Слово из трех букв резко разделило общество на тех, кто «за» и тех, кто «против». ГМО, еще недавно по историческим меркам считавшееся плодом воображения писателей-фантастов, глубоко вошло в нашу жизнь.
Что это такое.
Существует несколько определений ГМО. Википедия предлагает считать генетически модифицированными организмы, генотип которых был искусственно изменен при помощи генной инженерии. Это определение применяется для растений, животных и микроорганизмов. Генетические изменения обычно проводятся в научных или хозяйственных целях. Мы в данной статье будем рассматривать преимущественно хозяйственную сторону вопроса.
Зачем это нужно.
Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO) рассматривает использование методов генетической инженерии для создания трансгенных сортов растений как часть сельскохозяйственной биотехнологии. И считает это естественным развитием работ по селекции животных и растений, расширивших возможности селекционеров. С помощью управляемого процесса создаются новые сорта, расширяются возможности передачи полезных признаков между нескрещивающимися видами.
Но, главная проблема в том, что никакие технологии в сельском хозяйстве и никакая «зелёная революция» не поспевают за ростом населения планеты. Скорее всего, и не успеют, учитывая снижение роста производительности. В 80-х, на планете жило 5 млрд. человек, потом – 6, сейчас уже 7. Рост за 30 лет в полтора раза!
А тем временем, урожайность ГМО-сельхозкультур за счёт снижения потерь от вредителей на 21,6 % выше, чем у немодифицированных, при этом расход пестицидов ниже на 36,9 %, затраты на пестициды снижаются на 39,2 %, а доходы сельхозпроизводителей повышаются на 68,2 %
У нас, как известно, ГМО под запретом.
В начале года Россия приняла новую доктрину продовольственной безопасности. Теперь страна должна не менее чем на 90% обеспечивать себя собственными молоком и молочными продуктами, а также овощами, не менее чем на 85% - рыбой, не менее чем на 60% - своими собственными фруктами. И никакого ГМО. Так и сказано: не допускать ввоз в Россию генно-инженерно-модифицированных организмов с целью их посева, выращивания и т. п.
Для начала нужно различать картинку и суть, ведь еще Маркс заметил: если бы сущность совпадала с явлением, всякая наука была бы излишней.
Радует глаз намерение производить «семян основных сельскохозяйственных культур отечественной селекции – не менее 75%» Но, это мечты Минсельхоза. Кроме пшеницы, где наших семян около 98% надеяться не на что. Отечественные семена свеклы (из нее, как известно, делается сахар) составляют всего 3%. На развитие селекции этого крайне важного продукта в Российской Федерации с 2018 по 2025 г. из бюджета потратят 2,4 млрд. рублей. Плюс столько же будут искать во внебюджетных сусеках. Селекция родного картофеля (доля – 15%) обойдется нам тоже более 11 миллиардов.
Справедливости ради стоит заметить, что разработка одной линии ГМО стоит 20-50 млн. долл. Это под силу только гигантам, типа американской Monsanto.
Губит людей не пиво
Большинство исследований по воздействию ГМО на человека и окружающую среду финансируются производителями этой продукции или государством.
Главный вывод, вытекающий из усилий более чем 130 научно-исследовательских проектов, за 25 лет исследований с участием более чем 500 независимых исследовательских групп, состоит в том, что биотехнологии и, в частности, ГМО как таковые не более опасны, чем, например, традиционные технологии селекции растений. В самом деле, как вы получите желаемое: путем случайных мутаций или целенаправленного изменения генов – не имеет значения.
Весь процесс от разработки нового гибрида до его внедрения методами традиционной селекции уходит в среднем 15-17 лет, с использованием молекулярно-генетической селекции – 5-7 лет.
Селекционное воздействие человека на природу идет с незапамятных времен и неразрывно связано с сельским хозяйством. Но, селекция, как указано выше, очень медленная. Люди нашли несколько способов ускорить этот процесс. Например, радиация или воздействие химических мутагенов, которые вызывают ускоренные неконтролируемые изменения в генотипе организмов. Вопрос один, что хуже: генная инженерия или радиация? Кроме того, ГМО сокращают использование пестицидов на 37% и повышает прибыльность для фермеров на 60%.
Это все придумал Черчилль в 18-м году
Как объяснить свою иррациональную позицию к биотехнологиям? Заговор. Миф о «золотом миллиарде» — наиболее популярная метафора неомальтузианства. Однако, нет никаких оснований считать, что весь глобальный бизнес и вся глобальная политика только и мечтают от безысходности уничтожить большую часть людей. Реальный же бизнес и реальная политика все больше проникаются техноконструктивными идеями и уходят от методов прямой жесткой конкуренции, хотя полностью от них избавятся в глобальном масштабе еще не очень скоро.
Куда опаснее не развивать свои технологии, а выдавать желаемое за действительное и рапортовать о победах. Взять, к примеру, ситуацию с курятиной. По производству «мяса для бедных» мы вышли на четвертое место в мире. Только вот инкубационные яйца и суточных цыплят – поставляют в Россию две транснациональные компании – немецкая Аviagen Brands и американская Cobb-Vantress. Кур у нас пока – завались. Но, стоит заокеанским «партнерам» внести свои яйца в санкционный список…
Практически все наши успехи в сельском хозяйстве базируются не на своих «китах». Чужие технологии, агрохимию и семена мы выдаем как наши «прорывы» и «инновации». К моменту, когда страсти по ГМО улягутся, мы окажемся, как обычно, в роли догоняющих.
Просто в этой теме (ГМО) переплелись многие аспекты: биологический (сохранение биоразнообразия), экологический, финансовый, и политический. И поэтому страна, претендующая на то, чтоб называться развитой, должна владеть своей научной базой, способной пусть не создавать новые ГМО, но хотя бы уметь их выявлять и проверять на безопасность.