Весь день Марья заполняла работой и хлопотами, некогда было думать. А ночами, несмотря на усталость, не спалось. Кто она, жена или вдова? Как быть им теперь с Володюшкой, как жить дальше?

***

Постепенно появлялись новые знакомые.

Стирала бельё на реке и разговорилась с соседкой, познакомились. Звали её Анна. Стали в гости друг к другу забегать. Чаще Анютка захаживала, они отдельные помещения снимали, а новая знакомая только койку в комнате.

Осенью 1939 года пошли они вместе с подружкой на курсы бухгалтеров. Учеба захватила. Давалась она грамотной молодой женщине легко, не то что Анне. Ну, так та потом и бросила, хотя тоже четыре класса заканчивала. Курсы проучилась и пошла парикмахером работать. Перво-наперво Вовку подстригли. Самый первый Анюткин клиент был.

Жила Анна теперь с ними, теснее, зато с сыном помогала. Да и веселее было. Тормошила она Марию, не давала совсем голову свесить.

Новая профессия дала ей новую работу. Пошла бухгалтером на «Птичник».

И думать она раньше не могла, что будет работать в теплой комнате, за столом. Совсем городская уже!

От работы дали им новое жильё. Дом-то не новый, конечно. Но квартира не съемная у хозяев, а государственная. Теперь не надо было платить деньги за аренду.

Появились у них с матушкой и у сынка обновки. Коровку завели.

Вроде жизнь налаживалась, жить бы, да радоваться.

Но умерла матушка. Летом 40 года умерла. Быстро затухла, за несколько дней.

Притих дом.

Вся женская работа на Марью теперь свалилась. Днём и думать было некогда, а ночами опять не спалось. Вроде и ворчала мама много и ругалась, а не стало её, и как опора пошатнулась.

Словно стоит на деревянном мосточке и дощечку из-под ног выдернули, зыбко стало сразу и ненадежно. Первая дощечка подломилась, когда Яшеньку забрали. А сейчас вот вторая треснула.

***

Ранней весной 1941 года заглянула к бухгалтерам с проверкой комиссия. Был с ними и Дмитрий Сергеевич. Стал он потом часто заходить и провожать Марию до дома.

А она и как себя вести-то не знала.

Кто она? Жена ещё или уже вдовая?

***

Утром 22 июня 1941 года их отпустили с работы, велели обязательно прослушать сообщение по радио днём в четыре часа.

Оборвало то сообщение мирную их жизнь.

Война…

Уже через час началась мобилизация. Засуетились-забегали по городу посыльные, разносили повестки. Один из них сновал туда-сюда по их улице, ровно челнок в машинке. А сами мужчины потянулись в военкомат.

Дмитрий Сергеевич пришел рано утром 23 июня.

-Я проститься, -сказал,- повестку вчера принесли, к обеду в военкомат. Писать будешь?

Прошлый день, как вихрем многие вопросы унёс. Какие вопросы, когда на фронт мужчины уходили? Вернутся ли? Целы ли будут?

-Ждать буду,- ответила она.

Проводила до военкомата.

Дома за столом ждали батюшка с сыном, дед ломал внуку баранки, а Володька грыз ломаные кусочки и прихлёбывал чаем. На чай он перед этим старательно надув щёки дул, хоть и не горячо было. Но зато, как дед!

-Не поторопилась, Марья?- спросил отец, -про него разное говорят.

Промолчала тогда молодая женщина.

Говорили действительно разное.

С первой женой не пожилось Дмитрию Сергеевичу. Сын в тюрьму угодил по уголовной статье. Кто там прав, кто виноват?

Да бог им судья! Как же нет скажешь, когда человек может на смерть идёт?

***

В окошко уже пыталось заглянуть солнышко.

Женщина приподнялась, пытаясь увидеть его краешек.

Обессиленно выдохнула и опустилась обратно, прикрыла глаза.

Снова тихо потекли воспоминания.

Война, война…

Всё сломала, столько судеб поперекурочила.

Улицы города тем летом словно вымерли. Мужчины ушли на фронт, а женщины, дети и старики работали и за себя, и за мужчин. Некогда было по улицам ходить.

Указ вышел об отмене отпусков и обязательных сверхурочных работах от 1 до 3 часов. Какие там три часа! По 12 часов иногда работали. Особенно, когда в поля вышли и на сплав.

Стояли они, молодые женщины, по пояс в ледяной воде и баграми толкали к берегу тяжеленные брёвна, связанные в плоты.

А потом потянулись в город машины с ранеными. Сразу шесть госпиталей было в их небольшом городке.

«Тяжелых» редко довозили сюда, совсем «лёгких» тоже далеко от передовой не отправляли. Были тут «середнячки». Появлялись все чаще на улицах мужчины в форменном обмундировании. У кого рука на перевязи, кто с костылем, а кто и без ноги. Но всё движение. И парочки появились.

Как тут осуждать? Война войной, а девкам молодым как быть? Да и вдовы уже первые появились.

Жизнь на месте не стоит, даже войне её не остановить. И влюблялись, и свадьбы играли, и дети рождались.

Зимой 1943 года вернулся и Дмитрий Сергеевич.

Ох, и досталось ему там на фронте. Попал под Сталинград. Контузило, глаз повредился.

Но живой! Живой вернулся!

Все предыдущие годы шатало их семью то к горю, то к радости. Как на больших качелях, что в парке перед войной появились. То вверх взмываешь, как на крыльях, а то вниз ухаешь, как в пропасть без дна летишь.

И вот казалось, опять потихоньку пошла жизнь в горку…

Окончание:

https://zen.yandex.ru/media/id/5f7c8d34ebb87c11de012800/mariia-bolezn-5fc9197d6bcad04cbc2bc279