Анастасия Павловна ушла и вдруг стало неловко, но только мне. Амир комплексами не страдал. Он прошелся по квартире, заглянул в каждый уголок. Потом прилег на диван, поворочался из стороны в сторону и с довольным видом выдал:
— О. Не скрипит! Хороший диван! — хитро посмотрел на меня, а я, как дурочка, залилась краской до самых ушей и пробормотав что-то про осмотр кухни вылетела испуганной мухой. А в комнате раздался громкий смех.
«Веду себя словно девочка-подросток» — подумала раздраженно и подпрыгнула, когда на плечи легли тяжелые, горячие руки.
— Какая пугливая жена мне досталась! — подколол Амир и огляделся. — Когда переедешь? Давай сегодня перевезем твои вещи? Хочешь?
Кивнула. Мне осталось собрать лишь кухонную утварь. И даже ужин готов, праздничный, переложу в контейнеры, поедим в новой квартире.
Управились быстро. Оставив меня разбираться с пожитками, Амир уехал за своим добром. Я разложила одежду и принялась за уборку. Квартира была крошечной: комната с диваном, шкафом и тумбой под тв, малюсенькая лоджия, совмещенный санузел, метровая гардеробная и кухня. Порядок навела, занялась сервировкой стола. Хотелось порадовать супруга.
Но все романтическое настроение помахало ручкой, когда явился Амир. Он был не один, а с парнями, свидетелями нашего никаха. Ибрахим и Муса замялись на входе. Амир рыкнул, чтобы не стояли на пороге, потом потянул носом и довольно выдал:
— Ммм, как пахнет! Угостишь?
— Конечно! — проглотив досаду, опомнилась я. — Сейчас! — быстренько юркнула на кухню, стыдливо задула свечи, спрятала их в шкаф и со вздохом накрыла еще на одного человека. У самой аппетит пропал, да и сидеть за одним столом с мужчинами не хотелось. Позвала мужа, сама удалилась в комнату. Парни поели, поговорили, затем Амир проводил друзей и заглянул ко мне:
— Спасибо, вкусно! Сама ела?
Отрицательно покачала головой. Амир предложил:
— Иди поешь, там я еще сумку оставил с продуктами, посмотри. А уеду. Делишки есть, в пару мест заскочить нужно, может с работой что решится, ин ша Аллах. Не скучай!
— Ин ша Аллах! — поддержала я его, радуясь в душе, что парни не стали задерживаться, голова устала от платка, хотелось раздеться и расслабиться. Что я и сделала, как только Амир вышел. Вернулся муж ближе к ночи и попросил постелить ему на полу. Этот поступок вызвал во мне досаду, смешанную с благодарностью. Делить с ним диван я пока боялась.