На 20-й минуте Линен получил пас на левом фланге. Он не очень удачно подработал мяч и попытался дотянуться до него правой ногой, а защитник «Вердера» Норберт Зигманн без раздумий пошел в жесткий подкат. Сложно разобраться, сыграл ли в мяч Зигманн, но выключить соперника из игры он сумел без проблем.
Сначала все посчитали, что произошло обычное столкновение. В 80-х подобные стычки и откровенное костоломство не были чем-то экстраординарным, многие жесткие подкаты даже не наказывались желтой карточкой. Но даже по стандартам 80-х это было слишком.
Линен завалился на газон. Он держался за правое бедро, стоял нечеловеческий крик.
Оказалось, что Зигманн шипами разрезал Линену правое бедро. Длина разреза составила 25 см, а глубина – 5 см. Разрез был настолько глубоким, что из мышечной ткани виднелась кость полузащитника!
Реакция Линена понятна: ужас, шок, возмущение.
Судья показал Зигманну всего лишь желтую – видимо, не сразу заметил, к чему привел подкат. Эвальд после стыка попытался сразу встать, но из-за боли и шока снова завалился на газон. Не каждый день тебе распарывают ногу, согласитесь.
Со второй попытки Линен все-таки встал и побежал к бровке. Но вовсе не за помощью к медицинскому штабу «Арминии», а к тренеру «Вердера» Отто Рехагелю (да-да, Греция-2004; кстати, до «Вердера» он тренировал в том числе и «Арминию»). Линен толкнул Рехагеля и закричал, что он специально сказал Зигманну грубо сфолить. Даже когда полузащитника уносили с поля на носилках, он продолжал угрожать тренеру «Вердера» кулаком.
Рана была настолько большой, что потребовалось наложить аж 23 шва. На восстановление ушло почти 20 дней.
Линен подал на Рехагеля в суд, назвав того «бандитом, от которого я не приму извинений». Но иск отклонили: в суде заявили, что подобными делами должна заниматься немецкая федерация футбола. «Прокурор утверждал, что у боксера нет оснований жаловаться на то, что его побили на ринге», – вспоминал Линен.
Спустя 30 лет после того инцидента Зигманн и Линен встретились. «Сначала я очень волновался и даже хотел отменить все, – вспоминал Зигманн. – Но все-таки решил пойти. Эта встреча исцелила меня».
Линен извинился перед Зигманном за слишком жесткую реакцию на инцидент. «Норберт стал жертвой. То, что случилось с ним, могло случиться с любым защитником, потому что в то время в футбол играли именно так. В то время футбол был как война», – сказал Линен.