Однажды из местности Шара-Хундуй, расположенной в Могойтуйском районе, приехал в Цугольский дацан к известному жодче-ламе Амгалану Жабону старый шаман. Он попросил жодче-ламу помочь его душе после смерти обрести лучшее рождение, так как хотел примкнуть к буддийской вере.
Жабон согласился помочь. Через некоторое время стало известно, что старый шаман умирает, но жодче-лама был занят делами и отправил вместо себя к шаману своего лучшего ученика.
Лёжа на смертном одре, шаман попросил ученика, чтобы тот сделал из его черепа чашу, украсил её серебряной набивкой и поставил в своём дацане на алтарь. Ученик пообещал, но когда шаман умер, обещания своего не сдержал, не стал делать чашу. Вернувшись, он рассказал обо всём Амгалану Жабону.
— Что же ты натворил!.. — произнёс Жабон.
Вскоре в Цугольский дацан приехал встревоженный сын умершего шамана. Он рассказал, что в их доме творится что-то неладное, и просил помощи.
На этот раз Амгалан Жабон отложил все свои дела и отправился в дорогу. Он приехал в Шара-Хундуй, взобрался на самую высокую в этой местности гору, надел на голову ритуальный шлем, который служил для защиты от нечистых духов, и стал совершать положенный по такому случаю обряд.
Через некоторое время Жабон почувствовал тепло возле своего колена и увидел рядом с собой волка, который часто дышал, высунув язык. За волком стояла тень и целилась из лука прямо в Жабона. Огненная стрела блеснула, и жодче-лама потерял сознание.
Его отвезли на «конных носилках» в Цугольский дацан. Из его левого соска ещё семь или восемь месяцев сочился гной!
С того времени в местности Шара-Хундуй по ночам многие видели движущиеся сами по себе мрачную тень, который летал повсюду, то появляясь, то исчезая. Люди говорили, что это неупокоенный дух шамана, завет которого не выполнил ученик ламы.