Таких, как Юлия Цветкова, в Комсомольске-на-Амуре не так уж и много. Российский город расположен в 88 тыс. км. к востоку от Москвы, с которой его разделяют 7 часовых поясов. В течение полугода этот город находится под покровом снега. Он больше известен своими судо- и авиастроением, нежели правами #ЛГБТ и феминистской активностью, но это не помешало Цветковой завоевать репутацию в обоих направлениях.
«Активистов здесь практически нет, большинство из них пытается уехать. Но я ещё могу многое сделать», — заявляет Цветкова.
Последние три года 27-летняя девушка возглавляла молодёжный театр, где ставила пьесы, развеивающие гендерные стереотипы, вела онлайн-сообщества по феминизму и половому воспитанию, а также публиковала рисунки, которые, по её словам, продвигают ЛГБТ и права женщин в социальных сетях. И как уверяет автор статьи Мэдлин Роуч (Madeline Roach), Юлия стала «мишенью для властей».
В июле, спустя примерно неделю после того, как Кремль протолкнул конституционные поправки, в которых брак определяется как союз между мужчиной и женщиной, Цветкову оштрафовали во второй раз, ссылаясь на печально известный в стране закон о «гей-пропаганде». Благодаря своим красочным иллюстрациям однополых пар с маленькими детьми она была вынуждена заплатить 75 тыс. рублей .
Теперь же ей предъявлены обвинения в «распространении порнографии» за публикацию в социальной сети в ноябре прошлого года иллюстрации из книги «Монологи вагины» (The Vagina Monologues) с изображением вагины, призывающей избавиться от стигматизации женского тела.
«Я смеялась, мой адвокат смеялся, мои друзья смеялись. Любой человек может увидеть, что это не порнография», — говорит она.
Тем не менее, Цветкова провела четыре месяца под домашним арестом, а прокуратура неустанно пытается возбудить против неё дело. Автор статьи уверена, что в случае признания её виновной, как и с 99% обвиняемыми в российских судах, она может отправиться в тюрьму на срок до шести лет.
В настоящее время Цветкова стала символом сопротивления российскому навязыванию «традиционных ценностей», и, несмотря на попытки Кремля остудить её активность, она получила мощную поддержку со стороны знаменитостей, художников и журналистов, как в России, так и за её пределами.
Противостояние Цветковой и многих российских ЛГБТ-активистов может наконец-то принести свои плоды. Спустя две недели после изменения конституции, правительство выдвинуло законопроект о запрете однополых браков и прекращении юридического признания трансгендеров. Многие активисты ожидали, что уже осенью закон, соавтором которого является консервативный депутат Елена Мизулина, будет принят. Но 16 ноября парламент отозвал законопроект на доработку.
Пресс-секретарь санкт-петербургской ЛГБТ-сети Светлана Захарова не может точно сказать, почему его отклонили, но подчёркивает, что ЛГБТ-сообществу и его союзникам в России удалось объединиться и противостоять законодательству больше, чем когда-либо.
«Наша совместная деятельность помогла отклонить законопроект», — говорит она.
«Похоже, какое-то время мы можем дышать свободно», — сообщил Jonny Dzhibladze, координатор по работе с трансгендерными людьми санкт-петербургской правозащитной ЛГБТ-группы «Выход».
Но выигранная битва не означает окончание войны. Как заявляет Роуч, отношение к ЛГБТК сообществу в России по-прежнему крайне враждебное. Согласно отчёту российской ЛГБТ-сети за 2019 год, 12% опрошенных сообщили, что подвергались нападениям, а 56% — психологическому насилию. Также ЛГБТК активисты подвергались арестам, и даже доходило до убийств.
«Если вы живёте спокойной жизнью, не выдвигаете требований к правительству, не выражаете себя публично, например, как ЛГБТ активист — вы не подвергнитесь преследованиям», — говорит Татьяна Локшина, заместитель директора европейского и центральноазиатского подразделения Human Rights Watch.
Отмена законопроекта вряд ли изменит ситуацию.
«Не то, чтобы до законопроекта всё было хорошо, но если бы он был принят, всё было бы ужасно», — заявила Цветкова. Но похоже «мы находимся где-то посредине между принятием и противостоянием того, что нас окружает», — говорит она.
Российская культура нетерпимости
За последние 20 лет президент России Владимир Путин тесно подружился с социально-консервативной Православной церковью и принял закон, якобы защищающий «традиционные ценности», которые, по словам активистов, способствовали враждебному настроению по отношению к ЛГБТ-сообществу. Россия уже является одной из наименее дружественных к ЛГБТ-сообществам европейским странам. В рейтинге Rainbow Index 2019, составленном брюссельской правозащитной группой Ilga-Europe, ниже неё в списке только Армения, Азербайджан и Турция. В 2012 году московские власти запретили проведение прайдов на следующие 100 лет.
Год спустя Путин принял закон о так называемой «гей-пропаганде», запрещающий информацию, которая пропагандирует гомосексуализм среди несовершеннолетних. Наказания не суровые, но закон подверг опасности отстаивающих свои права ЛГБТК-активистов и затруднил доступ к службам поддержки для ЛГБТ-молодёжи.
«Нельзя отрицать тот факт, что дискриминационный закон и ненавистническая риторика вокруг прав ЛГБТ-сообщества повлияли на рост насилия в отношении его участников», — заявил Александр Кондаков, исследователь санкт-петербургского Центра независимых социологических исследований.
В этом году появился другой законопроект. Активисты уверяют, что закон посеет эскалацию, направленную на права трансгендеров. По словам Локшиной, он нанесёт «сильный удар» по российскому трансгендерному сообществу. По их мнению, прекращение юридического признания — запрет трансгендерам менять пол в свидетельстве о рождении — приведёт к дальнейшей маргинализации и без того уязвимой группы, а также к ещё большей дискриминации.
«Если меня остановят сотрудники полиции, попросят предоставить им удостоверение личности и увидят женское фото — меня могут запугать и избить», — уверяет Алексей Лис, 36-летний активист-трансгендер из Санкт-Петербурга.
По словам Рейнеры Велес, 23-летней активистки-трансгендера из Москвы, юридическое признание является «важным шагом для интеграции трансгендеров в общество» с точки зрения возможности устроиться на работу и получить доступ к медицинским услугам не боясь дискриминации.
Для многих российских ЛГБТК-активистов и их союзников законопроект стал слишком большим ударом. Они развернули различные кампании, не обойдя стороной социальные сети (#ProtectRussianTransLives) и петицию, которую подписали почти 23 тыс. человек. Десятки врачей также осудили данный шаг. В обращении к законодателям некоторые медицинские работники написали, что законопроект «разрушит» процесс полного гендерного перехода, прекратив юридическое признание трансгендеров. Они заявили, что российская практика, которая существует уже несколько десятилетий, «чрезвычайно важна» для «социализации» трансгендеров. По их словам, запрет на неё только «усугубит» гендерную дисфорию.
К этим акциям протеста присоединились и видные деятели, в том числе российский драматург Валерий Печейкин, оппозиционный политик Дмитрий Гудков, депутат и телеведущая Оксана Пушкина. Вопреки своим коллегам по путинской партии «Единая Россия», в интервью телеканалу «Дождь» — одному из немногих оставшихся независимых телеканалов страны (по мнению автора статьи), она назвала это «абсолютно безумным законом». Ссылаясь на 19 статью Конституции Российской Федерации, которая гарантирует равные права и свободы всем гражданам, она подчеркнула, что «сексуальная ориентация не может быть основанием для ограничения гражданских прав». После этого несколько ЛГБТК-активистов написали Пушкиной открытые письма, в которых поведали как на них повлияют эти законопроекты.
По словам Локшиной, российское правительство попало в ловушку.
«Чем больше правительство принимает жёстких мер, тем активней развивается российское ЛГБТ-сообщество», — уверена она.
«Одно из величайших достижений», которое, с её слов, она видела за 20 лет своей правозащитной деятельности в России — это развитие движения за права ЛГБТК.
«Семь или восемь лет назад ЛГБТ-активисты рассматривались отдельно от правозащитного сообщества. Гендерный мейнстриминг произошёл из-за репрессий», — говорит она.
Правосудие для Юлии
Яркий тому пример — широко распространённая критика в отношении преследования Цветковой. На её сторону встали несколько известных деятелей, в том числе телеведущая и экс-кандидат в президенты Ксения Собчак, актриса Рената Литвинова, а также всемирно известный журналист и телеведущий Владимир Познер. Они призвали власти защитить активистку, которая утверждала, что получала угрозы расправы от анонимной гомофобной банды «Пила», которая (якобы) публикует имена и контакты ЛГБТК-активистов и призывает в отношении них совершать недружественные действия.
В июле 2019 года была убита ЛГБТ-активистка Елена Григорьева после того, как её данные появились на сайте «Пилы».
Оппозиция крепчала. В июне более 500 россиян по всей стране устроили одиночные пикеты в знак солидарности с Юлией Цветковой. Полиция отреагировала агрессивно, задержав в Москве и Санкт-Петербурге около 40 демонстрантов. В том же месяце, более пятидесяти СМИ организовали «медийную забастовку», требуя прекратить против неё расследование. Писатели, журналисты, актёры, влиятельные лица и блоггеры публиковали статьи, в том числе в Vogue, под хэштегами #forYulia и #FreeJuliaTsvetkova. Около 248 тыс. человек подписали онлайн-петицию с призывом к властям прекратить против неё уголовное дело.
Со слов Захаровой, до недавнего времени лишь немногие публичные российские деятели выражали свою поддержку проблемам ЛГБТ-сообщества.
«Это означает, что наше общество меняется. Оно не так гомофобно, как думают наши официальные лица и религиозные лидеры», — говорит она.
Несмотря на то, что российское общество по-прежнему расколото в вопросе о правах ЛГБТ-меньшинств, поддержка всё же растёт. Опрос 2019 года, проведённый независимым исследовательским агентством «Левада-центр», показал, что 47% россиян поддерживают равные права для ЛГБТ-сообщества, что является самым высоким показателем за последние 14 лет (43% не поддерживали). Эта тенденция особенно выражена среди 16-18-летних подростков, 81% из которых сообщили о «дружелюбном или спокойном отношении» к ЛГБТК-меньшинствам, а 33% завили о наличии знакомых из этого сообщества.
«Мы надеемся на молодёжь», — говорит Захарова.
На данный момент пока ещё мало свидетельств того, что правящая партия Путина становится менее враждебной по отношению к ЛГБТК, но какой-то сдвиг во взглядах среди деятелей демократической оппозиции в России всё-таки произошёл. В 2009 году самый видный оппозиционный российский деятель Алексей Навальный предложил, чтобы геям хотя бы дали возможность «резвиться» на оцепленном стадионе, если им нельзя выходить на гей-парады. Тем не менее, в 2013 году во время выдвижения своей кандидатуры на пост мэра Москвы и прерванной кампании на пост президента 2017 года он предложил разрешить проведение региональных референдумов по однополым бракам. Совсем недавно он заявил, что правительство «полностью сошло с ума», после того, как прокремлёвская медиагруппа «Патриот» выпустила гомофобную политическую рекламу. Ещё в 2001 году телеведущая Собчак сомневалась в необходимости однополых браков. «Я просто не понимаю, почему это явление следует называть браком», — говорила Ксения. Но будучи кандидатом в президенты в 2018 году, она включила в свою политическую программу однополые гражданские союзы и отмену закона о «гей-пропаганде».
Отмена законопроекта стала важной победой для российского ЛГБТ-сообщества, но это всего лишь одна победа.
«Это не конечная точка. Гомофобия — повседневная российская реальность», — говорит Цветкова.
Это борьба, которая требует ежедневной работы ЛГБТ-организаций по всей стране, готовности общественности говорить о неравенстве и усилий юристов-правозащитников, защищающих активистов за права ЛГБТК, таких как Цветкова, которая в настоящее время ожидает начала своего суда. Но как бы там ни было, многие активисты чувствуют, что перемены, за которые они долгое время боролись, наконец-то витают в воздухе.