Превью: Япония, самурайская честь, восточные традиции...
Рассказ опубликован в журнале "Урал" №11/2017
8
– Каваками Сигэмаса! – произнёс Нариакира, едва они покинули тянива, – на правах сюзерена я прошу вас сопровождать меня в качестве телохранителя.
Сигэмаса на мгновенье замялся, растерявшись, и это не укрылось от даймё.
– Слушаю, господин! – он почтительно поклонился.
– Я запрещаю ваш визит к Такахаси Мунэнори, – вдруг без всяких предисловий в лоб заявил Нариакира.
Сигэмаса был поражён.
– Прошу меня извинить, но… откуда вам известно?!.. – импульсивно начал он и осёкся, поняв, что чудовищно проговорился. Однако Нариакира не подал знаков самодовольства, напротив – словно не заметил досадного промаха своего подданного.
– Потому что я сам хотел так устроить, – спокойно проговорил Нариакира. – Но если обратиться к услугам этого ниндзя, то Арихито непременно до всего дойдёт своим умом. Жить с позором такой человек не сможет и всё равно совершит сэппуку.
Сигэмаса испытал очередное потрясение.
– А теперь скажи мне, храбрый самурай, – продолжал Нариакира, перейдя на «ты», – что лучше: с честью погибнуть в поединке или с позором от сэппуку?
Ответ был очевиден.
– Вы будете сопровождать меня в качестве телохранителя до моих апартаментов, Сигэмаса, – сказал Нариакира. – В моих квартирах я налагаю на вас арест до полудня завтрашнего дня.
Сигэмаса был уничтожен.
– На каких основаниях? – раздавленным голосом произнёс он.
– Несмотря на логические доводы и мои приказы, вы, ослеплённый горем предстоящей потери близкого вам человека, всё равно обратитесь к Такахаси. В случае ослушания вам придётся совершить сэппуку. Но мне нужны опытные военачальники. Поэтому до завтрашнего дня вы под моим арестом.
– Но почему вы знаете, что я непременно ослушаюсь вашего приказа?! – отчаянно произнёс Сигэмаса.
Нариакира значительно посмотрел на своего вассала, задававшего слишком много вопросов и уже чрезмерно нарушившего субординацию. Он выдержал очень длительную паузу, подчёркивая свой статус, и, наконец смягчившись, ответил:
– Я на вашем месте поступил бы точно так же!
***
Арихито смотрел вслед своим гостям до тех пор, пока те не скрылись из виду. После вошёл в тясицу. Мысли его – спокойные и уравновешенные – текли умиротворённо и в большей степени касались созерцательного. Всё, что было дорого, завтра исчезнет навсегда. Однако, вопреки предположению читателя, этот момент тревожил великого мастера не существенно – дзэн учил не привязываться к самим категориям хорошего и плохого. Дзэн учил воспринимать эти абстрактные проявления как субъективный анализ разума, который, завися от категорий хорошего и плохого, теряет свободу на пути к высшему просветлению. То же касалось и понятий жизни и смерти. Один из способов постижения выбранной цели – аскетизм, тесно взаимосвязанный с пониманием высшей гармонии. Эта гармония предполагает красоту предельно простую и естественную – природную, так сказать, свободную от вычурной вензельности и помпезности, которую нацепили люди. Мастерство чайной церемонии – один из самых сильных и действенных способов постижения таинства, позволяющего увидеть прекрасное в элементарном и даже примитивном, с точки зрения типичного обывателя. Собственно, это способ постижения той самой гармонии, о которой идёт речь.
Однако мастера беспокоил ряд некоторых внутренних противоречий. Он не страшился смерти, не страшился потерять дорогое душе и сердцу, но страшился позора! Нельзя забывать – Арихито был самурай и был воспитан по законам буси. А бесчестье для буси – самое невыносимое дело! Выходит, не во всём Арихито мог считать себя свободным. И свобода эта была во власти некой зависимости. Честь – вот эта зависимость, от которой Арихито никогда не только не мог, но даже и не старался освободиться! Больше того, не существовало прецедентов, благодаря которым Арихито пробовал задуматься над вопросом, теперь пытавшим его разум.
«Действующие» самураи, то есть воины, живущие войной и знающие вкус и запах крови, привычные к убийству, давно смогли «правильно» приложить дзэн к философии буси, явив таким образом уникальный в своей утилитарности сплав буддизма и кодекса бусидо. Используя на деле мощные в своей действенности принципы дзэн, они порой свободно трактуют некоторые логические противоречия, которые, к слову сказать, противоречиями являются больше для людей не посвящённых. Но как быть с теми, кто собственными руками не дарил смерть и сам никогда не подвергался смертельной угрозе? Тем, кто носил пресловутые два меча, но образом мыслей более напоминал монаха, нежели воина?
Впрочем, мы не раз уже говорили, что Такасуги Арихито был человеком необыкновенного духа. Если что-то не удавалось постичь разумом, на помощь приходили мощные медитативные практики. Именно к ним прибегнул наш мастер чая.
Примечание:
Ниндзя – разведчик, диверсант, наёмный убийца в средневековой Японии. Несмотря на свой кодекс чести, считались низшей и недостойной кастой воинов, выполняя дела, часто грязные и позорные для самурая.
Сэппуку – ритуальное самоубийство. Совершалось в случае поражения или по приказу своего сюзерена.
Продолжение следует
Если было интересно, пожалуйста, ставьте лайки, подписывайтесь на канал - буду очень признателен! Всем добра, света и хорошего чтения!