— Очень сложно сказать однозначно. Есть спектр мнений и очень многое зависит от отношения к протестующим. Есть те, кто считают протестующих врагами. Есть те, кто понимает и сочувствует. Тут еще нужно учитывать, что законом предусмотрен фактический запрет на негативные публичные высказывания о деятельности государственных органов. Если публичные высказывания вызывают вопросы относительно лояльности сотрудника, его могут уволить. Но кулуарно очень много мнений [по отношению к власти] и в положительную, и в отрицательную сторону.
Дело в том, что среди полицейских, как и среди других групп граждан, очень много людей, которые мыслят шаблонами. Допустим, у большинства сотрудников полиции, которые в моей группе оставляют комментарии, есть представление, что какой-нибудь видеоблогер или даже просто человек с камерой — априори враг. Соответственно, примерно так же многие мыслят и в отношении человека, который вышел на митинг.
«Практически везде процесс обучения сводится к формализму»
— Насколько тщательно сотрудников готовят к работе на митингах и протестах?
— Тех, кто специализируется на этом, как Второй оперативный полк, — готовят. Проводятся практические учения и так далее. Все-таки это их основная работа, и они понимают в этом гораздо больше, чем все остальные сотрудники полиции. Например, какой-нибудь привлеченный к такому мероприятию участковый может даже не знать закон о митингах, собраниях и шествиях. Уровень квалификации у Второго оперативного полка в целом повыше. Особенно у офицеров, которые принимают решения в каких-то спорных ситуациях.
Но вот для тех, кого просто вызывают на акции дополнительно, если что-то и проводится, то только на бумаге. Обычно вызывают сотрудников боевых направлений, работающих «на земле» [то есть несущих службу в районных отделах оперативников и участковых уполномоченных]. Их отсутствие болезненно сказывается на работе и показателях, поэтому у них нет времени и возможностей для каких-то учений.
— Готовят ли полицейских психологически к работе на акциях?
— К сожалению, нет. Направление [ведомственных] психологов — это безумно раздутый штат на уровне [главного] управления, который раздает и рассылает по управлениям какие-нибудь методички. Наверно, МВД может предоставить какие-нибудь ведомости и отчеты, о том что сотрудников ознакомили с какой-нибудь памяткой о порядке действий на таких мероприятиях. Но все это только бумажки. Маловероятно, что может проходить какое-то реальное занятие с рассказом о том, как действовать в той или иной стрессовой ситуации. Это «потемкинские деревни».
— Есть ли идеологическая подготовка? Например, полицейским могут показывать какие-то пропагандистские фильмы, где протестующих называют врагами России?
— Из ваших слов следует, что сотрудники в целом не очень подготовлены к работе на митингах. Отсутствие подготовки сказывается на практике? Например, в том же применении силы.
— Как и в любой другой сфере. Нужно на практике прорабатывать ситуации, которые могут возникнуть, а не потом сидеть и заниматься разбором полетов, указывая на ошибки сотрудников. У нас же, к сожалению, практически везде процесс обучения сводится к формализму. А если отсутствует подготовка, то, естественно, сотрудник в стрессовой ситуации может поступить неправильно.
