Всю жизнь я скучаю только по одному человеку - по моему дедушке. Он давно умер.
Я никогда не забуду его прокуренную жилетку болотного цвета с тысячью карманами, которую, сбегая по школьной лестнице, я мгновенно узнавала, и, уткнувшись в неё носом, с удовольствием вдыхала такой родной и терпкий запах табака.
Дед никогда не ругал меня - он шутил. Его подколы всегда били сильнее ремня и гораздо быстрее приводили к пониманию собственной глупости.
Отлично помню, как мне, тогда двухлетнему, сидевшему в коляске малышу, дед, хрипловато посмеиваясь, засунул в рот сигарету и поднёс зажигалку, разумеется, не поджигая её. Разумеется, только ради фотки.
А когда мне было четыре, я заинтересовалась маняще-блестящей стопкой, стоявшей на краю стола рядом с тарелкой деда, и, никого не спрашивая, резко встав на носочки, выпила остатки её содержимого. Удивленно отбросив от себя неприятно раскалившую моё горло стопку, я недоуменно поморщилась, вопросительно глядя на хитро-подмигивающий дедушкин глаз, расплывшийся в добродушной улыбке.
Он был до бесконечности добрым и простым человеком.
Никуда не лез, никого не подсиживал, не шёл по головам, а, наоборот, поддерживал и бескорыстно помогал каждому человеку.
В общественном транспорте дед всегда ездил стоя.
Бесконечно спокойный.
Бесконечно беспечный.
Бесконечный. Был.
Мне снился сон, где я, стоя на тверской земле, окутанной зелёным распластавшимся утренним туманом, обнимаю деда, вдыхая пропитанный росой чистейший сладкий деревенский воздух. Тишина.
Бесконечное безмолвное счастье.
Нам необходимо встретиться ещё раз, потому что из-за своей детской глупости я не успела ему кое-что сказать.
Около десяти лет назад у дедушки обнаружили рак.
Зима, вечер.
Я рублюсь в комп.
"Виу-виу-виу" - вдруг надрывается домофон.
Я снимаю трубку:
- Кто это?
Слышу гримасы снежной вьюги.
- Конь в пальто! - голос дедушки всегда был весел.
Меня кольнуло нетерпение.
- Деда, мне открывать? Вы зайдёте? - тороплюсь я, заранее надеясь на отказ, ведь игра стоит на паузе на самом интересном месте, у меня нет ни секунды свободного времени!
- Нет, я просто хотел предложить тебе прогуляться вместе с нами. Мы с бабушкой ненадолго, вокруг дома - и всё.
Тогда променять домашнее тепло на ледяной ветер улицы казалось чем-то невероятно глупым, а сейчас прошлая я кажусь себе невероятно тупой, сейчас - готова отдать всё, что угодно ради той минутной прогулки, сейчас я так люблю замерзать под морозные ураганы!..
Я нетерпеливо крутила провод трубки:
- Не, я занята. Давайте в другой раз.
Интонация деда осталась такой же мягкой:
- Тогда заходи как-нибудь к нам чай пить.
- Да, деда, обязательно зайду! Пока! - я быстро повесила трубку до того, как дед успел ещё что-либо сказать, и побежала к компу, мгновенно забыв, что пообещала зайти.
Он умер через два дня. Нетронутый чай давно остыл и был слит в раковину.
Этот холодный стук равнодушно повешенной трубки домофона я никогда не забуду. И никогда себе не прощу.
Поднеси поближе.
Я закурю.
Прошу, не забывайте своих близких и родных. Пишите, звоните, навещайте. Не расставайтесь с любимыми на грубом слове, ведь никогда не знаешь, в какой момент слово станет последним и будет уже ничего не вернуть. Любите до последней секунды.
Ведь, возможно, это наша последняя жизнь и больше мы никогда друг друга не встретим.
