Начало XX века отметились одной из самых кровавых мясорубок в истории человечества - Первой мировой. На полях сражений остались миллионы человек, ещё десятки были изувечены, морально или физически. Кто-то потерял руку, кто-то - ногу. Страшнее всего была судьба тех, кто потерял в прямом смысле себе, оставшись с изуродованным лицом, разом превратившись в гротескную пародию на человека. В некоторых случаях помочь могла хирургическая операция, однако зачастую скромные возможности медицины тех лет были бессильны перед повреждениями. Именно таким людям помогала Анна Коулман, скульптор по профессии, родившаяся в Америке, но обучавшаяся искусству в Париже и Риме. И, хоть и не она придумала идею создания сверхнатуралистичных масок для искалеченных людей, но Анна активно принялась воплощать её в жизнь. Первым делом она снимала слепок с лица пострадавшего, чтобы определить точные размеры и характер повреждений. Затем она воссоздавала по старым снимкам и рассказам то лицо, что было у него когда-то. Для этого использовалась скульптура, с которой после завершения данного этапа снимали ещё один слепок для создания гутаперчевой маски, особым образом "маринуемой" в меди для того, чтобы нанести краску. Краски использовались максимально приближенные к реальному цвету кожи, для того, чтобы такое "лицо" смотрелось естественным. Финансирование работы со стороны Красного Креста позволяло держать ценники в диапазоне, доступном для большинства ветеранов. Всего за полтора года работы было создано более сотни масок, каждая из которых была глубоко индивидуальной. Однако, с окончанием войны финансирование прекратилось, а поток нуждающихся стал иссякать, что вынудило Коулман сменить сферу деятельности. Однако за свой вклад в судьбы многих ветеранов войны она получила почетную награду - звание рыцаря, несмотря на то, что в боевых действиях она непосредственно не участвовала.