ДЕНЬ ТРЕТИЙ. УСОЛЬЕ.
После ночевки в Березниках мы переправляемся через Каму и оказываемся в Усолье. Наша цель – историческая часть города. Предварительное интернет–знакомство слегка озадачило. Здесь должно быть несколько отреставрированных сооружений, остальные же… представляют собой руины. Признаться, руины я совсем не люблю. Кроме, разве что, античных. Заброшенные усадьбы, как правило, имеют пугающий вид, особенно в дождливую погоду, которую предрекает нам Всезнающая Паутина. Решаем для себя, что посмотрим лишь то, что восстановлено, а в руины или, вернее, в развалины, углубляться не будем.
Пока едем, повторяю историческую справку. Итак, Усолье – город, основанный Строгановыми в 1606 году. Как можно догадаться по названию, это один из центров добычи и обработки соли. С момента основания и до конца 18–го века Усолье – столица Строгановских владений в Пермском крае…
Появляется указатель: «Усолье Строгановское». Нам сюда! Преодолеваем пару горбатых мостиков через протоки Камы и оказываемся на какой–то островной территории. Вижу собор, Строгановские палаты, покосившуюся колокольню, несколько усадеб в стиле классицизма. Одни из них имеют вполне обжитой вид, другие находятся в большей или меньшей степени руинированности… По табличке на въезде можно понять, что все эти здания относятся к Архитектурно– этнографическому музею. Выглядывает солнце и освещает все постройки контрастным осенним светом. Фоном им служит фиолетовое грозовое небо, практически лежащее на поверхности Камы. Да, картинка красивая, но какая–то сюрреалистичная. Пока идем к Строгановским палатам, замечаю, что и руины не такие уж страшные. Они законсервированы и имеют вид охраняемого наследия (на фотографиях это выглядит более пугающе).
Палаты заслуживают внимания. Они построены в 1724 году. Уже 20 лет, как появился Петербург с его европейскими вкусами, а здесь, на берегах Камы все еще живет Русь Боярская. Столичная рафинированность сюда еще не докатилась. Палаты, собор и колокольня – все-таки еще продолжение допетровской эпохи, хотя и подверженной европейскому влиянию. Это направление в архитектуре получило даже особое название – «Строгановское барокко».
В палатах – замечательная выставка выпускников Художественно–промышленной Академии им. С.Г.Строганова (бывшего Строгановского училища, «Строгановки»)…. Замечательная преемственность. Исторический круг замкнулся… Отсюда, из этих соляных скважин пошло богатство Строгановых, оно создавало Москву и Петербург, культивировало мастеров и художников… И вот, переплавившись в столетиях в энергию художественного творчества, вновь оно возвращается на камские берега, на этот раз чтобы спасти, поддержать жизнь своих промышленных истоков, уже самих ставших культурным наследием.
Рассматриваем стены, своды, тяжелые двери, ниши в метровых стенах. Обожаю эту основательность уральских построек 18–го века! Даже храм становится здесь крепостью. Посреди этой грубоватой брутальности в каждом зале – узорчатое чудо. Изразцовые печи. Восторг!!! Они явно восстановлены. Не могли же изразцы в таком первозданном виде простоять три столетия! Задаю вопрос единственной хранительнице музея и кассиру по совместительству. Да, все именно так… В цокольном этаже есть керамическая мастерская. В ней работают реставраторы, и к ним даже можно заглянуть.
Так мы и поступаем. В небольшом помещении идет работа. Безумно интересно увидеть формы, заготовки, уже покрытые красочным слоем изразцы. Завязывается беседа. Не могу не высказать свое восхищения по поводу увиденных наверху печей. Оказывается, они воссозданы по небольшим обломкам, найденным при разборе полов во время реконструкции здания. Грандиозный труд, и выполнен он женскими руками («Выкладывал изразцы, конечно, печник» - уточняют мои собеседницы). Но сотни деталей вручную отлиты, расписаны и обожжены именно ими. А еще следует добавить серьезную исследовательскую работу… Воистину, не боги изразцы обжигают!
Прощаемся с кудесницами, делаем круг по территории заповедника. Кстати, здесь придумана интересная подача для настороживших меня вначале руин. Они – часть парка с современной скульптурой. Вероятно, именно этот ход снимает чувство тревоги от вида полуразрушенных построек. Кстати, мы замечаем, что все наши перемещения по открытой территории проходят под солнцем, а обещанный дождь идет, как только мы оказываемся в помещениях или в автомобиле. Чудеса, да и только. Видимо, Усолье все-таки к нам благоволит.
Собираемся уезжать. Кстати, снова, похоже, мы остались единственными посетителями в этом загадочном месте... Есть еще что–то, что мы не рассмотрели. Здесь должен быть небольшой храм, построенный по проекту Воронихина. Да, да, того самого! Автора Казанского собора в Петербурге и крепостного графа Строганова. К храму ведет аллея, он стоит на округлом мысе, с трех сторон – вода. Конечно, это Воронихин с безупречными пропорциями, прекрасными обобщениями форм русского классицизма. И снова светит солнце, наверное, чтобы показать это чудо в лучшем виде с прекрасной игрой света и тени на колоннах и барабане купола, с блеском шпиля на фоне синего осеннего неба… Спустя какое–то время, уже дома узнаю, что Андрей Воронихин и родился в Усолье. Так это же он сделал проект для своей малой Родины! Дрожь по телу…
Мы удаляемся… Некоторое время даже говорить не хочется. Мы пытаемся осмыслить увиденное и услышанное сегодня. «А ведь ты знаешь, там, вокруг собора Воронихина кое-где были видны старинные надгробия…» «Э…так это была кладбищенская церковь…» «Похоже, что да…» «Но это так близко к воде, странно…» О, и только тут мы понимаем… Так старинное Усолье было затоплено… Здесь же Камское Водохранилище! Вот почему территория странно изолирована от основного жилого фонда, вот откуда эти островки….. Так это же Пермская Атлантида! Немного грустно… Но, чудо, что сохранилось хоть это… И совсем по–другому выглядят усилия реставраторов и организаторов заповедника. Из волн забвения они пытаются вернуть осколки культурного наследия, достроить их, собрать воедино, восполнить часть утонувшей истории.
Старинное Усолье не ушло на дно полностью. Часть его недаром осталась на поверхности: своей покосившейся колокольней оно сигналит небесам и нам о своем существовании. Оно спешит рассказать об истоках. О том, как соляные горы, капитал одних, пот и кровь других переплавлялись в культуру. О том, что деревенский мальчик может превратиться в гения русской архитектуры. О том, что человеческое терпение может быть сильнее стихии. И о том, что ищущий находит…
После ночевки в Березниках мы переправляемся через Каму и оказываемся в Усолье. Наша цель – историческая часть города. Предварительное интернет–знакомство слегка озадачило. Здесь должно быть несколько отреставрированных сооружений, остальные же… представляют собой руины. Признаться, руины я совсем не люблю. Кроме, разве что, античных. Заброшенные усадьбы, как правило, имеют пугающий вид, особенно в дождливую погоду, которую предрекает нам Всезнающая Паутина. Решаем для себя, что посмотрим лишь то, что восстановлено, а в руины или, вернее, в развалины, углубляться не будем.
Пока едем, повторяю историческую справку. Итак, Усолье – город, основанный Строгановыми в 1606 году. Как можно догадаться по названию, это один из центров добычи и обработки соли. С момента основания и до конца 18–го века Усолье – столица Строгановских владений в Пермском крае…
Появляется указатель: «Усолье Строгановское». Нам сюда! Преодолеваем пару горбатых мостиков через протоки Камы и оказываемся на какой–то островной территории. Вижу собор, Строгановские палаты, покосившуюся колокольню, несколько усадеб в стиле классицизма. Одни из них имеют вполне обжитой вид, другие находятся в большей или меньшей степени руинированности… По табличке на въезде можно понять, что все эти здания относятся к Архитектурно– этнографическому музею. Выглядывает солнце и освещает все постройки контрастным осенним светом. Фоном им служит фиолетовое грозовое небо, практически лежащее на поверхности Камы. Да, картинка красивая, но какая–то сюрреалистичная. Пока идем к Строгановским палатам, замечаю, что и руины не такие уж страшные. Они законсервированы и имеют вид охраняемого наследия (на фотографиях это выглядит более пугающе).
Палаты заслуживают внимания. Они построены в 1724 году. Уже 20 лет, как появился Петербург с его европейскими вкусами, а здесь, на берегах Камы все еще живет Русь Боярская. Столичная рафинированность сюда еще не докатилась. Палаты, собор и колокольня – все-таки еще продолжение допетровской эпохи, хотя и подверженной европейскому влиянию. Это направление в архитектуре получило даже особое название – «Строгановское барокко».
В палатах – замечательная выставка выпускников Художественно–промышленной Академии им. С.Г.Строганова (бывшего Строгановского училища, «Строгановки»)…. Замечательная преемственность. Исторический круг замкнулся… Отсюда, из этих соляных скважин пошло богатство Строгановых, оно создавало Москву и Петербург, культивировало мастеров и художников… И вот, переплавившись в столетиях в энергию художественного творчества, вновь оно возвращается на камские берега, на этот раз чтобы спасти, поддержать жизнь своих промышленных истоков, уже самих ставших культурным наследием.
Рассматриваем стены, своды, тяжелые двери, ниши в метровых стенах. Обожаю эту основательность уральских построек 18–го века! Даже храм становится здесь крепостью. Посреди этой грубоватой брутальности в каждом зале – узорчатое чудо. Изразцовые печи. Восторг!!! Они явно восстановлены. Не могли же изразцы в таком первозданном виде простоять три столетия! Задаю вопрос единственной хранительнице музея и кассиру по совместительству. Да, все именно так… В цокольном этаже есть керамическая мастерская. В ней работают реставраторы, и к ним даже можно заглянуть.
Так мы и поступаем. В небольшом помещении идет работа. Безумно интересно увидеть формы, заготовки, уже покрытые красочным слоем изразцы. Завязывается беседа. Не могу не высказать свое восхищения по поводу увиденных наверху печей. Оказывается, они воссозданы по небольшим обломкам, найденным при разборе полов во время реконструкции здания. Грандиозный труд, и выполнен он женскими руками («Выкладывал изразцы, конечно, печник» - уточняют мои собеседницы). Но сотни деталей вручную отлиты, расписаны и обожжены именно ими. А еще следует добавить серьезную исследовательскую работу… Воистину, не боги изразцы обжигают!
Прощаемся с кудесницами, делаем круг по территории заповедника. Кстати, здесь придумана интересная подача для настороживших меня вначале руин. Они – часть парка с современной скульптурой. Вероятно, именно этот ход снимает чувство тревоги от вида полуразрушенных построек. Кстати, мы замечаем, что все наши перемещения по открытой территории проходят под солнцем, а обещанный дождь идет, как только мы оказываемся в помещениях или в автомобиле. Чудеса, да и только. Видимо, Усолье все-таки к нам благоволит.
Собираемся уезжать. Кстати, снова, похоже, мы остались единственными посетителями в этом загадочном месте... Есть еще что–то, что мы не рассмотрели. Здесь должен быть небольшой храм, построенный по проекту Воронихина. Да, да, того самого! Автора Казанского собора в Петербурге и крепостного графа Строганова. К храму ведет аллея, он стоит на округлом мысе, с трех сторон – вода. Конечно, это Воронихин с безупречными пропорциями, прекрасными обобщениями форм русского классицизма. И снова светит солнце, наверное, чтобы показать это чудо в лучшем виде с прекрасной игрой света и тени на колоннах и барабане купола, с блеском шпиля на фоне синего осеннего неба… Спустя какое–то время, уже дома узнаю, что Андрей Воронихин и родился в Усолье. Так это же он сделал проект для своей малой Родины! Дрожь по телу…
Мы удаляемся… Некоторое время даже говорить не хочется. Мы пытаемся осмыслить увиденное и услышанное сегодня. «А ведь ты знаешь, там, вокруг собора Воронихина кое-где были видны старинные надгробия…» «Э…так это была кладбищенская церковь…» «Похоже, что да…» «Но это так близко к воде, странно…» О, и только тут мы понимаем… Так старинное Усолье было затоплено… Здесь же Камское Водохранилище! Вот почему территория странно изолирована от основного жилого фонда, вот откуда эти островки….. Так это же Пермская Атлантида! Немного грустно… Но, чудо, что сохранилось хоть это… И совсем по–другому выглядят усилия реставраторов и организаторов заповедника. Из волн забвения они пытаются вернуть осколки культурного наследия, достроить их, собрать воедино, восполнить часть утонувшей истории.
Старинное Усолье не ушло на дно полностью. Часть его недаром осталась на поверхности: своей покосившейся колокольней оно сигналит небесам и нам о своем существовании. Оно спешит рассказать об истоках. О том, как соляные горы, капитал одних, пот и кровь других переплавлялись в культуру. О том, что деревенский мальчик может превратиться в гения русской архитектуры. О том, что человеческое терпение может быть сильнее стихии. И о том, что ищущий находит…