Когда говорят о неприличных для 19 века вещах обычно вспоминают о разных безобидных мелочах, вроде танцевала 2 раза подряд на балу с одним и тем же мужчиной, потеряла во время танца туфлю, обнажила ножку больше положенного и тд. Да уж, безобразие. А что же тогда было с еще более откровенными вещами? Картинами, журналами, легкомысленными книгами, а может, и с чем-то погорячее?
Для ответа на эти вопросы отбросим совсем уж давние времена с античным культом тела, затем мрачным средневековьем с гонениями на него, а также эпоху возрождения, с вновь пробудившимся интересом к физической красоте, не очень одетыми венерами да нимфами на фресках и картинах. Азиатское тоже брать не будем, это достойно отдельного рассказа. Возьмем Европу и Российскую империю. Так что там было у нас с подобной продукцией?
Главной особенностью России было то, что фривольности изначально ограничивались устным творчеством, которое было ближе к хулиганству чем к "горячему". Книги, картинки были редкостью, обычно ввозимой из-за рубежа. Примечательно, что долгое время интерес к ним проявляли только люди состоятельные, крестьянам было не до них, да и живые женщины им были интереснее. К тому же для многих и обнаженные статуи в парках или картины с недоодетыми нимфами были и так непотребством. Книги были в основном иностранные, стоили дорого, а главное, не все и по-русски то хорошо читали, а по-французски тем более. Так что вопрос был не актуален.
Первый официальный запрет в Российской империи, связанный с непристойностями, был еще в 1715 году в воинском артикуле, который часто использовался и для штатских. Запрещалось распевать песни неприличного содержания, но наказание не прописали. По факту особо и не наказывали. Позже из-за революции во Франции усилилась цензура, запрещено было ввозить печатную продукцию из-за рубежа, поэтому благодаря этой общей цензуре запрещали и "горячее". Позже правила смягчили, но горячее все равно обычно не пропускали. В 1845 году был принят закон, в котором запрещалось печатать или распространять "сочинения, имеющие целью развращение нравов, или явно противные нравственности и благопристойности, или склоняющие к сему соблазнительные изображения". За это полагался штраф от 100 до 500 рублей или арест от недели до 3 месяцев. Публично такое нельзя было показывать, или, например, выставлять на витрине. А вот дома хранить можно было. Многие современники думали, что что-то подобное и разглядывает "любитель" Прянишникова.
На практике это привело к тому, что открыто такую продукцию не продавали. Легкомысленные картины, гравюры (чаще всего французского производства) были уделом эстетов. Некоторые делились привезенными из-за бугра легкомысленными романами, в которых пошлости было не больше чем в любом современном женском романе . Зато у народа популярны были соответствующие песни и частушки, а у "благородий" в рукописном виде ходили веселые стишки и даже поэмы. Классикой стало творчество Баркова, хулиганские поэмы Пушкина и Лермонтова, особенно его "юнкерское" творчество, вызвавшее массу подражаний. Одному подражателю это все же вышло боком. Студента Московского университета Полежаева нашли, отчислили и отправили в действующую армию, где он вскоре и зачах в лазарете дальнего гарнизона. Но это был редкий трагический случай. Обычно людей пугало не наказание, а сам его факт. Например, уважаемый чиновник, а сам тайно пошлости пишет, за это могли уволить. Популярны были "заветные сказки" Афанасьева, хотя их к горячему можно причислить тематикой, а не содержанием.
На Западе тоже было все неоднозначно. Во Франции за производство сомнительного контента было уголовное наказание, но все равно его производили массово. Были даже художники, специализирующиеся на "клубничке". Очень популярны были работы Поля Авриля (настоящее имя Эдуар Анри Авриль). Сюжеты у некоторых были перченые даже по современным меркам. Веселые картинки рисовал немец Peter Fendi. Работали художники обычно под псевдонимами. Еще интереснее обстояло дело с печатной продукцией.
В той же Англии все время действовали всевозможные комитеты по надзору за нравственностью и благочестием. Однако еще в 18 веке появился скандальный журнал "Список Харриса ковент-гарденских леди", и выпускался он 30 (!) лет. Харрис был известным поставщиком этих самых леди и для рекламы обратился к ирландцу Сэмуэлю Деррику. В издании "веселых" картинок не было, зато были подробные описания и адреса этих леди, со всеми их достоинствами и недостатками. Деррик мечтал стать драматургом, и читатели оценили его писательский талант, хоть и в таком специфическом жанре. Там же выпускалось и огромное количество тематических романов. Поначалу авторы использовали игривые метафоры, к середине века все описывалось уже прямо. Чего стоят одни названия: «Похотливый турок» (1828), «Автобиография блохи» (1887, сатирическое произведение от имени вши с причинного места легкомысленной девицы), «Кардинал-соблазнитель» (1830), «Друг в постели, или наставление молодым девицам» (1822), «Сцены в серале», наделавшая шум «Фанни Хилл. Мемуары женщины для утех» и тд. К концу века эти книги и журналы были массовым явлением. Особенно известен был "Жемчужина, ежемесячный журнал для сладострастного чтения", который легально просуществовал 18 месяцев, пока его не запретили. Все это из консервативнейшей Викторианской Англии импортировали и в Европу, и в США.
На "Фанни Хилл" остановлюсь отдельно. Эта скандальная книга вышла еще в 1747 году и для 18 века стала такой же известной, как Эммануэль в 20 веке. Отец писателя Джона Клеланда был офицером, при этом близким к литературной среде, да и сама семья его было богатой и уважаемой. Поэтому публикация столь неприличного творчества шокировала общественность. Книготорговец, выпустивший "Фанни" был приговорен к позорному столбу. А когда автора вызвали на ковер и спросили, какого лешего столь уважаемый джентльмен изволит попирать общественную мораль, он заявил, что его на это подтолкнула бедность. И ему официально выделили пенсию (!) за обещание больше ничего не писать. Но все же на старости лет Клеланд выпустил "Мемуары сладострастника". Название говорит само за себя. А "Фанни" ушла в народ, гуляла в списках и переиздавалась много раз и в 19, и в 20 веке. А знаменитый художник Авриль еще и иллюстрации для нее сделал.
Изменило ситуацию появление и развитие фотографии. Она сильно упростила производство клубнички. К 1880-м усовершенствование фотографии и полутоновой печати окончательно сделала занимательные фотографии и дешевыми, и доступными. Особенно много их производилось во Франции, это стали называть "французские открытки". Дело было уголовно наказуемым, поэтому и фотографы, и модели работали под псевдонимами. Одним из самых известных был фотограф под псевдонимам Жан Ангелн (Jean Angelou). Свои работы он помечал инициалами JA. Ну а любимой его моделью была Фернанда (Fernande Barrey). Такие открытки заказывали почтой, продавали на толкучках.
Еще одной особенностью российского (и не только) контента 19 века было то, что сомнительные материалы часто пытались выпускать под видом научных трактатов, научно-популярной литературы, журналов о здоровье, психологии и т.д. В начале 20 века в Москве открылось издательство "Сфинкс", которое оформляло роскошные издания в античном стиле, ну а внутри занимательные произведения с говорящими названиями. Да и до этого подозрительный контент просачивался в на первый взгляд серьезную прессу. В 1880-х в газете "Новое время" печатался скандально известный Буренин под псевдонимом Маститый автор. Отличился даже Немирович-Данченко. Возможно, это стало следствием модной атмосферы декаданса, да и классики к тому времени уже пробили брешь в стене этических запретов на обсуждение вопросов личной жизни. Из живописцев в начале 20 века отличился Константин Сомов с его трилогией гравюр о маркизе (малая, средняя и большая маркизы). Спрос на маркиз был такой, что пришлось несколько раз переиздавать.
Ну и отдельно скажу про кино.
Первый "клубничный" фильм вышел почти сразу после первого обычного. Хотя он по нашим меркам был почти целомудренным. Невеста за ширмой переодевается, а жених ждет. Можно хоть белье посмотреть. Первый известный жесткий контент вышел в Латинской Америке в 1915 году и назывался "Сатир". Сатир украл самую красивую из резвящихся на лужайке нимф и добровольно-принудительно склонил ее к разнообразным безобразиям. Были и другие фильмы, но они до нас не дошли. Качество изображения было так себе, да еще и снимали часто на синюю плёнку, поэтому такое художество обычно называли "синими фильмами", а еще "кино для холостяков". Массовыми фильмы стали ещё не скоро, лидировало фотоискусство. В общем, неоднозначно все было в плане приличий.
этот материал также опубликован в моем блоге на pikabu тут