Пожилую женщину увезли в больницу с ковидом. Она очень страдала.
Квартиру раньше - года три назад - отписала племяннику. Не пропадать же добру! Тем более, что своих детей у нее не было.
А племянник – парень хороший, замечательный и душевный. Надо было ему добро сделать.
И вот ее увезли в больницу. Племянник позвонил и пожелал тете быстрого выздоровления. Сказал, что цветы будет поливать, а квартиру обязательно обработает от вируса. Чтобы тетя не тревожилась, пояснил, как будет себя беречь. То есть о мерах предосторожности.
Женщина так болела, что по телефону даже говорить не могла – хрипела. И слабость, и панические атаки, и тревога с болями.
Всё это многие испытывают в таком положении.
У этой женщины дома была небольшая коллекция дорогих вин. Всего бутылок семь. Очень редких, изысканных, драгоценных вин. Они занимали почетные место в небольшом баре. Когда гости приходили, хозяйка открывала и показывала – по одной. У каждой бутылки своя история. Иначе это не коллекция. То есть показывать – показывала, но не открывала. Хранила.
И вот этот племянник, когда квартиру «обработал», созвал друзей-приятелей, и они всю драгоценную коллекцию и оприходывали. Грешным делом он, наверное, подумал, что «дорогая тетя» не очухается.
А она взяла да и очухалась. Быстро на поправку пошла. Приехала домой – глядь, а коллекции нет: племянник решил «оценить» качество вин.
Она не спала всю ночь до утра. Очень переживала. Думала, что племянник – подлец. Ей не вина жалко было, а она была ошеломлена «открытием»: мол, кого на груди пригрела. И рисовались картины пиршества. Может, племянник, прихлебывая дорогое вино, говорил дружкам, что скоро станет хозяином всей квартиры. Радовался, наверное. И душа у нее болела.
На другой день пришел племянник. Снял в прихожей ботинки. Тетка сидела, отвернувшись. Спиной.
Вдруг услышала, что он плачет, горько так. Повернулась лицом. А он плачет и говорит, что его бес попутал, что он так виноват, что ему и жить не хочется: так стыдно. И даже прощения стыдно просить. А ноги сюда не шли, он заставил.
Тетя вгляделась, увидела настоящее страдание, несыгранное, подлинное. И вся злость улетучилась куда-то, и подозрения тоже улетучились.
Сказала, что любит его по-прежнему. А про вино предложила не вспоминать. Даже пошутила, что не на поминках же ее это вино потом пить. Оно, вино, для того и существует, чтобы жизни радоваться. А она, тетя, с болезнью справилась, значит, надо жизни радоваться. Именно радоваться. А вино еще, если Бог даст, будет.
Подписаться на канал "Георгий Жаркой".