На прошлой неделе «Нью-Йорк Таймс» опубликовал текст от имени Меган Маркл. Текст называется The Losses We Share («Мы разделяем потери»). В нём Меган делится своей трагедией — потерей беременности. А ещё она напоминает нам о том, как важно сочувствовать окружающим и делиться тем, что с тобой происходит. Делиться и спрашивать другого: «Ты в порядке?»
Меган написала хороший текст. Правда хороший. Литературно выверенный. Канонический. Поэтому он цепляет и попадает нам в сердце. И поэтому мы чувствуем: что-то здесь не так.
Эссе писал профессионал
Достаточно прочесть начало текста, чтобы убедиться в этом:
Это было июльское утро, которое началось так же, как и любое другое. Приготовить завтрак. Покормить собак. Принять витамины. Найти потерявшийся носок. Поднять коварный мелок, который закатился под стол. Завязать волосы в хвост, прежде чем я заберу сына из его кроватки.
Автор описывает быт таким образом, чтобы читатель узнал себя и стал олицетворять себя с героем. Замечу, что сделано это несколькими предложениями, и сделано мастерски, то есть специально. После первого абзаца Меган воспринимается обычной женщиной, похожей на нас. С этого момента мы ей сочувствуем, что бы дальше ни происходило. Такая задумка.
Что в тексте не так?
Не считая того, что текст вряд ли писала сама Меган? Как ни печально, при отличном начале дальше в тексте появляется дурной драматизм.
Несколько часов спустя я лежала в больничной кровати, держа своего мужа за руку. Я чувствовала, что у него влажная ладонь, я целовала его руку, мокрую от наших слез. Я стеклянным взглядом смотрела на холодные белые стены. Я пыталась представить, как мы с этим справимся.
Штампы
Автор сыплет метафорами: рука, мокрая от слёз; стеклянный взгляд, холодные белые стены. Обычно это происходит тогда, когда читателя нужно вывести на сильные эмоции. Но в данном случае это больше похоже на штампы, которые обычно встречаются в дешёвых мелодрамататичных текстах. Поэтому сочувствия, которое должно было случиться, не происходит: читатель чувствует фальшь.
Пафос
А в этом абзаце зашкаливает набор пафосной лексики:
Сидя в больничной кровати и наблюдая за тем, как разбивается сердце моего мужа, пока он пытается удержать осколки моего, я поняла, что единственный путь к исцелению лежит через вопрос: «Вы в порядке?».
«Белое пальто»
Ну, а дальше большой кусок текста, в котором Меган «выгуливает» своё белое пальто: она заметила плачущую женщину, она хотела остановиться, она не такая, как те, которые стояли рядом с ней, но игонорировали её.
Когда мне было около двадцати, я ехала сквозь оживленный Манхэттен на заднем сидении такси. Я посмотрела в окно и увидела рыдающую женщину, которая говорила по телефону. Она стояла на тротуаре и проживала очень личный момент на глазах у всех. К тому моменту я совсем недавно жила в этом городе, и я спросила таксиста, не надо ли нам остановиться и узнать, нужна ли ей помощь.
Эссе Меган — только о Меган
Меган обращается к общечеловеческим ценностям. Её эссе вроде бы о том, как важно быть внимательными друг к другу. О том, как важно говорить о самом страшном, что с тобой происходит. В частности — о потери беременности. Но я прочла это эссе как повесть, в которой герцогиня от первого лица рассказывает, что она «такой же человек, как все, но только немножечко лучше». Впрочем, так и было задумано.
Перевод эссе можно прочесть здесь: https://n-e-n.ru/markle/