Педантичный инспектор по кадрам – Валентин пришел раньше назначенного времени, Алексея я ждала минут двадцать. Первый пригласил меня на прогулку, второй – поесть итальянской пиццы. Валентин оказался образцом галантности, стройный, на две головы выше меня он знал этикет безупречно, Алесей – не парился. В джинсах и пиджаке, плотно облегающем массивное тело, он плюхнулся на стул рядом со мной и, пробормотав что-то вроде извинения, начал рассказывать о том, как уже в семь лет он рвался помогать матери на кухне и обижался, когда та не доверяла ему жарку котлет.
Повару нравилось говорить о себе, Валя больше спрашивал: люблю ли работу и какой вижу себя через 10 лет, занимаюсь ли спортом и как часто путешествую. Выслушав ответ, он озвучивал свою точку зрения.
К 33-м годам Валентин обзавелся жильем на севере Москвы, дорос до руководителя отдела и был участников проекта «Активный гражданин». Он распланировал жизнь на годы вперед, а в обозримом будущем собирался жениться.
- Пока супруга будет в декрете, - рассуждал он, когда мы свернули с центральных аллей ВДНХа и прогуливались среди молодых яблонь, - поменять квартиру вряд ли получится, но когда дети пойдут в садик, можно удвоить силы и…
В отличие от Вали, Алексей действовал по наитию. С аппетитом поглощая третий кусок пиццы, он делился мечтами – переехать в Италию и открыть семейный ресторан. Его интерьер, меню и музыкальное сопровождение повар расписывал так, что перед глазами тут же всплывала эта живописная картинка. Женщине в этой истории отводилась роль музы.
- Пусть сама решает, работать ей или нет, - стряхивая крошки с колен, болтал Алесей, - главное чтобы голова не болела.
Он подмигнул мне и рассмеялся добродушным раскатистым смехом.
Повар говорил об Италии с упоением, но на конкретные вопросы о гражданстве и о том, как вести бизнес в чужой стране ответить не мог. Его словарный запас итальянского ограничивался десятком слов кулинарной тематики, но он был уверен, что в промежутке между сегодня и «через 10 лет» произойдет нечно, и он окажется жителем солнечной Италии и владельцем процветающего ресторана.
После встреч парни запросили обратную связь.
«Мне рассчитывать на второе свидание?», - спросил Валя. «Как я тебе, понравился?», - интересовался Алесей.
Тут начиналось самое сложное – подобрать правильные слова, чтобы никого не обидеть. Мужчины оставили приятное впечатление, но продолжить общение я собиралась только с одним.
Валентин был идеален.
Внешний вид, безупречные манеры, ход мыслей – все это выгодно отличало его от других парней. Такого мужчину не нужно сталкивать с дивана, наоборот – на него придется ровняться. Деловой подход к жизни был плюсом Вали и другая, не раздумывая, подписалась бы под готовым бизнес-планом, но я задумалась.
Останется ли место присущей мне бесшабашности и лени. Смогу ли я с прежней легкостью менять планы на выходные и ездить в путешествия спонтанно. Мне было не по себе от мысли, что в паре с правильным HR-ом придется неуклонно следовать курсу, рассчитанному на годы вперед. Смутило меня и еще кое-что.
Во время свидания Валентин спросил, как я отношусь к бракам по расчету. «Когда выбираешь супруга, опираясь на здравый смысл, - пояснил он, - общие ценности, вкусы и планы».
Пословице «стерпится – слюбится» я не верила и считала, что жизнь слишком коротка, чтобы проводить ее с нелюбимым человеком. Вопрос, который насторожил меня, я тут же отправила Алексею.
«О нет! – написал он в ответ, - в любовь после дружбы я не верю. Влечение к женщине возникает сразу или никогда. Правда, нам – мужикам – в этом плане легче: когда девушка привлекательная – как ты…».
Алексей не был рыцарем на белом коне.
Его подход к жизни походил на разгильдяйский. В нем легко было заподозрить мужчину, который много говорит и ничего не делает. Но заразительный смех и умение мечтать компенсировали отсутствие галантности и тело – далекое от фигуры Аполлона. Меня подкупила способность Алексея наслаждаться жизнью - в самых простых ее проявлениях. Что-то подсказывало: с ним я могу быть собой вместо того, чтобы влезать в трафарет идеальной женщины.
После двух встреч я кропотливо собирала доводы в пользу повара-фантазера и против лишенного изъянов Валентина, пока не призналась себе, что все гораздо проще. К Алексею у меня возник интерес как к мужчине, с Валей этого не произошло. Поэтому я стала угадывать в добродушном кулинаре качества, которые ценю в мужчинах. Размечталась, что отношения с ним будут полны чувств и ярких впечатлений. Тогда я еще не догадывалась, как сильно подвело меня чутье.