точными датами, именами артистов и информационными поводами. Но при этом, спустя два дня после любого концерта, я уже не мог вспомнить точно, а что именно и когда именно у нас недавно происходило.
В этом смысле, очень любопытное занятие - рыться в архивах интернета или печатной прессы и вдруг с удивлением осознавать , что у нас играл тот или иной артист.
Но, безусловно, самые яркие события, особенно те, благодаря которым я узнавал тот или иной замечательный коллектив, остаются в памяти навсегда. Без точных дат, без подробностей относительно финансовых и технических условий, но всегда с какими-то незначительными деталями. Видимо, эти самые детали и являются самым важным. Легкие отпечатки памяти, поле деятельности для психотерапевтической археологии.
Поэтому в следующих своих постах я решил в произвольном порядке накидывать ворох таких воспоминаний. Ни к чему не обязывающих, но в целом передающих отчасти атмосферу того прекрасного времени.
Jukebox Trio. Их посоветовала нам директор ансамбля Billy's Band Алла Абрамовна Резникова. Удивительный человек, профессионал с мощной витальной силой и творческой энергией. К огромному сожалению многих людей в этом городе, она умерла недавно.
Так вот, Jukebox Trio, троица молодых ребят родом из Казани, недавно перебравшихся в Москву, выступали в жанре битбокс-акапелла - на сцене они использовали только виртуозную мощь собственных голосов, не прибегая к помощи ни единого музыкального инструмента. Они творили настоящие чудеса, и кажется могли исполнить вообще все что угодно. Тогда, естественно для начинающего коллектива, их репертуар состоял исключительно из кавер-версий разных хитов. Но делали они их божественно. Энергетическим центром проекта был их импрессарио Валера Марьянов, медийный персонаж, известный многим по музыкальным телевизионным шоу. С ним, как и с парнями, мы мгновенно подружились, напились, протрезвели и снова напились. С тех пор я делаю практически все концерты Трио в Петербурге. Меняю клубы, площадки, сцены, и везде таскаю их за собой. Как собственно и еще ряд замечательных, преимущественно московских, ансамблей и артистов-одиночек.
Валера завел забавную традицию, в качестве импрессарио открывать каждое выступление ансамбля. В Петербурге на слабо он вытащил на сцену и меня. Дуэт наш тут же сложился. И такое представление концертов тоже стало доброй традицией.
С ребятами связано много разных воспоминаний, но два самых ярких - на совести бас-голоса ансамбля Ильи.
Первое бытовое. Однажды после концерта он решил зависнуть в Петербурге на несколько дней и попросился пожить у меня. Я тогда жил один в двухкомнатной квартире на Сенной площади и мне было совершенно удобно и приятно дать кров приятелю. Но так случилось, что в первый же день, когда я ушел по делам и оставил Илье ключи, он не смог правильно закрыть дверь и прокуковал в подъезде несколько часов. Я вернулся под вечер, вызвал мастера, тот выпилил дверь.
Это событие могло бы остаться незамеченным, если бы на следующий день непостижимым для меня образом, этого не случилось снова. Тот же мастер, тот же процесс, и очень странный взгляд мастера на нас, подозревающий легкое сумасшествие. С тех пор я никому не рекомендую оставлять Илью наедине с собственной дверью.
Второе воспоминание творческое. В то время, параллельно с работой в "Сочи", я продолжал диджеить в баре "Фидель" на Думской улице. И вот после очередного концерта Jukebox Trio, когда мы естественно основательно напились с артистами, я вдруг вспомнил, что мне пора идти крутить пластинки. Но расставаться с парнями не хотелось, и я позвал их с собой. Так как в "Фиделе" для диджея был безлимитный бар, мы конечно продолжили набирать обороты. И на пике этого процесса, я вспомнил, что в клубе есть микрофон, в пульте есть гнездо для подключения микрофона, а передо мной стоит все тот же Илья, который своим голосом может сымпровизировать басовую партию для любого трека. И мы продолжили нашу дискотеку в формате полулайва. Танцевальные хиты, столь любимые публикой Думской улицы волшебно преображались путем наслоения на них густого и качающего баса Ильи.
Насколько я помню, получилось нереально круто. Точнее, не так. Как мне рассказали, было нереально круто. Я сам не помню ровным счетом ничего.
Продолжение следует...