Она пахнет мужским Кензо и адреналином, научилась в жизни взвешивать каждый грамм.
У нее ботфорты – 3 пары – ходить по спинам
и одни кроссовки – бегать в них по утрам.
Она чья-то находка, тайна и мама,
Она пахнет мужским Кензо и адреналином, научилась в жизни взвешивать каждый грамм.
У нее ботфорты – 3 пары – ходить по спинам
и одни кроссовки – бегать в них по утрам.
Она чья-то находка, тайна и мама,
...Читать далее
Она пахнет мужским Кензо и адреналином, научилась в жизни взвешивать каждый грамм.
У нее ботфорты – 3 пары – ходить по спинам
и одни кроссовки – бегать в них по утрам.
Она чья-то находка, тайна и мама,
она может – коньяк, бездорожье, шипы и грязь.
Но когда она в воскресенье подходит к храму,
с колокольни ей голубь машет крылом, смеясь.
Она знает так мало, но знает довольно точно,
и стихи не расскажут главный ее секрет…
Между прочим, привычка ложиться в 12 ночи
это просто побочный, вынужденный, эффект.
Вы ей пишете в личку – а как, мол, и что имели,
препарируя тексты, копаясь в ее душе.
У нее камасутра вышита на постели
и Харлей непременно пропишется в гараже.
Она помнит и вальс во дворце с золотыми люстрами,
и как выла от боли, случаем спасена…
Эта девочка слишком
слишком
умеет чувствовать…
И что платит за это – знает она одна.
Она пахнет мужским Кензо и адреналином, научилась в жизни взвешивать каждый грамм.
У нее ботфорты – 3 пары – ходить по спинам
и одни кроссовки – бегать в них по утрам.
Она чья-то находка, тайна и мама,
она может – коньяк, бездорожье, шипы и грязь.
Но когда она в воскресенье подходит к храму,
с колокольни ей голубь машет крылом, смеясь.
Она знает так мало, но знает довольно точно,
и стихи не расскажут главный ее секрет…
Между прочим, привычка ложиться в 12 ночи
это просто побочный, вынужденный, эффект.
Вы ей пишете в личку – а как, мол, и что имели,
препарируя тексты, копаясь в ее душе.
У нее камасутра вышита на постели
и Харлей непременно пропишется в гараже.
Она помнит и вальс во дворце с золотыми люстрами,
и как выла от боли, случаем спасена…
Эта девочка слишком
слишком
умеет чувствовать…
И что платит за это – знает она одна.
