— Серёж, Серёж, ну послушай! — Вот ей неймётся, господи, легли чёрти во сколько, спать бы и спать, а она...
— Серё-ё-ёжа! — Ленка недовольна тем, что я не хочу просыпаться.
— Ну, что тебе?
— Они там трахаются!
— Ну и что? Бог с ними, пусть делают, что хотят, дай поспать! — «Они» — это наши соседи. Мы отдыхали на море, снимая комнату в правом крыле дома, вход у нас был отдельный, через веранду, заходить надо было не через двор, а через садик за домом, что очень радовало, приходи, когда хочешь, уходи, когда хочешь — ни тебе никто не мешает, ни ты никому! Как говорится, хоть голый бегай.
Мы и спали голыми, совершенно не опасаясь, что сюда кто-нибудь зайдёт, только выходя в садик, накидывали что-нибудь на себя — жара. Но в один из дней свобода наша была ограничена. Пришедшая хозяйка, сильно извиняясь, сказала, что подселит на веранду на пару-тройку дней своих не то дальних родственников, не то знакомых знакомых, хрен его знает! Потом, мол, они уедут, а нам она сделает скидку. Неприятно, но что поделать, будем надеяться, что на самом деле на пару-тройку дней.
— Да, — сказала хозяйка уже в дверях, — Они вам сильно не помешают, они глухонемые. Не так, чтоб совсем, но вообще...
Желания встречаться с новыми соседями как-то не возникло, и мы решили пойти в кафе, потанцевать, посидеть там подольше, чтобы вернуться, когда они уже будут спать. Но мы ошиблись. Вернувшись почти в два, мы вообще подумали, что никого к нам не подселили, и лишь потом увидели две яркие спортивные сумки, ласты и сохнущий купальник. Довольные проведённым вечером но сильно уставшие, мы завалились в кровать и, как я не пытался пристроиться к Ленке, ничего не получалось, она сонным голосом умоляла пощадить её, тем более, что вот-вот должны вернуться соседи, а вот завтра, она обещала показать мне небо в алмазах! С этим и уснули.
И тут вдруг она меня расталкивает.
— Лен, давай завтра, я сплю!
— Они там трахаются, знаешь, какой у него!!! — Ленка возбуждена, она явно не даст мне поспать.
— Ну, Ле-е-ен! — я делаю последнюю попытку и понимаю, что это бесполезно, — С каких это пор ты вдруг полюбила подсматривать?
— Да я не подсматривала, там темно, я в туалет пошла, а про них вообще забыла, чуть без халата не вышла, диван же сбоку стоит, вот я краем глаза увидела, что они, уже лежат на диване и, вроде обнимаются, а когда обратно, получается, я прямо на них иду, луна осветила, а они 69 лежат, даже не укрытые, совсем не стесняются, он её лижет, а она у него сосёт, а у него тако-о-ой! — Ленка показывает размер почти по локоть, — И толстый, она его ладонью обхватить не может!
— Таких не бывает!
— Бывает! Она его двумя руками обхватила, одна над другой, а там ещё торчит и головка огромная! А она её лижет!
— Тебе это показалось! Говорил, надо с вечера было сексом заняться, а то... Пьяным неудовлетворённым женщинам всегда большие члены мерещатся! Вот, смотри! — И я наклоняю её к своему вставшему другу. Ленка тут же обхватывает головку губами и начинает жадно сосать. Я запускаю руку ей между ног, господи, да с неё аж течёт! Что она там, правда, увидела? Она на секунду отрывается он члена.
— А она, когда увидела, что я смотрю, мне рукой махнула, мол, иди к нам! — Ленка возбуждена до предела, голос её дрожит, дыхание срывается.
— Ну и пососала бы с ней, сама говоришь, там бы на двоих хватило! — Я разворачиваю жену и ставлю её на кровати раком и с силой вхожу в неё! Она любит эту позу, но мы применяем её не часто, член у меня 21 см, и поза требует осторожности — увлёкшись, можно причинить жене боль. Но сейчас другой случай — Ленка не только завелась сама, но и завела своими рассказами меня!
— Дура-а-ак! — Слово произнесённое шёпотом переходит в громкий протяжный стон. Вот, чёрт, соседи услышат... А,... пусть слышат, сами виноваты! И в ту же минуту страстный стон раздаётся из-за стены. Похоже, они, действительно там трахаются! В подтверждение моих мыслей, в стену начинает равномерно стукать диван. Этот стук и стоны заводят Ленку ещё больше, она насаживается на член с лихой яростью и стонет уже во весь голос.
Интересно, какие же они глухие, эти наши соседи, если стоны за стеной звучат практически в такт с Ленкиными, чувствуется, что её сладострастное мычание заводит их тоже, и когда за стеной раздаётся победный крик, Ленка тоже мощно кончает, совершенно не сдерживая голос и не боясь перебудить весь дом. Влагалище у неё сильно сжимается, я едва успеваю выдернуть оттуда член и обильно кончаю ей на спину. Она разворачивается и подхватывает ртом ещё не успевший опасть член, облизывает его, гоняет за щеками.
— Ты у меня прелесть! Вкуснятина моя! — Она сосет, приговаривая и поддрачивая член рукой. Минет она делает великолепно, и вторая порция спермы брызгает ей в рот уже через пару минут. Всё, Ленка довольна. Я вытираю ей спину, и она, засыпая, шепчет мне: — А она маленькая, худенькая, интересно, как в ней такой помещается?!
На следующее утро, проснувшись, что называется с восходом солнца, я натянул шорты и пошёл в туалет, организм-то не обманешь! Каково было моё удивление, когда осторожно открыв дверь на веранду, соседей я там не обнаружил. Казалось, что всё произошедшее ночью было сном. Но в комнате не было вчерашних ласт, купальника и плавок. Отсутствовала и одна сумка. Интересно, как это они, протрахавшись всю ночь, встали так рано, да ещё и ушли незаметно. Когда же они спали?
Ленка целый день была какая-то рассеянная, думала о чём-то о своём и с интересом вглядывалась в лица встречаемых нами пар, где женщины были худые и невысокие ростом. До меня дошло, что она пытается узнать во встречных наших соседей. Когда я сказал ей, что это практически невозможно, она смутилась и стала ещё более рассеянной. Её не радовала ни отличная погода, ни ласковое море. В конце концов, мы поужинали в кафе пораньше, и вернулись домой часа за два до обычного нашего возвращения.
Когда мы направились к дому, Ленка повеселела и шла так быстро, что мне, нагруженному пляжным добром, пакетом с виноградом, фруктами и бутылкой шампанского, постоянно приходилось её догонять, это её ужасно веселило. Пользуясь тем, что руки у меня заняты, она прижималась ко мне своим, дышащим жаром через тонкий халатик телом, сбивая мне дыхание, давала почувствовать твёрдость сосков и мягкость животика, целовала и со смехом ускользала. Чувствовалось, что ожидание встречи с соседями возбудили её, да и меня Ленка уже порядком подзавела. Каково же было её разочарование, когда мы пришли! Вчерашние вещи все были на месте, а вот соседей не было. Ленка погрустнела на глазах, но до конца расстроиться я ей не дал.
Поставив пакеты на пол, я подхватил её на руки, бросил на кровать, и, задрав халат одной рукой, другой на ходу расстёгивая ширинку, впился губами в её влажную киску. Она обхватила мою голову, прижимая её крепче, но я вырвался, и, не снимая шорт, вошёл в её сочащуюся, но ещё тугую щель. Я долбил её мощно, с напором, а она ожесточённо подмахивала. Я не остановился даже по её просьбе, когда она два раза кончала, а всё долбил и долбил! Почувствовав, что сейчас кончу, я выдернул член из неё, намереваясь дать ей в рот, но не успел. Мощная струя спермы оросила её от лобка до волос головы. Вытерев пальцем капли, попавшие на лицо и облизав его, она наклонилась к опадающему члену.
— Ну вот, весь халат забрызгал! — в томном голосе Ленки нет недовольства, ей понравилось. Может она думала и о другом, но мой напор пришёлся ей по душе, она мурчит как котёнок, облизывая и целуя член, а сама прислушивается к звукам за дверью, но там тихо. Я, чувствуя, что он снова работоспособен, стаскиваю с неё мокрый халат, разворачиваю её, и смачиваю слюной её анус. Ленка не всегда соглашается на анал из-за размеров, ей бывает больно, но сейчас она явно хочет этого. Чувствуя, что сейчас произойдет, она плечами упирается в кровать, расставляет ноги пошире и руками раздвигает ягодицы.
— Давай! — в её голосе страсть и желание. Я медленно надавливаю на дырочку, стараясь не причинять боль, и вижу как головка, а за ней и ствол, медленно погружаются в попку. Меня это жутко возбуждает, но я сдерживаюсь, ещё больше раззадоривая жену
— Ну, давай же, давай! — в её голосе мольба, но я дразню её, периодически останавливаясь. Лену это определённо не устраивает, она соскальзывает с члена, опрокидывает меня на спину, рукой нацеливает член в попку, и, закусив губу, со стоном, резко опускается на него, принимая в себя на всю длину, на секунду замирает, а затем начинает бешеную скачку.
Стонет, кусает губы, теребит себе соски, а я помогаю ей, лаская пальцами клитор, и останавливается только тогда, когда мой член разряжается в попку мощной теплой струёй. Она кончает почти одновременно со мной, весь мой живот залит прозрачной клейковатой жидкостью, вытекающей из её киски. Она замирает на некоторое время, пытаясь поймать ощущения и удержать в себе опадающий член, а потом валится в изнеможении набок. Я вижу её сужающийся на глазах анус и сперму, вытекающую из него. Меня это возбуждает, мне хорошо. Надо идти мыться, но нет сил. Ленка тоже лежит без движения. Я глажу её по попке, она поворачивается, целует меня в губы и прижимается всем телом ко мне.
Жена у меня — прелесть! Стройная, с округлой попкой, небольшой грудью и хорошо развитыми бёдрами — она заставляет своим видом оглядываться от старших школьников, до пенсионеров. Никто не даёт ей её 32, она выглядит максимум на 25, да, что говорить, кто бывает на MaWе или в Porevo наверняка видели фото. Её сексуальность заводит меня с пол оборота, не смотря на количество лет, прожитых вместе. Раньше она всего стеснялась, одевалась в джинсы и длинные юбки, платья и блузки покупала максимально закрытые, стеснялась трахаться днём, а ночью всегда просила выключить свет. Её страстность выдавали только стоны, которые она, как не пыталась, сдержать не могла, и очень этого стеснялась.
Я терпеливо ждал, пытаясь по мере возможностей развить её сексуальность. И моё терпение было вознаграждено, в какой-то момент в ней, наконец-то проснулась ЖЕНЩИНА. Она перестала сдерживать себя, заводилась от собственных стонов, кончала каждый раз, а если ей хотелось, не стеснялась попросить ещё. Мы словно пережили второй медовый месяц, перепробовав практически всё, кроме садо-мазо, это не нравится нам обоим. Тогда-то она и расцвела внешне, сбросив лет пять, минимум. Ибо ничто не делает женщину такой красивой (кроме водки, конечно — шутка!), как секс!
Ленка чмокнула меня в щёку, и нехотя поднялась, мыться, всё-таки надо. Она вытирает себя полотенцем, натягивает мою футболку, вместо испачканного халата, я надеваю шорты, и мы тихонько идём. Приоткрываем дверь на веранду и видим, что соседей ещё нет. Выходим на улицу и заходим в душ, мне кажется, что Ленка разочарована. Я открываю воду и начинаю намыливать её, особо выделяя определённые места. Ленка заводится тут же, трётся животом о вставший член, прихватывает меня за ягодицы, целует в шею, потом приседает, берёт его весь в рот и начинает, энергично покачивая головой, сосать его. Рукой она теребит клитор, постанывая при этом. Чувствуя, что сейчас произойдёт, я с силой прижимаю её голову к себе, проникая членом, по-моему, аж в горло.
Ленка задыхается, мычит, пытаясь вырваться, я не отпускаю, и мы вместе мощно кончаем. Она сидит на коленях, обняв мои ноги, тихонько скулит, как собачонка, прижимаясь ко мне, глаза её прикрыты. Она ещё ловит свои ощущения от пережитого. Я направляю на неё душ, обмываю её, она полощет рот, целует меня в губы и, не вытираясь, натягивает майку на мокрое тело. Футболка тут же прилипает к её телу, аппетитно обрисовывая её формы. Она горчичного цвета, и в темноте может показаться, что Ленка идёт голой. Мы заходим на веранду, соседей всё также нет, и у Ленки вырывается разочарованный вздох. И тут до меня доходит, почему она стала надевать свою пляжную футболку, которая ей почти до колен, а выбрала мою, едва-едва прикрывающую ей попу. Ленке хотелось не только увидеть наших соседей, но и показать себя! Вот сучка!
Эта мысль меня заводит, я чувствую какое-то движение в шортах, и, пройдя в комнату не закрывая за собой двери (раз хочет, чтоб смотрели, пусть смотрят, когда придут), не задавая лишних вопросов, валю её на кровать, раздвигаю ноги и впиваюсь ртом в её сладкую киску.
— Прекрати... , не надо... , не надо... , да, да, здесь, ещё, ещё... , — вид открытых дверей возбуждает её, тело её выгибается и она разряжается густым и ароматным соком, — А-а-а-а... а!!!
Не дав ей опомниться, я вхожу в неё, медленно раздвигая сузившуюся от оргазма щёлку. Вхожу до самых яиц, доставая до матки, упираюсь в неё, затем также медленно выхожу из неё провожу головкой по клитору и снова медленно раздвигаю головкой её губки. Не в силах терпеть эту пытку сладострастием, Ленка кричит, практически во весь голос, кончая несколько раз до того, как я успеваю вынуть из неё готовый вот-вот выстрелить член (ещё раз идти мыться нет никаких сил), валюсь на спину и проливаюсь себе на живот.
Жена вытирает меня полотенцем, движения её вялые, глаза полузакрыты, на лице блаженная улыбка, она слизывает последнюю каплю, вытекающую из головки, я выключаю бра, она падает мне головой на живот, и мы проваливаемся в сон, как в бездонную яму, не потрудившись даже укрыться — жарко.
Просыпаюсь я не только оттого, что кто-то крепко сжимает мой член, но и от каких-то посторонних звуков. В комнате темно, мозг ещё не проснулся, и я не сразу понимаю, что посторонние звуки — это ритмичный скрип дивана за стеной. Дверь в нашу комнату закрыта, но звуки доносятся довольно чётко. Ба, мы же забыли закрыть дверь! Я вопросительно смотрю на жену, показывая глазами на дверь. Нет, она не закрывала. Значит, это кто-то из них! А мы тут лежали голые поверх простыней! Может они не рассмотрели ничего — темно. Хотя... , я же вижу и Ленку, и дверь...
Похоже, что Ленка думает о том же, эти мысли заводят её, и она уже сосёт мой многострадальный член. Откуда это в ней взялось, ведь совсем недавно каких трудов стоило затянуть её на нудистский пляж, а уж снять там хотя бы верх купальника... Господи, чего она хочет, мы же уже сегодня сколько раз, мне же не семнадцать, хотя... Зря я наговариваю на себя — член уже стоит как новенький. Ленка приподнимается, раздвигает ноги, и со стоном опускается на него. Этот стон явно услышан — за стенкой женский голос тоже начинает стонать в такт со скрипом дивана. Ленка подстраивается под ритм, прыгает на члене и стонет в унисон, создаётся даже впечатление, что в резонанс — громкость звука и частота движений нарастают и здесь, и за стенкой с поражающей быстротой. Протяжный, слившийся в один крик означает, что наши дамы пришли к логическому завершению одновременно, и я едва успеваю выдернуть член из жены и проливаюсь на сторону.
Ленка явно разочарована, она хотела получить эту струю в себя, наверное, чтобы потом иметь предлог пойти помыться и встретиться с соседями. Она облизывает член, шепчет ему какие-то ласковые слова, я дотягиваюсь рукой до её попки, глажу, провожу по мокрой щели, зажимаю крепко её клитор. Ленка охает, подаётся навстречу и забывает обо всём. Я запускаю два пальца ей в щёлку, продолжая большим надавливать на клитор, и начинаю плавно, но сильно трахать её так. Она подмахивает, как сумашедшая. Вот ненасытная. Она кончает пару раз подряд, обильно перепачкав мою руку своим нектаром, валится без сил рядом, но когда я пытаюсь убрать руку т её киски, она недовольно мычит. Я потихоньку глажу её там. За стенкой тихо, видимо соседи пошли мыться. Может, правда, пойти познакомиться?! Не зря же я покупал шампанское... Но не ночью же... Сейчас, наверное, часа четыре... Утром, утром... , всё утром... Мысли мои путаются, и я засыпаю.
Луч солнца в глаза, я просыпаюсь, утро. Ленка посапывает у меня на животе, сколько же время? Двенадцать?!! Вот это поспали!!! Я иду в туалет, соседи уже снова ушли, когда же они спят, интересно? Вернувшись, я застаю полупроснувшуюся, оно очень довольную Ленку. Как ни странно, у неё нигде ничего не болит, мы ничего не растёрли и не повредили, не смотря на столь бурную ночь. На пляж идти уже поздно, жара, и мы решаем пойти пообедать в какое-нибудь кафе, а после просто погулять по тенистым аллеям.