Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Как моя подруга решила сходить в фитнес зал (рассказ от первого лица)

Ужасно смешная и правдивая история про
женский фитнес))) Скоро лето Я, конечно,
стараюсь не поддаваться массовой истерии по
поводу плоских животов и подтянутых поп:

Ужасно смешная и правдивая история про

женский фитнес))) Скоро лето Я, конечно,

стараюсь не поддаваться массовой истерии по

поводу плоских животов и подтянутых поп:

все во мне прекрасно и так, а сила моего

неземного обаяния отвлекает от возможных мелких недостатков. Однако весна есть весна,

за весной придет лето с купальниками и

прочими неприятными голыми животами,

посему я собрала попу в кулак, выдохнула и

приняла волевое решение записаться на

«Силовую тренировку на все группы мышц с элементами степа. Рекомендуется для любого

уровня подготовки». Это очень хорошо, что

для любого уровня: я, конечно, спортсменка

бывалая, в прошлом году три дня приседания

по утрам делала, и у меня гантели дверь в

комнату подпирают, но все-таки начать надо с чего-нибудь попроще. А потом как пойду в

тренажерный зал, как покроюсь кубиками, как

стану одним сплошным клубком мышц! Ничто

не предвещало беды: тети разной комплекции

в просторном зале, похожие на гробики для

карликов степ-платформы, ритмичная музыка, тренерши нет пока. Вспомнив, что перед

тренировкой спортсмены разминаются, я с

сосредоточенным лицом попрыгала,

повертела головой и всячески показала

присутствующим клушам, что их посетила

фитнес-фанатка, которая знает, что и как! Так, ну где там уже тренер? Чего вапще такое, я не

поняла?.. Прискакала тренерша — маленькая

накачанная женщина: — Вы в первый раз?

Будет тяжело — передохните. Поехали! Пять

минут: полет нормальный! Здорово скакать

под музыку, чего я сюда раньше не пришла? Надо спортом заниматься, даешь здоровый

образ жизни! Семь минут: полет нормальный,

но внутри нарастает недоумение: это что, все

50 минут в таком темпе будут? Десять минут:

полет так себе. Вокруг меня двадцать женщин

с лицами убийц машут ногами и долбят в платформу; что там слон по сравнению с

батальоном мрачных теток, решивших

привести себя в порядок! Двенадцать минут:

недоумение крепнет. Тетка-тренер даже не

порозовела: — Еще активнее! Мах, степ,

захлест! Еще четыре раза, не снижаем темпа! Пятнадцать минут: я сейчас лопну с брызгами и

испачкаю вам зал. Или у меня нога на

очередном замахе оторвется. Поняла, почему

остальные бабы так долбят в степ-платформы,

я свою тоже возненавидела: получи, гадская

штука, вот тебе, и снова! Чтоб ты сломалась, к чертовой матери! Двадцать минут: берем

коврики, сейчас будет комплекс на пресс. Ну,

слава богу, хоть не скакать, а то меня укачало

и рожа с нашим знаменем цвета одного:

местами синяя, местами красная, и пара белых

пятен. Двадцать две минуты: мама! Верните степ-платформы, я хочу умереть в движении, а

не в позе рака-эпилептика! Я не могу закинуть

ноги за голову силой мышц пресса. У меня там

нет мышц, у меня там завтрак и нервы.

Двадцать пять минут: упражнения на пресс не

проходят даром... Белорусские партизаны могли пытать пленных фрицев скручиванием:

после 15-го раза я готова рассказать все

секреты вселенной. — Не халявим! Кто хочет с

голым животиком летом ходить? Работаем!

Если я сейчас умру, то голый животик летом

меня волновать будет мало; тихо сползаю на пол и дышу в проход. В зеркале отражаются

попы всех цветов и размеров и рожи одного

цвета — малинового; выражение лиц все

такое же мрачное — антицеллюлитный

джихад. Тридцать минут: группа похожа на

отряд зомби: пошатывающиеся фигуры в полуприседе, растрепанные волосы и горящие

священной мыслью глаза. Простите, но я не

могу в такую позу свернуться, у меня ноги

растут в противоположном направлении. И

вряд ли смогу в этой жизни... И так я тоже не

могу сделать, это, в конце концов, просто неприлично! Надо как-то незаметно отщипнуть

кусочек от тренерши и сдать на анализ — она

резиновая, нормальный человек в такие узлы

завязаться не сможет. Тридцать пять минут:

конечно, почему бы не поотжиматься

напоследок? Мое тело притворяется дрожащей тряпочкой и отказывается принимать любые

положения, кроме сугубо горизонтального. —

Так, девушки, отжимаемся на платформе,

касаемся ее грудью — кто коснется, у того

грудь красивая! Я коснулась грудью

платформы практически сразу и так и осталась лежать — это считается или нет? Сорок минут:

я не могу так сесть, у меня так ноги не гнутся!

Достать мизинцем руки до мизинца ноги в

такой позе? Это утопия. Что вы делаете?!

Прекратите ломать мне тело! Какая сильная

баба-тренер, такая маленькая и такая жестокая! Фашистка! Я так не сложусь, я из

цельного куска дерева сделана, аааа! Стойте,

не уходите! Разложите меня обратно

немедленно, я сама не распрямлюсь, и в

машину такой раскорякой не влезу! Сорок пять

минут: очень хочется спрятаться за степ- платформу. Я умру в муках прямо на

финальной растяжке — порвусь пополам на

счет «три». Простите меня все за всё! Иии...

хрясь! Пятьдесят минут: кто-то добрый собрал

меня в кучу и откатил к стенке. Занятие

окончено, нас ждут через два дня. Ждите... Але, муж? Приезжай и забирай мои останки.

Господи, как плохо!.. Утро: Ыыыыы!!! Господи,

вчера мне было хорошо, ПЛОХО мне сегодня!

Такое ощущение, что я спала в работающей

бетономешалке