Здравствуйте, дорогие подписчики и гости канала! Читая размещённый на моём канале рассказ «Записки «пиджака»: Нас отправили в ад – мы шагнули в бессмертие!», вы задаёте множество вопросов. Я только рад этому – значит пишу о живом, бередящим души таких же людей, участников БД!
Ответить на ваши вопросы, которые можно сформулировать одной фразой «А сам то служил, поучаствовал?», хочу кратким повествованием, рассказывающим о встрече двух друзей детства.
Это выросшие в одном дворе до 15 лет Денис Миронов и Алексей Алфимов (по понятным причинам его данные изменены). Ровесники по возрасту, они в детстве были не разлей вода, да вот потом их пути разошлись – Алёшкина семья переехала в другой район города. Естественно, видеться стали намного реже, у каждого своя жизнь, дела и заботы.
Алёшку Алфимова призвали служить в 1994 году, прошёл обычным бойцом первую чеченскую компанию. Молчаливый, угрюмый такой увалень на момент случайной встречи в 2001 году во дворе дома, где продолжал проживать Денис Миронов. Это был их двор – двор, где обоим 25-летним парням было знакомо каждое дерево, каждый кустик, каждый метр. Не разлей вода были мальчишками. Игры в войнушку – только вместе, в футбол – в одной команде, драться с живущими в другом дворе – исключительно спина к спине. Как говорили общие знакомые: «Хлебнул Лёха лиха, в Чечне повоевал!».
Алёшка в этот летний вечер с отцом пришли посетить одиноко проживающую старушку, которая вместе с ними жила до начала 90-х в одной квартире. Такая вот была квартира – на две семьи. Они практически породнились – это "классная" жизнь в коммуналках, если эту квартиру можно было так назвать.
В общем встретились, обнялись, закурили. Поговорили о том, о сём. Денис позвал к себе: «Лёха, пойдём посидим, поговорим, сколько вместе то времени в детстве провели! Да и не виделись года три поди?».
- Пойдём, Денис, отец надолго там, наверное, с Никитичной застрял, починить ей там кое-что нужно. А я пока не удел.
Сели на кухне, Денис достал бутылку «Столичной», сообразил нехитрую снедь: огурцы, хлеб, сало. Выпили по одной, разговор в целом не клеился, всё то общее из детства куда-то ушло, улетучилось. Алёшка всегда был молчаливым, а после Чечни, вернувшись в 1996 году, как люди говорили, вообще замкнулся, поддавать начал. Выпили по второй, перед третьим тостом Денис сказал: «Давай, Лёха, не чокаясь, третий! За тех, кого с нами нет!».
Выпили и тут Лёху прорвало.
- Да что ты знаешь, Денис, про третий, ты же после института служил, офицером! Знаю таких, сидите в тылу, вас "двухгадюшиков", которые по призыву, "туда" не посылают. А тут полгода в «городе» и остальные полгода «на сопке», по колено в крови и грязи. Эх хлебнули, мы с пацанами зимой 1995-го.
- Давай наливай ещё! – Алёшку понесло.
- Ты, брат, закусывай, не психуй. У каждого своя война, как брат твой, Генка как? ‑ Денис старался перевести разговор на нейтральную тему. Он видел, как с пол-оборота и совершенно без причины завёлся товарищ. Однако не тут-то было. Алёшке, видно, выговориться нужно было, долго в себе держал всё то страшное и необычное для обыкновенного мирного человека, что пережил. Наверное, несколько лет не с кем не делился, а тут собеседник - когда-то близкий товарищ.
- Да, ты знаешь Денис, что такое каждый день на боевом, как вши скачут, словно БТРы гоняют по "белухе" (нательное бельё)? Как спать в обнимку с СВД? Что такое несколько месяцев жрать только одного «леща в томате?»
- Лёха, успокойся, закусывай лучше. Всё давно кончилось! Вон мать свежих помидоров с огорода принесла.
В комнату вошла мать Дениса - шестидесятилетняя Наталья Алексеевна: «Ой, Алёша, привет! Сколько лет, сколько зим? Как мать, отец? Чего шумите, Алёша?».
- Нормально, - буркнул Лёха, — вот боевой путь мой обсуждаем. Да разве Денис поймёт!
- Денис, давай ещё по одной, и выйдем, покурим.
Выпили, пошли покурили. Лёха злой был, как собака. Злой на всех, на себя, на Дениса, в общем на жизнь. Решил уйти.
- Денис, отец, наверное, ждёт, - не докурив, на площадке бросил он, затушив, сигарету, - Пойду куртку заберу.
- Иди, дверь открыта, мать дома, заберешь, - ответил также угрюмо Денис. Он курил и смотрел в окно подъезда.
Алексей Алфимов не выходил несколько минут. Когда вышел, было видно, что он чем-то взволнован.
- Денис, прости, не знал. Говорили все, что ты где-то всю службу в центре России «проошивался», когда ваша часть в Чечне была. Тут же во дворе «все» обо «всех» всё знают! Извини, брат, не знал, что ты тоже поучаствовал. Что не прятался, твоя «Суворова» и «За воинскую доблесть» лучшие свидетели. Мать твоя показала, а про меня вот «забыли», наверное, и злюсь всё время из-за этого, бухать начал, ‑ ребята обнялись.
- Мне действительно бежать нужно. Увидимся ещё. Я тут в местном ОВД прапорщиком в дежурке служу. Давай к нам, ‑ Лёха даже улыбнулся. Видно, отпустило его. Наверно, «Столичная», бутылку которой они выпили на половину, всё-таки злая была.
- Хорошо, я подумаю, держи себя, - также улыбнулся Денис, - Давай лучше как-нибудь ещё встретимся, посидим по-человечески? Так сказать, поделимся, поговорим о жизни.
- Договорились, - Лёха побежал вниз по лестнице на улицу, а Денис зашёл домой.
В прихожей квартиры его встретила мать.
- Денис, извини, но я тут Алексею твой китель от камуфляжа с наградами показала. Смотрю подобрел парень прямо, в лице изменился. Эх, Алёшка, сынок, что то страшное в его жизни произошло.
‑ Спасибо, мама. Война - это всегда страшно. Там не боятся либо дураки, либо психи. Мы с Алёшкой еще обязательно встретимся! Ведь так и не пообщались по-настоящему. Нутро у него болит, забыла про него Родина, бросила в пекло и позабыла. Хотя, это можно про всех нас «чеченцев» так сказать.
К сожалению, «поседеть» и «повспоминать» бывшим закадычным друзьям так и не удалось. Судьба развела их пути в разные стороны. Хотя Алёшка, как говорят многие из их общих знакомых, до сих пор вспоминает Дениса, считая его настоящим мужиком.
Во как-то так.
Ставьте лайки, кому нравится моё повествование и подписывайтесь на канал! Буду рад!