Сразу скажу, что служить я пошёл по собственному желанию. Причем уже после колледжа в 20 лет. Но я завалил ЕГЭ по математике для поступления в военный ВУЗ и план был такой: иду в армию, там готовлюсь к ЕГЭ, сдаю его в какой-нибудь местной школе и поступаю прямо из армии в военный ВУЗ.
Я планировал попасть в МЧС и служить в Подмосковье, чтобы спокойно готовиться к ЕГЭ. Но все пошло не по плану и судьба закинула меня во внутренние войска в закрытый город Саров на курс молодого бойца (КМБ) на один месяц, далее меня перевели в Нижний Новгород охранять генералов на пол года, и летом я поступил в военную академию, не буду говорить какую, не хочу привлекать лишнее внимание.
Дедовщина.
Сразу отмечу, что с дедовщиной серьезно работали в тех частях, где я служил. У кабинета каждого командира роты висел информационный стенд с номерами прокуратуры и призывами сообщать о случаях дедовщины. Но с ней именно боролись путем наказаний, а проблема была в самом контингенте, в системе, в воспитании курсантов, которые становятся офицерами и воспитании солдат.
То есть рукоприкладство стало опасным, но методы управления не изменились. Призывники приходили в "новую" армию, где нельзя бить, но офицеры все остались с того времени, времени когда армия напоминала тюрьму. Когда в резиновом защитном костюме "ОЗК" и противогазе "качали" до потери сознания, а побои были нормальным делом.
На КМБ в дивизии я не припомню ничего связанного с дедовщиной, но она там точно была и связанно это с тем, как я попал в батальон в Нижнем.
К нам в дивизию пришел полковник отбирать бойцов после КМБ в этот самый батальон, сначала все подумали, что это какой-то отбор самых достойных. Но как оказалось он был психологом и его задача была забрать самых "теплых", которых будут бить, и самых буйных, чтобы они никого не били. Я себя ни отношу ни к тем, ни к другим. Но мне очень надо было попасть в Нижний, чтобы я мог ходить к репетитору и, чтобы меня пустили на ЕГЭ, видимо полковник пошел мне на встречу.
В итоге у нас собралась команда мечты: бывший зэк! Реально, парень отсидел по малолетке и каким-то образом пробрался на службу во внутренние войска, чтобы списать судимость, он гонял даже контрактников; алкоголик, у него была сложная ситуация в семье, шуганный парень, который в прямом смысле пропил мозги; огромный, не злой, но импульсивный качек, который с большой вероятностью закончил бы службу в дивизионе через дисбат (дисциплинарный батальон, военная тюрьма); дагестанец, которому хотели военную прокуратуру вызывать за невыполнение приказов; огромный, но очень забитый маменькин сынок, честно, даже в фильмах такого персонажа не сыграть; пианист с тонкой душевной натурой и еще человек 10 полярно отличающихся друг от друга.
Что я помню из дедовщины в батальоне:
- Учебная тревога, стою в очереди на получение оружия, и тут как в фильмах ударом ногой в грудь старшина выкидывает из каптёрки сержанта контратника, следом в голову ему прилетает телефон. Один в один как фильме "300 спартанцев". В прокуратуру он не звонил.
- Самый жесткий случай был когда спалили двух бойцов пьяных в наряде, но не сняли, так как некого было ставить вместо них. Хотели вызвать командира, но он был в карауле. В итоге сутки командир видимо копил в себе злость и когда вернулся из караула срочно вызвал этих залетных. Но дневальный, тот самый с пропитыми мозгами, не стал уточнять кого и зачем зовут, в итоге прибежали двое других, думая, что зовут на ужин. Командир выходит и без слов начинает им прописывать в бороду, причем так, что следы от ударов остались на стене. В итоге поужинали кулаком капитана. Причем тех, кто реально был виноват он уже не трогал, видимо выпустил пар. Прокуратуру опять никто не вызывал.
- Также с нами служили два парня с одного призыва, один другому сломал челюсть и об этом узнала прокуратура. Прошло с этого момента уже больше полугода, челюсть зажила, они уже стали лучшими друзьями, но процесс судебный был запущен. В итоге за 4 дня до дембеля ему выносят приговор и отправляют его на год в дисбат. То есть за реальную дедовщину при мне никто не сел, а за стычку между друг другом солдат с одного призыва посадили.
Что-то было еще, но в целом не так уж много, командиры реально осекали себя и других. Где-то, чтобы не получить по голове, а где-то и по человечески. Да я периодически по ночам делал какие-то документы для офицеров, но в обмен получал увал каждое воскресенье для занятий с репетитором.
Как же обстояли дела с военной академией? Местом, где воспитывают самих командиров.
Возраст в военной академии у курсантов был меньше, а условия жестче. Там я столкнулся с настоящей армией.
Что я не считаю дедовщиной - устроить строевую подготовку всему взводу если кто-то из курсантов нарушил дисциплину строя. Это и воспитательная мера и практически полезная.
Что я считаю дедовщиной - качать в ОЗК в сушилке, а потом давать 5 минут на отбой и укладку снаряжения, чтобы все потные и вонючие ложились спать.
Было у нас и то и другое. Помню я как-то со своими сержантами ползал по под кроватями другого взвода, чтобы увидеть как у них чисто и сделать также. Что касается рукоприкладства, то от офицеров я его не видел, может и было, но не со мной. А вот сержанты себе позволяли, за исключением моего взвода, били все, редко сильно, но били. Вспомним самые яркие моменты:
- Стою дежурным по роте, все ушли на обед и слышу как один сержант вычитывает курсанта. И захожу в момент когда он командует "Упор лёжа принять!", а в противоход бьёт ему ногой в грудь. Потом кулаком в нос и приказывает стереть кровь. Я знаю насколько косячный был этот курсант, но насилию нет оправданий.
- Одного сержанта у нас отчислили за то, что он за деньги продавал увольнительные, вместо того, чтобы назначать их за хорошую службу и по очереди. Причем это длилось довольно долго пока один из курсантов не рассказал родителям.
- Сержанты могли себе позволять то, что запрещали другим. Например, на первом курсе нельзя было посещать магазин, сержанты позволяли себе не только посещать его, но и есть на уроках, и более того посылать себе за едой других курсантов. Честно говоря, у меня тоже в первое время проскакивали такие моменты. Когда ты должен организовать подготовку к параду всего взвода из 30 человек, каждого научить, проверить, а параллельно решаешь еще кучу задач, тебе кажется абсолютно нормальным, чтобы кто-то погладил и подшил форму тебе. Но это очень тонкая грань, между рациональным руководством и дедовщиной, о которой никто не задумывался особо.
- Однажды провели анонимный опрос среди курсантов, простая и гениальная идея. В итоге уставшие курсанты с удовольствием выдали всех сержантов, но в виду того, что дедовщиной в том или ином виде занимались почти все, то каких-то жестких наказаний не было, даже тем кто занимался рукоприкладством.
В академии случаев было еще много. В первую очередь из-за власти, которую получили неокрепшие сержантские умы и общей политики воспитания. В армии матом не ругаются, там это язык общения. Крики командиров это обычное дело. Но при этом я не помню, чтобы кого-то отчисляли за рукоприкладство. Побои умалчивались, курсанты по солдатски терпели и возникающие иногда жалобы улаживались.
При этом каждый год были улучшения по всей академии. Например на третий год службы запретили проводить различные "занятия" в помещении и без подготовки, то есть по сути запретили качать когда и где попало, теперь нужно было подготовить план занятия и в соответствующее время пойти позаниматься с курсантом. Если ты скомандовал на улице "Упор лёжа принять!" к тебе мог подойти офицер и выяснить, что здесь происходит. Сейчас я думаю дедовщины там должно быть значительно меньше.
Выводы.
5 лет назад дедовщина в армии была, но ее становилось меньше прямо на глазах. Могу ли я назвать армию школой жизни? Да. Драк там чуть больше чем в обычной жизни, у меня например не было ни одной. Но условия жесткие, и это действительно закаляет характер. Я благодарен этому опыту.
Но на срочной службе помимо этого делать нечего, очень мало частей, в которых плотно занимаются с солдатами и предоставляют хорошие условия. В военной академии дела обстоят получше с этим, но стоит ли вообще учиться на офицера? Об этом поговорим в следующей статье.