После убийства ведущего ученого-ядерщика Ирана Мохсена Фахризаде мировые СМИ словно с ума сошли. Этот человек был очень важной, хотя и мало кому известной фигурой иранского правительства. А заодно руководил отделом исследований и инноваций в министерстве обороны страны. Фахризаде оставался неотъемлемой фигурой в работах по созданию ядерного оружия до 2004 года, а благодаря участию в секретной иранской программе «Амад» в начале 2000-х годов он давно стал интересен каждому, кто волнуется о ядерной программе Ирана.
Есть предположения, что он также мог занимать должности заместителя министра обороны и бригадного генерала в Корпусе стражей Исламской революции (КСИР) Ирана. Эти назначения предоставили бы ему полномочия, в целом схожие с теми, которыми обладал генерал-майор КСИР Касем Сулеймани, убитый американскими войсками в Багдаде в январе.
Нет ничего удивительного в том, что наиболее вероятным виновником убийства Фахризаде назвали Израиль. У Израиля достаточно опыта, возможностей и мотивов для осуществления подобного убийства, да и раньше подобные прецеденты уже были. Израиль уже считается вероятным организатором убийств четырех других иранских ученых с 2010 по 2012 год и покушения на убийство еще нескольких человек. Скорее всего, и США замешаны в атаке, как минимум дав Израилю свое согласие и незримую поддержку.
Нападение на Фахризаде было очень хорошо спланировано, с привлечением нескольких нападающих и, пока еще неподтвержденно, с использованием заранее установленной на автомобиль бомбы. В связи с этим появляется вопрос, имел ли Израиль, если это действительно он, поддержку со стороны США или иранских диссидентских групп.с
Руководство Ирана, осуждая нападение, практически сразу заявило о том, что за произошедшим стояли «наемники деспотичного сионистского режима». Само убийство Фахризаде явно носило символический характер. Это первое известное убийство человека, связанного с ядерной программой Ирана, за последние восемь лет. И в то время, когда процесс передачи власти в США подарил надежду на возобновление Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по ядерной программе Ирана. Джо Байден ведь уже заявил, что намерен возобновить сделку.
Поскольку нет общедоступных свидетельств того, что Иран проводил какие-либо существенные исследования, связанные с созданием ядерного оружия с 2003 года, Фахризаде мог стать мишенью из-за того, какую роль он играл в разработке ядерного оружия прежде. А может и так, что произошедшее является политическим решением, который не помешает ядерной программе Ирана. Элли Геранмайе из Европейского совета по международным отношениям уже отметила: «Цель убийства не в том, чтобы помешать ядерной программе, а для того, чтобы подорвать дипломатию».
Вполне вероятно, что виновные в убийстве Фахризаде планировали сделать больше, чем обрушить любые шансы сотрудничества с Ираном по его ядерной программе и восстановления участия США в СВПД. Они могли рассчитывать на агрессивный ответ Тегерана, который даст право на дальнейшие карательные меры против Ирана со стороны Израиля или США. А у этого уже могут быть катастрофические последствия.
Бывший директор ЦРУ Джон Бреннан сам заявил, что убийство Фахризаде было «преступным актом и в высшей степени безрассудным», и оно чревато «смертельным ответом и новым витком регионального конфликта. Такой акт государственного терроризма был бы вопиющим нарушением международного права и побудил бы правительства совершать смертоносные нападения на иностранных должностных лиц».
Несмотря на то, что убийство Фахризаде напоминает объявление войны, Тегеран действует очень холодно и спокойно, которой он придерживался после убийства Сулеймани. Он следовал этому принципу и после очевидной атаки на ядерный объект в Натанзе и на другие промышленные объекты в этом году.
В то время как духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи требовал «покарать» исполнителей атаки «и тех, кто ею командовал», президент республики Хасан Рухани решил, что Иран «слишком мудр, чтобы попасть в ловушку Израиля», и что он ответит и накажет виновных «в свое время».
Иран будет и пересматривать свою общую политику безопасности, а сюда можно включить и любые скрытые ядерные исследования. Самая большая проблема ситуации в том, что до сих пор не имеется убедительных доказательств, будто Иран принял решение о создании ядерного оружия или что он продвинулся в исследованиях, будто бы замороженных в 2003 году.
Убийство Фахризаде как раз может послужить тем катализатором, который убедит политиков, что им все-таки нужен стратегический потенциал сдерживания, чтобы не допустить повторения подобных наглых нападений и убийств. А такой потенциал может обеспечить только ядерное оружие.