Идею метапсихоза разделяли не только античные греки и христиане, но также и иудеи. Так, в Псалмах (90: 3 - 4) в частности говорится:
«Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, Ты возвращаешь человека в тление и говоришь: возвратитесь, сыны человеческие!»
Иудейский историк Иосиф Флавий писал в I веке н.э. о метапсихозе как о широко известном факте:
«Созданные из непрочного материала, тела людей действительно смертны, в то время как душа всегда бессмертна и является частицей Божественного, которое населяет наши тела... Разве вы не знаете, что те, кто уходит из жизни в соответствии с законами природы... наслаждаются вечной славой; что их дома и потомки в безопасности; что их души чисты и покорны и получают самое священное место на небесах, откуда на переломе эпох их снова посылают... в тела; в то время как душами тех, чьи руки в безумии действовали против них же самих, завладевает самое темное место Гадеса?»
Сведения о прошлых и будущих жизнях часто встречаются в Каббале, которая, по мнению многих исследователей иудаизма, содержит ключ к расшифровке тайного смысла священных писаний. В Зогаре, одном из главных текстов Каббалы, говорится:
«Души должны вернуться в абсолютную субстанцию, из которой они некогда вышли. Но для того чтобы сделать это, они должны развить в себе все совершенства, семя которых заложено в них; и если они не достигнут этого за одну жизнь, им придется начать вторую, третью жизнь и так далее, пока они не обретут состояние, которое сделает их достойными воссоединения с Богом».
Раввин Менашах бен Израель (1604 – 1657), которого хотя и считали несколько странным и эксцентричным, все же был высокочтим в свое время. Он еще дальше развил универсальность веры в реинкарнацию:
«Вера в учение о переселении душ — это строгая и неопровержимая догма, принимаемая всей нашей Церковью единогласно, и не найти человека, который отважился бы отрицать ее... В самом деле, в Израиле есть множество мудрецов, которые настолько твердо придерживаются этого учения, что превратили его в догму, в краеугольный камень нашей религии. Поэтому мы обязаны подчиниться и принять эту догму с шумным одобрением... так как эта истина неоспоримо подтверждается Зогаром и всеми книгами Каббалы».
ВОСПОМИНАНИЯ БЛАНШИ КУРТЕН
Впервые этот случай был опубликован в 1911 году в спиритуалистическом издании Le Messager de Liege. Автор статьи разузнал о нём от отца исследуемой, бывшего механика, ранее работавшего в Национальном обществе железнодорожных дорог Бельгии. Его семья жила в Пон а Сельсе, деревне у Шарлеруа, примерно в 40 километрах к югу от Брюсселя.
«Семья, имеющая непосредственное отношение к этому делу, не имела никакого понятия о спиритуализме, когда происходило то, о чём я сейчас расскажу. Эти люди убедились в его истинности благодаря событиям, которые будут описаны ниже.
Члены этой семьи, без сомнения, являются людьми надёжными. Среди их детей были две дочери, семь и пять лет. Младшую дочь звали Бланш. У неё было слабое здоровье. Время от времени она говорила родителям о том, что видит «духов». Она описывала своих бабушек и дедушек по материнской и отцовской линиям, умерших примерно за 15 лет до её рождения. Родители Бланш, рассудившие, что её видения могут оказаться симптомами какой то болезни, повели её на приём к врачу в Гойи ле Пьетоне. Врач расспросил и осмотрел Бланш, а затем выписал её родителям какое-то лекарство, наказав давать его дочери. Визит и лекарство обошлись им в 7,5 франка.
Прошёл день… и Бланш заявила родителям с полной решительностью:
- Я не стану принимать лекарство, выписанное мне этим врачом.
- Но почему? – удивился отец. – Ты хочешь сказать, что мы выбросили на ветер семь с половиной франков? Ты должна принимать это лекарство!
- Нет, не буду, – упёрлась Бланш. – Рядом со мной стоит кто то. Он говорит мне, что вылечит меня и без этого лекарства. Да я и сама знаю, что делать, ведь я была аптекарем.
- Аптекарем? – изумились родители. Они были ошеломлены и подумали, не сошла ли Бланш с ума.
- Именно так, – подтвердила Бланш. – Аптекарем в Брюсселе. И она назвала улицу и номер аптеки:
- Если вы не верите мне, то сходите и посмотрите сами. Эта аптека и сейчас существует, а входная дверь у неё белоснежная.
Родители Бланш не знали, какими словами и действиями реагировать на такие заявления дочери, и какое то время они не обсуждали это происшествие.
Однажды, примерно два года спустя, старшей сестре Бланш нужно было съездить в Брюссель, и родители предложили Бланш поехать с ней.
- Ладно, – согласилась Бланш. – Я поеду с ней и отведу её в то место, о котором говорила вам.
- Но ты не бывала в Брюсселе, – заметили ей родители, на что Бланш ответила:
- Не беда. Там я сразу пойму, куда вести сестру.
Поездка прошла удачно. Когда сёстры приехали на вокзал Брюсселя, старшая сказала:
- Бланш, веди меня.
- Хорошо, – ответила Бланш. – Пойдём. Нам сюда. Какое то время они шли, а потом Бланш сказала:
- Вот эта улица. Гляди! Перед нами дом, и ты сама видишь, что это аптека.
Сестра была поражена, когда поняла, что всё, о чём говорила Бланш, то есть улица, номер дома и даже цвет двери, точно соответствовало её описаниям: всё было на своём месте.
Продолжение следует.