Из истории отечественного шоу-бизнеса времён "старых русских"
Судебные дела бывают разные: обыденно-неброские, чем-то сродни объектам поточного производства (а таковые составляют основную их часть)или же пребывающие в явном меньшинстве резонансные скандальные сюжеты, к которым оказывается надолго приковано внимание широкой публики. Однако за более чем три века петербургской истории и их накопилось преизрядное число. Расскажем об одном из самых любопытных случаев, имевшем место во второй половине прошлого столетия.
21 апреля 1871 г.под началом столичного мирового судьи Александра Барановского на открытом заседании разбиралось уголовное дело артисток театра "Буфф",французских подданных Бланш Ганон и Луизы Филиппо, которым было предъявлено обвинение в "бесстыдных действиях и дерзком покушении на общественную нравственность".Какие же, собственно,"действия" произвели обвиняемые, и в чём состояло существо этого "дерзкого покушения"? Все подробности столь необычного процесса были изложены в нескольких корреспонденциях "Санкт-Петербургских ведомостей".
Инцидент, давший повод к громкому судебному разбирательству, произошёл немногим более двух недель ранее,4 апреля. В тот вечер зал театра "Буфф" был заполнен до отказа, и зрители, среди которых преобладали молодые офицеры столичного гарнизона, особенно активно вызывали на "бис" самых популярных местных шансонеток - молодых француженок Ганон и Филиппо. Ну а те,судя по всему,с каждым новым выходом на сцену становились всё более раскованными... Однако на их беду,в зале вместе с веселящимися военными оказалось несколько штатских - людей весьма серьёзных и высоконравственных. Увиденное потрясло их до глубины души, что они и изложили в пространной жалобе, поданной по соответствующему адресу. Цитируем:"...На означенном представлении артистка Луиза Филиппо при исполнении по требованию части публики песенки "L'amour" вела себя на сцене бесстыдно-вызывающе, стремясь голосом, жестами и телодвижениями изобразить чувственное исступление женщины. Другая же артистка, Бланш Ганон, явилась на сцену в крайне непристойном костюме: в лёгкой короткой женской шубейке, накинутой на тело, плотно обтянутое в трико, причём с поясом телесного цвета; никаких туник, непременно употребляемых в балетных костюмах, у неё не имелось... Явясь в таком виде пред многочисленною публикою, Ганон представлялась практически почти полностью обнажённою и в этом виде, танцуя канкан, дозволила себе также производить бесстыдные, соединённые с чувственным соблазном телодвижения...В таких действиях названных артисток присутствовало не только нарушение общепринятых законов приличия и благопристойности, но и наличествовал проступок сценического бесстыдства, клонящегося к возбуждению самых грубых инстинктов и к унижению значения театральных представлений вообще".
====================
Как заявил на суде уполномоченный со стороны полиции Леонид Рудановский, владельцы театра "Буфф" и ранее неоднократно пренебрегали требованиями закона. Так, ими "не принималось должных мер по соблюдению приличий и благопристойности в выборе репертуара и форме женских костюмов; было замечено, к примеру, и вызвало законные жалобы многих посетителей исполнение особенно цинических пьес в Великом Посту. Безусловно, современные вкусы требуют от театра по преимуществу лёгкого, льстящего чувственности развлечения; однако терпимость не должна простираться до полной распущенности,- она должна ограничиваться известными пределами". Заключительная же речь судьи А.Барановского была выдержана в сурово-торжественных тонах:"Французских подданных, актрис театра "Буфф" Бланш Ганон и Луизу Филиппо, за бесстыдные, соединённые с соблазном для других действия на сцене театра, чем публично унижено было не только достоинство женщины-артистки, но вообще достоинство театральных зрелищ,- подвергнуть денежному штрафу в размере: Бланш Ганон - 100 рублей,и Луизу Филиппо - 50 рублей (деньги по тем временам совсем немалые! - Авт.). Что же касается директора-распорядителя театра "Буфф", купца Василия Егарёва, то его признать невиновным в сем инциденте".
Эта поучительная история вызвала в Петербурге долгие и оживлённые пересуды. При этом было, однако, замечено, что наказанных актрис куда больше жалели (особенно в офицерской среде, где их сценический талант ценился особенно высоко),нежели бранили или порицали. Ну а нынче можно только посетовать на превратности судьбы, приведшей двух весёлых француженок на скамью подсудимых,- хотя сразу и не скажешь, то ли во вред им это в итоге пошло, то ли на пользу. Вот кабы родились они лет этак на сто двадцать попозже...