Начну с того, что как-то на днях я оказался в нашем областном центре. И бегая по своим делам по его улицам, погруженный полностью в свои заботы, я вдруг вспомнил, что в одном из его районов под названием "Черемушки", живет мой армейский друг...
Ближе к вечеру того же дня, я решил его проведать, предварительно ему позвонив...
Я сел на маршрутку и через сорок минут оказался в этих самых "Черемушках". На одной из остановок я сошел с маршрутки и направился по знакомому адресу...
Я поднимался на третий этаж и постучался в квартиру друга. Дверь открыл, улыбаясь, сам Юра и радостно обняв меня, тут же пригласил на кухню, со словами: "Вот здорово, что ты решил навестить меня..."...
Сняв с себя куртку и повесив ее на вешалку в прихожей, я пошел следом за Юрой...
На кухне, за столом сидела молодая особа, лет тридцати-тридцати пяти в огромных очках и с замысловатой прической на голове...
Обращаясь ко мне Юра, быстро произнес: "Вот, знакомься это Лина" и добавил: "Кстати, я только, что с Линой познакомился на лестничной площадке, оказывается, что Лина моя соседка и живет надо мной..."
Как оказалось, Лина недавно купила себе квартиру в Юрином доме, и, не зная никого по соседству, она в расстроенных чувствах по поводу ее экстренного увольнения с работы, искала с кем поделиться этим...
И в этот момент на лестничной площадке ей "подвернулся" улыбающийся Юрий...
Словом, так они и познакомились и Юра сразу же пригласил Лину к себе на чай, тем более, что он жил в своей квартире один...
Юра пригласил меня к столу, подвинув к нему третий табурет, который стоял в стороне стола...
На столе стояла небольшая бутылочка коньяка с тремя звездами и на тарелочке лежали ломтики лимона...
Я присел на предложенный мне табурет и прислушался к их разговору. Лина сквозь очки глянула на меня и продолжила, скорее всего, обращаясь к Юрию: "Представляешь себе я пришла к выводу, что я в этой жизни ничего не умею делать: даже выложить на полку магазинного прилавка обыкновенные хлебные булочки. Я это делаю хуже, чем вновь пришедшая молодая особа..." Она своими пухленькими ручками это проделала легко с артистизмом...
И в результате, меня банально уволили, то бишь другими словами выкинули на улицу, как никчемную, как "мусор"...
Лина глубоко вздохнула, глядя сквозь очки на нас и переведя взгляд на Юрия, грустно улыбаясь, махнула рукой: "Эх, Юра, наливай!"
После этих слов, как подобает в этих случаях разговор на кухне пошел о более "высоких материях", ну конечно и "о политике"...
При этом вспомнив прежние советские времена, когда каждому кто хотел работать, находилось достойное место...
Поскольку мы с Юрой берем свое начало именно с тех советских времен, мы с ним едины именно в том, что к великому сожалению, никто из нас старшего поколения, которые служили в советской армии и давали присягу на верность Родине и пальцем не пошевелил, чтобы защитить ее от развала...
Слушая наши ностальгические сожаления, Лина вдруг оживилась и, хитро разглядывая нас как "мамонтов" "постсоветского периода" неожиданно задала нам обоим вопрос: "А что вы, вообще в вашей жизни сделали?"
Этот неожиданный вопрос ее, после долгого молчания, изначально несколько смутил нас, но затем каждый из нас стал задумчиво объяснять ей...
Я, к примеру, грустно сообщил, что работал честно и добросовестно, хотя подсознательно понимал, что сегодня эти слова утратили свой смысл и значимость...
Мы с женой родили и воспитали пятерых детей. Кроме того, многие наши добросовестные дела и трудовые заслуги отмечены дипломами и наградами того государства во благо которого мы и трудились...
Юрий в свою очередь всю свою сознательную взрослую жизнь был военным, верно и преданно служил и защищал мирную жизнь Родины, в разных ее необъятных точках, от Бреста до Калымы и Владивостока...
Как мне показалось, Лина нас слушала не внимательно но, хитро и загадочно улыбалась, поправляя свои очки, которые то и дело сползали ей на нос...
Затем приблизив свою рюмку к пустой бутылке, и совсем забыв суть нам заданного вопроса, она снова повторила в кухонное пространство: "А она, влетела в магазин и быстрыми, и легкими движениями своих пухленьких рук, это проделала с артистической легкостью, в результате я оказалась за "бортом"...
И как я заметил тогда, Лина даже всхлипнула и вытерла слезу из-под своих очков...
Затем глядя на пустую бутылку из-под коньяка, она глянула на Юрия и твердо сказала: "Юрий, я не знаю как вас по батюшке, но такие "сложные" вопросы жизни, негоже обсуждать при пустой бутылке..."
В ту ночь я остался ночевать у Юры. Изрядно подустав в тот день, бегая по своим делам, я сообщил Юре и Лине, что удаляюсь в соседнюю комнату, где меня ждет застеленная Юрой постель...
Уже лежа в кровати, я несколько огорченный состоявшимся разговором, а вернее заданным нам вопросом Линой: "А, что вы, вообще сделали в вашей жизни?", думал не об этом, а скорее о том, как сложится жизнь в дальнейшем у Лины и у других молодых людей, которые стоят на пороге выбора жизненного пути...
Константин Русинов