Привет мои краснощекие друзья! Сегодня Ваш- Читающий- Кот, пока дул на чай, решил, что все. Вот оно. Пора перетряхивать волшебную мишуру в ваших сердцах и волновать ваши души самым чудесным праздником! Я подвязался вас порадовать, развеселить и насыпать немного снега за шиворот, что бы не были такими серьезными, уставшими и не веселящимися людьми, каких я вижу из окна. Кстати об окнах! Поглядите-ка наверх, может мое в вашем городе? Я часто вам машу и рисую неприличные рожи на запотевшем стекле, но вы почему-то не смотрите. Надеюсь увидеть что-нибудь поинтереснее ваших затылков, и если вы вдруг найдете мое окно (самое новогодне-нарядное) – я скину вам мандарин!
Готовьтесь мои ребята, я собрался вас обстрелять залпом о том, какие новогодние книги читать! Включаю Эллу Фицджеральд и начинаю писать!
Чарльз Диккенс «Приключения Оливера Твиста»
Традиция? Решите вы. Вдвойне. Отвечу я вам. Потому что во-первых да, я почти в каждой статье пишу о книгах Диккенса и причинность этого весьма легкая, он не просто один из лучших классиков, он один из классиков после которого очень приятно жить эту необыкновенную жизнь и делать все эти обыкновенные дела. Ну а во-вторых, Рождество придумали отнюдь не ребята из Кока-Колы, его Создал Сам Чарльз (спасибо тебе повелитель моей души) Диккенс. И нет, мои незримые друзья, я сейчас не пошутил. И даже не преувеличил, хотя очень часто грешу этим недугом чрезмерно воодушевленных личностей). Я не буду описывать подробности того, как это произошло ( если хотите, сделаю это в отдельной статье, щелкните пальцами в комментариях и ваш кошачий джин исполнит любое ваше литературное извращение.) Кстати, я только что вспомнил, что это была самая первая книга Диккенса, которую я прочитал. И взялся – то я за нее, только потому что мне было как-то не по-пацански , из-за того, что дома небрежно валяется Твист, а я до сих пор не в курсе как мне стоит относиться к этой всеобщей любимице. И знаете, я как сейчас помню, что расплакался, когда читал ее, как самый последний болван, и что-то неубедительно мычал и мямлил, пытаясь объяснить своим домашним что все в порядке, что меня никто не обидел, что на хвост не наступали, что я не голоден, что я просто растрогался как трехлетка над пустым фантиком, следом за которым все-таки подарили самую вкусную конфету.
Нет, я плакал, не потому что было грустно и грузно, а потому, что эти могучие, добрые руки заносят в ваше сердце нежность, теплоту, и благодарность… И застарелый голод по ласке слышится в каждом его слове. У Диккенса было бесприютное детство, в котором не было места празднику, но зато праздник есть в каждой его книге. Праздник сердечности и надежды, мягкости и кротости, доброты и отзывчивости….Это треск сухих поленьев в нагретом доме , где на тебя смотрят с любовью и заботой, а за окном холодный и мрачный, жестокий и гадкий мир, который никогда не войдет в эту комнату.
Нора Робертс «Родовое проклятье»
Ребяяятааа… я не знаю , что в вашем понимании типично «женский» роман, или же типично «новогодняя» книга, Но.
Если на книжных страницах хрустит имбирное печенье, то я получаю наслаждение от этого угощения.Если там звучит кельтская музыка, то я танцую каждым своим усиком. Если там добрые, заботливые друзья, меня так и подмывает крикнуть им: «А я?!» Если книга наполнена искрящимся юмором, я больше не чувствую себя угрюмым пугалом.Если она насвистывает забавные шалости, хочется забыть о печальной усталости. Хочется ей присвистнуть в ответ какой-нибудь незатейливый матершинный куплет. Если она рассказывает о настоящей любви, хочется немного с собой унести.Если в ней всякие увлекательные случайности, хочется разузнать все последующие крайности. Если она возглашает себя приключенческой, значит в ней сюжет с интересом повенчаны. Если в ней катятся пышные воды остроумия и иронии, хочется зачерпнуть стаканчик от тугодумия и ипохондрии. Если в ней острый заступ мистики и загадочности, значит это комбо стилистики и беспорядочности. Если после прочтения понимаешь, что это только начало, а не завершение. В общем, я потонул в хляби своих неудавшихся сравнений, эта книга- концентрат замечательных и восторженных ощущений.
Я полетел беспредельно своими глаголами ободренный, читать эту книгу снова в нее влюбленный.
Макс Фрай «Сказки Старого Вильнюса» (пссс, любая часть,любаааааааая)
Мои дорогие друзья, если в нашем мире есть официальный представитель чудес и самого прелестного словоблудия - это Фрай. Если в нашей вселенной есть должность «Творец волшебства и бессмертная вспышка праздника» - это Фрай. Если есть на этом свете номинация « Укротитель любого злодейства и безрассудный любимец жизни» - это Фрай. Полагаю, в индейском сообществе его бы прозвали «Быстроногая Жажда Приключений», или: «Вымышлятель Прелестей Разноцветных», или: «Вождь из Святилища Пышного Храма Слов» …Ну, я думаю, вы поняли) И меня опять рифмы проняли… Мне не важно как его нарицают сыны критиканского слова, меня бомбит от него снова и снова. Я с решимостью гордой понесся его обожествлять, аргументы его неповторимости безостановочно предъявлять. Он положит конец всякому чувству раздора, его книги- для грустной души опора. Он сбросит иго всякого тучного бреда и оставит в тебе сияние Туманности Андромеды. Это неприкосновенность молчаливой и крепкой дружбы, которой обиды и непонимание чужды. Это громимое лаской сердце, в котором для праздника есть теперь дверца. Он укротитель любого злодейства, и твоему смеху прямое содействие. Он распахнет ворота чудес, ведь он самый прекрасный балбес. С битвы пылающей жизни унылой, ты ворвешься к нему и забудешь о мире постылом. Он первый старец и последний младенец, он самый восхищающий отщепенец….
Матерь единая. Бросился в страхе на ногах своих быстрых я отсюда, иначе мне не закончить этого взбалмошного этюда. Обещаю, я приготовлю вам еще новогоднего чуда и притащу на ваше читательское блюдо! Приятной загадочной ночи от Вашего- Читающего- Словоблуда.
Больше вычурных некомпетентностей здесь и здесь. И кажется, парочка интеллигентностей тоже есть.