Неразбериха с президентскими выборами в Соединенных Штатах скрывает самое главное в переходный период, которое состоит в то, что никогда англосакс не станет другом для славянина, тем более русского. И речь здесь идет не об обычных людях, а о политиках. В отличие от Трампа, который грозил России только санкциями, Байден решил сыграть с Россией «по-взрослому». Джо Байден еще не стал президентом США, но с его приходом прогнозируют возрастание риска серьезного военно-политического кризиса. В этом смысле политиканам-американцам следовало бы проснуться и вспомнить уроки Карибского кризиса.
«The Cuban Missile Crisis in American Memory Myths Reality» Шелдона М. Штерна – это отражение современного историографического подхода к «Кубинскому кризису» в отношениях СССР и США в 1962 году. Без преувеличения можно сказать, что тема Карибского противостояния за годы своего существования уже стала во многом традиционной для исторической науки. Актуальность темы вытекает в первую очередь из самого значения «Кубинского кризиса» для мировой политики того времени. В настоящее время признано, что октябрь 1962 года — это пиковая фаза «холодной войны». Это время, когда мир был как никогда близок к глобальной атомной войне. Вскрытие причин и последствий противостояния США и СССР в Кубинском кризисе в анализируемой книге Штерна направлено в первую очередь на недопущение подобных ситуаций в будущем.
Актуальность темы следует из той политической картины, которая сложилась в свете тенденций современной геополитики. Речь идет о постоянном расширении членов так называемого «ядерного клуба» за счет таких стран, как Северная Корея. В связи с этим возможности как глобальных, так и региональных конфликтов с применением атомного оружия еще далеко не изжиты. Поэтому изучение тех фактов, которые сделали возможным мирный выход из далекого уже «Кубинского кризиса», дает бесценный опыт Этот опыт можно использовать не только в академических кругах, но и в других, более практических сферах (например специалистами по современной внешней политике). Таким образом, эта книга позволит глубже понять анатомию взаимоотношений между государствами в прошлом, а также в настоящем времени.
До 2003 г. вопрос о том, что же на самом деле было записано на магнитофонные пленки Белого дома, все еще являлся предметом горячих споров. То, что происходило в действительности и кто, кому и что именно говорил, было выяснено благодаря анализу материалов магнитофонных записей. Эта книга стала результатом более чем двадцатилетнего труда историка президентской библиотеки Джона Шелдона М. Штерна.
Из краткого изложения книги становится ясно, что книга содержит в себе оценку важности представленных записей (с.5). Сам автор характеризует рассекреченные материалы, как «ближайшую вещь, которую можно предоставить в виде стенографического отчета о кризисе» (с.3). По его мнению, записи Белого дома доказывают, что президент стремился к мирному урегулированию кубинского конфликта, фактически не опираясь на мнение Исполнительного комитета СНБ. Состав этого комитета включал нескольких ведущих членов администрации президента. Почти все они выступали против компромиссного решения Кубинского вопроса и были готовы вступить в вооруженный конфликт с Советским Союзом. Одним из главных сторонников нападения на Кубу являлся Роберт Кеннеди. Поэтому его мемуары «Тридцать дней: воспоминание о Кубинском ракетном кризисе» Штерн считает исторически не достоверными. Изданная посмертно, книга содержит домыслы и искусственные диалоги, повторяемые лояльными историками и кругом помощников Кеннеди. По словам Штерна, ее «нельзя воспринимать всерьез, как исторический отчет о собрании ExComm» (с.viii). В то же время, Штерн поддерживает мнение таких ученых, как Эрнест Р. Май и Филипп Д. Зеликов, которые характеризуют Дж. Кеннеди, как человека, который обладал наибольшими возможностями для разрешения конфликта, чем кто-либо другой: «он был единственный в комнате, который решил не вступать в войну с устаревшими ракетами в Турции» (с. 692). Здесь же Штерн разоблачает планы администрации по свержению правительства Фиделя Кастро и отмечает сдержанность Кеннеди в этой ситуации. В то же время Штерн использует магнитофонные записи с целью изменить укоренившиеся в обществе мнения и о других действующих лицах, таких как Дин Раск – (Госсекретарь США), Макнамара –(министр обороны США). Дин Раск, по мнению Штерна, не был пассивным и часто отсутствующим участником обсуждения. Он, напротив, внес в эту деятельность весь свой дипломатический опыт и знания. Макнамара, вопреки общепринятому мнению, не поддерживал президента в его стремлении предотвратить ядерный конфликт, а придерживался идеи вторжения на Кубу. Таким образом, биографические зарисовки Штерна помогают читателям понять реальные позиции, которые занимали многие члены ExComm, в том числе и братья Кеннеди. Штерн опровергает общепринятую точку зрения, будто суровое испытание в виде Кубинского ракетного кризиса совершило над Джоном и Робертом Кеннеди удивительное превращение. Из неискушенного главнокомандующего оно сотворило блестящего и решительного лидера нации, молодого Бобби превратило из ястреба в «голубя мира», а Белый дом –в «храм мудрости». Этот миф основан отчасти на неточном и сфальсифицированном историческом документе. Братья Кеннеди «подкармливали» лояльных журналистов возвышенными, но ощутимо далекими от истины историями. Они исказили исторические документы и скрыли многие реальные факты.
Поэтому целью автора книги «The Cuban Missile Crisis in American Memory Myths Reality» Шелдона М. Штерна было внесение максимальной ясности в кубинский вопрос, по которому до сих пор нет полной картины произошедшего. Книга Штерна создана на основе записей, содержащих сведения о совещаниях Президента Кеннеди и Исполнительного комитета Совета Национальной Безопасности США (СНБ). Штерн имел доступ к реальным записям, не опираясь на стенограммы. По его мнению, ленты – «самая близкая вещь, которую можно вообразить дословной записью кризиса…никакой вторичный…» (с.3). В связи с этим Штерн имел все основании утверждать, что мнение общественности о кубинском кризисе ошибочно.
Подробный анализ книги с самого начала произведения показывает, что в предисловии Штерн фокусирует внимание на «множестве заблуждений, полуправд и откровенной лжи», которые сформировались по поводу оценки Кубинского кризиса с точки зрения исторической достоверности. В этом ракурсе первая глава «From Reel to Real» посвящена новым доказательствам существования большинства мифов об этом историческом событии. Это стало возможным только после обнародования магнитофонных записей из Белого Дома, а также других документов из международных конференций в США (штат Флорида, 1987), России (Москва, 1989), Антигуа (1991), на Кубе (Гавана, 1992). Эти данные подробно освещают тот факт, что Хрущев, наряду с переброской ядерных ракет на Кубу в 1962 году, сумел тайно отправить 42 000 солдат Красной Армии для отражения американского вторжения.
Во второй главе «Роберт Кеннеди -13 дней» автор рассказывает о событиях, которые наступили на следующий день после вывоза советских ядерных ракет с Кубы (октябрь 29 1962). Президент Кеннеди встретился с морским комендантом и адмиралом Джорджем Андерсеном (начальник военно-морских операций) в Овальном кабинете. Речь идет о сделке Турция-Куба, в которой вывоз советских ракет с Кубы был увязан с такой же операцией США по вывозу американских ядерных ракет «Юпитер» с Турции. Автором отмечен ряд исторических неточностей в освещении этих событий в книге сенатора Роберта Кеннеди «13 дней» (1967).
В третьей главе «реальный Роберт Кеннеди» отражена его настоящая роль в решении Кубинского кризиса. Автор показывает его в качестве «ястреба» в подходах к решению кризисной ситуации на совещаниях Excomm. Роберт Кеннеди планировал рейды американской авиации по бомбардировке установок советских ядерных ракет на Кубе. Это предложение своего брата Джон Кеннеди парировал аргументом, что русские вероятно нанесут ответный удар по американским установкам ядерных ракет «Юпитер» в Турции. Роберт Кеннеди также отмечал возможность ядерного шантажа других стран Латинской Америки со стороны Кубы, прежде всего администрации Фиделя Кастро.
В четвертой главе «Мифотворчества Роберта Макнамары» автором раскрывается точка зрения на события Кубинского кризиса министра обороны США Роберта Макнамары (1962). В своих воспоминаниях, он хотел представить себя в качестве «голубя» мира. На самом деле, как доказывает Штерн, Макнамара принял позицию Роберта Кеннеди по ужесточению морской блокады Кубы. Макнамара всерьез рассматривал возможность топить советские гражданские корабли, которые направляются на Кубу. Он с другими членами Excomm также обсуждал планы прямого свержения режима Фиделя Кастро. Однако, в отличие от других членов Excomm, в своих предложениях Макнамара был не устойчив и не последователен. Он первоначально утверждал, что любые военные действия должны осуществляться до того, как советские ракетные установки будут готовы к пуску. С другой стороны, он выступал за переговоры с СССР. Со временем он дистанцировался от своего предложения бомбежки советских ядерных объектов на Кубе и попросил коллег рассмотреть последствия военного вмешательства. Параллельно этим советам, Макнамара предлагал использовать глубинные бомбы для уничтожения советских подводных лодок, доставлявших ракеты на Кубу.
В противоположность Макнамаре Государственный секретарь США Дин Раск в целом выступал за мирное разрешение кризиса, что описано в пятой главе. На заседаниях Excomm Дин Раск отмечал, что советские войска вряд ли отступят на Кубе, но с Хрущевым нужно вести диалог. Госсекретарь США (1962) увязал разрешение Кубинского кризиса с вопросом по Турции и Западному Берлину. Дину Раску принадлежит также инициатива введения моратория на поставку оружия на Кубу под эгидой Совета Безопасности ООН.
В шестой главе «Неустойчивый опыт Левеллина Томпсона» освещалась позиция бывшего американского посла в СССР Томпсона. Он предложил Кеннеди оказать давление на Хрущева, чтобы заставить его вывести ядерные ракеты с Кубы. При этом, в противоположность Дину Раску, Томпсон не увязывал это предложение с уступкой США по вопросу вывода американских ядерных ракет с Турции. Этот аргумент Томпсон выдвинул на основе эмпатии, что Хрущев хочет предотвратить нападение США на Кубу, но не ставит задач советской агрессии против США.
В седьмой главе «…» уточнение этого аргумента представлено в виде позиции специального помощника президента Кеннеди по вопросам национальной безопасности Макджорджа Банди. В книге Роберта Кеннеди «Тринадцать дней» он едва упоминается. Книга Штерна четко отражает позицию Банди по вопросу о причинах Кубинского кризиса: размещение советских ракет на Кубе было связано со стремлением Хрущева достичь баланса сил. Этот баланс нарушился после установки американских ракет «Юпитер» в Турции. Он напомнил коллегам на совещании Excomm, что нападение на Кубу может перерасти в широкомасштабную войну. В этой связи Банди выступил за карантин вместо организации полной морской блокады. Освещение его позиции в книге дано параллельно с моментом обострения ситуации с Кубинским кризисом. Это произошло в «черную» субботу 27 октября 1962, когда самолет-разведчик U-2 был сбит в небе Кубы. После этого события Кеннеди получает очередное письмо Хрущева. Советский лидер заявляет о согласии СССР вывести наступательные средства с Кубы и предлагает сделать то же самое США в Турции.
В главе восемь (дипломатия Адлая Стивенсона) автор возвращается к началу этих событий, когда на экстренном заседании Совета Безопасности посол США в ООН оказал давление на советского посла. Стивенсон, располагая неопровержимыми фактами, попытался заставить советского посла Валериана Зорина дать ответ относительно присутствия советских ядерных ракет на Кубе. Зорин отказался подтвердить этот факт. Тогда Стивенсон, чтобы унизить его, продемонстрировал сделанные разведывательными самолетами США фотографии, которые показывали советские ракетные позиции на Кубе. Адлай Стивенсон обосновал, что Советский Союз хочет получить гарантии США по безопасности кубинского режима Кастро в обмен на вывод советских ракет. Пол Найтц вспоминал, что был возмущен попыткой Стивенсона пропагандировать политику умиротворения Советского Союза.
Девятая глава «…» посвящена якобы имеющей место Треллоп-уловке. В этой главе речь идет о письмах Хрущева с предложением убрать ракеты с Кубы в обмен на гарантии США не вторгаться в островное государство. Эта дипломатическая стратегия получила название Треллоп-уловка по произведению британского писателя Энтони Треллопа. Ее суть в том, что женщина интерпретирует случайный романтический жест, как предложение руки и сердца. Реальность несколько сложнее, чем развенчанный миф о Треллоп-уловке в данной книге. Возможно, за кулисами политики, Кеннеди было подано предложение Хрущева убрать американские ракеты из Турции. На самом деле дискуссии по этой теме на заседаниях Excomm были свернуты. В связи с тем, что советники Кеннеди не всегда соглашались с его предложениями по урегулированию Кубинского кризиса, то и Треллоп-уловка не получила поддержки с их стороны.
В десятой главе повествуется о роли вице-президента США Линдона Джонсона в Кубинском кризисе. Он принимал участие в обоих важных совещаниях Excomm 16 октября 1962, но пропустил несколько последующих дискуссий в связи с промежуточными выборами в Конгресс. Некоторые историки, по словам автора книги, полагают, что Линдон Джонсон извлек неправильный урок из кубинского ракетного кризиса. Он посчитал, что США в этой ситуации доминировали над СССР. Джон Кеннеди, который испытывал личную неприязнь к вице-президенту Линдону Джонсону, ничего не говорит о роли вице-президента в решении кубинского кризиса. В то же время именно вице-президент Линдон Джонсон, а не Джон Кеннеди, первым предостерег Excomm от поспешных решений. Он отметил, что США остались в одиночестве в этой ситуации и им вряд ли стоит ожидать помощи от своих союзников по североатлантическому военно-политическому блоку НАТО. Его точка зрения была основана на том, что кубинский ракетный кризис возник далеко от Европы и никак не связан с проблемой европейской безопасности. Конечно, такая позиция заслуживает критики, так как ответная атака Советского Союза на американские ракетные позиции в Турции получила бы непосредственный отголосок в странах Европы.
В историческом контексте, книга Штерна «The Cuban Missile Crisis in American Memory Myths Reality» оказала заметное влияние на представление многих ученых, а также общественности, о событиях тех недель. В то же время, его выводы не следует воспринимать слишком буквально. Это связано с тем, что Штерн в своих выводах опирался лишь на ленты ExComm, а их историческая достоверность довольно сомнительна. Причина этого заключается в том, что только президент и его брат знали о процессе записи и имели возможность представить факты так, как считали нужным.
Тем не менее, по всем источникам красной нитью проходит тот исторический факт, что впервые две ядерные сверхдержавы приблизились к моменту гибели целой планеты. Отправив ядерный контингент на Кубу, Хрущев показал свое фанфаронство и неспособность думать о стратегических решениях. Когда позднее Москва вооружила армии стран Варшавского договора ракетами, она так и не передала им ядерные боеголовки. Это было первым уроком кризиса. Кроме того, в СССР решили, что оружие должно быть размещено так, чтобы при необходимости им можно было как можно скорее воспользоваться. Карибский кризис заставил Соединенные Штаты осознать, насколько серьезно коммунизм угрожает всему Западному полушарию. И хотя этот кризис спровоцировал очередную гонку вооружений, он так же поспособствовал спаду международной напряженности и выявил меры, которые могут предотвратить подобные ситуации. Все это оказало благоприятное воздействие на политическую обстановку в целом, принудив сверхдержавы соблюдать осторожность в решении подобных конфликтов.