Валентина Николаевна похоронила своего единственного сына, свою любовь, гордость и надежду. Одна его растила, без мужа, а какого хорошего парня вырастила! Вежливого, доброго, в институте учился...
Женился её Владик в двадцать лет. Привёл в дом жену - однокурсницу Веру. Красавицей Вера была необыкновенной - белолицая, синеглазая, с длинной толстой косой...
Только брак их оказался очень недолгим - три месяца только и прожили. Ушла Вера от Владика, так что и до детей дело не дошло. Сказала - не мой человек Владик, и всё тут! Зануда, не буду с ним жить! Поспешила, мол, замуж...
А Владик-то её очень любил, уговаривал не бросать его. Говорил, без тебя жить не смогу... Нет, руки, мол, на себя накладывать не буду, но и жить без тебя не буду. Всё же ушла Вера. Владик сильно горевал, всё ходил под окнами общежития, где она жила.
Простоял так в ноябре два часа под дождём, а потом мороз ударил, а он всё не уходил... А через неделю сгорел от пневмонии. Вот так - не хотел жить - и умер.
Был сыночек у Валентины Николаевны - и улетел на небеса. Горе шипами впивалось в горло, мешало дышать, не оставляло ни на минуту... И ещё ненависть к этой женщине, которая погубила Владика, которая его не любила ...
Знакомым осиротевшая мать говорила, что совсем не злится на Веру, а в душе её всё кипело, и если бы она встретила где-нибудь эту мерзавку - разорвала бы собственными руками...
Только встретиться им не пришлось, хоть и жили в небольшом городке. Вера пропала, как будто ветром её сдуло.
А Валентина Николаевна стала часто бывать в церкви. Как побывает на службе, так хоть чуть-чуть, да полегчает на душе... И ненависть поостынет...
А дня два-три проходит - и опять всё вернулось, а скоро и снова в Божий храм пора идти... Так и жила от службы до службы...
Прошло уже семнадцать лет, и Валентину Николаевну очень печалило то, что никакого следа на Земле от её сына не осталось: все его забыли, кроме матери, ведь умер-то совсем молодым. Вот мать умрёт, и некому будет его и вспомнить...
И вот однажды в светлый майский денёк пришла Валентина Николаевна в храм, а там народищу - как на Пасху! Что случилось, спрашивает. А ей отвечают: "Новости слушать надо да газеты читать! Княжеская семья приехала из Франции - умер старый князь. Завещал похоронить его здесь, в нашем городе... Ждём их на вечернюю службу."
Среди вышедших из машины людей была женщина, удивительно похожая на Веру. Нет, этого не может быть, сказала себе Валентина Николаевна, это просто совпадение...
Та же роскошная светлая коса, уложенная на голове, те же синие глаза... Как будто ещё красивее стала. Только чуть-чуть располнела. Да ведь сколько лет прошло....
Была, не была, - решила Валентина Николаевна. Главное, узнаю, помнит ли она моего Владика. И , когда служба закончилась и семья князя двинулась к своей машине, Валентина Николаевна пошла прямо навстречу Вере.
- Вера? - почти шёпотом спросила она.
- Да, это я, - ответила её бывшая сноха.
И тут случилось непредвиденное: Валентина Николаевна бросилась к Вере, прижалась к ней и зарыдала: "Верочка, ты помнишь Владика?!"
- Да, Валентина Николаевна, я не забывала о нём никогда! Ну зачем, зачем он так обошёлся со мной?! Ведь я не была счастлива ни одного дня! Всё это время я чувствую себя убийцей!
- Что ты, дочка, что ты, - погладила её по голове Валентина Николаевна. Перед ней была уже не виновница смерти её сына, а женщина, которую он любил больше жизни. - Ну кто же виноват... Полюбили, разлюбили... Вы ведь совсем дети были... Так уж случилось... А у тебя дети есть?
- Да, два сына - одному двенадцать, другому десять лет.
Вера смахнула слёзы и, поцеловав бывшую свекровь, поспешила вдогонку за мужем.
Вечером Валентина Николаевна смотрела по телевизору в местных "Новостях" заснятый днем репортаж о приезде гостей из Франции, и на душе у неё было светло и тихо от того, что она простила свою сноху. Дай Бог, думала она, чтобы и Вера сняла со своей души тот груз, который оставил ей Владик...