Никого не пытаюсь в чём то убеждать, просто расскажу пример из жизни.
В молодости у меня был один прикольный и весёлый друг, назовём его условно Жорик. Мы любили с ним всячески подурачится, хотя такого слова тогда в лексиконе у нас совсем и не было. Мы слушали в то время самую странную музыку, включаю сырые варианты различных экзотических фольклорных направлений и психоделических вариаций как в роке, так и народном творчестве.
Очень любили почитать каких нибудь философов, как же не обойтись тут без Ницше или Шопенгауэра. А творчество Франца Кафки - это вообще эстетическое лакомство на десерт. В то перестроечное время нас накрыло волной всего этого, и мы как умелые серферы скользили на гребне этой волны, получая от этого необычайное удовольствие.
И вот в один прекрасный такой день я пришёл с Витьком к ещё одному моему другу, бывшему однокласснику, назовём его просто Митяй. Он был творческим человеком, играл на гитаре и в отличии от нас расп..., извините , разгильдяев, смотрящих на мир с некоторой долей иронии и здорового юмора, был человеком более серьёзных убеждений.
Я стараюсь проще относиться к жизни, не пытаясь понять непостижимое. Мне просто нравиться о чём то порассуждать безболезненно и в удовольствие. Витёк же, увидев перед собой абсолютно далёкого от этого человека, попытался втянуть его в какую то заумную беседу, наверное ему понравилось ощутить себя неким гуру, примерно как в фильме Любовь и голуби несло персонажа Гурченко Людмилы Марковны Раису Захаровну перед Васей.
Поначалу Митяй не очень то всё это воспринял как то положительно и всерьёз. Потом Витёк зачастил к нему в гости. Как он потом говорил, что хотел попробовать себя в творчестве и совместно с Митяем песню какую нибудь сотворить. Но ничего не вышло из этой затеи и всё стало на круги своя.
Спустя где то два месяца, я зашёл к Митяю и не поверил своим глазам. У него лежала целая кипа книг по философии, даже Тайная доктрина Блаватской и что то из Гурджиева и Раджниш Бхагавана. Глаза у него горели адским огнём, он что то нёс несусветное и пытался разговорить меня на вопросы о смысле и бессмыслия. Обычно я заходил к нему, чтобы отдохнуть душой, попить чаю в спокойной обстановке, послушать его пение под гитару, самому что нибудь сбрякать. Сославшись на занятость пришлось срочно ретироваться.
Спустя где то год, точно уже не помню, Митяя положили в психушку, где по его словам оказалось очень много умнейших личностей. Мы тогда были ещё совсем молодыми людьми, нам было чуть более двадцати лет, почти только что пришли из армии. Но его вроде вылечили. Сейчас он уже вполне состоятельный человек имеющий своё, пусть небольшое, но приносящее доход, дело.
И он очень не любит когда кто нибудь при нём начинает философствовать, при это мудрствуя лукаво. Он сразу же пытается тактично покинуть это место, пока оно не стало местом происшествия.