(Ссылки на первую и третью части)
Мы продолжаем читать страницы первой книги Библии «Бытие», где рассказывается о великом праведнике и пророке Божьем Аврааме и его потомстве.
В первой части мы остановились на обещаниях Самого Бога-Творца размножить потомство Авраама, как песок морской.
Вообще эта тема Авраама настолько важна, что при заключении завета обрезания и далее Бог скажет об этом несколько раз: «поставлю завет Мой между Мною и тобою, и весьма, весьма размножу тебя» и «ты будешь отцом множества народов», и «и весьма, весьма распложу тебя, и произведу от тебя народы, и цари произойдут от тебя; и поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомками твоими после тебя в роды их, завет вечный в том, что Я буду Богом твоим и потомков твоих после тебя. И дам тебе и потомкам твоим после тебя землю, по которой ты странствуешь, всю землю Ханаанскую, во владение вечное; и буду им Богом» (Быт. 17:2-8).
Для нас важно, что обетование о потомках Авраама сопрягается с неким будущим заветом. С позиций сегодняшнего дня мы знаем, о каком новом, «вечном» завете идет речь. Но на момент этого обетования никто не мог этого даже помыслить. Более того, Авраам пока даже не подозревает, что Господь говорит не о потомстве Измаила, пока его единственного наследника, с которым пророк тогда мог связывать все свои надежды. И Бог тут же уточняет: «…жена твоя (Сарра) родит тебе сына,… и поставлю завет Мой с ним (Исааком) заветом вечным в том, что Я буду Богом ему и потомству его после него» (Быт.17:19)…
Что из данного откровения должен понять Авраам? Потомство его будет велико. Произойдет оно не только от первенца (Измаила), но и от будущего сына Сарры Исаака. Всем его потомкам дается обширная земля в наследие на вечные времена. И, что для нас важно с учетом темы, Господь будет Богом для обеих ветвей, и для детей Измаила, и для детей Исаака.
И, чтобы у праведного Авраама не было смущения о судьбе старшего сына, Бог отдельно уточнит: «и о Измаиле Я услышал тебя: вот, Я благословлю его, и взращу его, и весьма, весьма размножу; двенадцать князей родятся от него; и Я произведу от него великий народ». (Быт.17:20). Но завет Вечный все же будет поставлен только с младшим его сыном – Исааком.
На Земле пройдут еще века и века, родится новый народ, еврейский, который достигнет величия и славы, из него появятся цари и пророки, евреи пройдут немыслимые испытания, окажутся порабощены язычниками, пока на Землю не придет Тот из семени Авраама, Кто и заключит этот Завет, и Сам же исполнит все обетования.
Снова вернемся к теме заповеди обрезания, которую Бог поставит как условие для его исполнения со стороны человека-Авраама. Отныне в знак согласия с волей Божьей будет необходимо обрезать крайнюю плоть всех мужчин дома Авраама и всех младенцев мужского пола в восьмой день от рождения.
Не вдаваясь здесь в подробности символического значения самого этого завета для понимания Священного Писания, отметим, что первенцу Авраама Измаилу на тот момент уже исполнилось тринадцать лет, и он стал одним из первых, кому сделали эту операцию.
Нам не известно, как и сколь долго эта заповедь (обрезания) соблюдалась среди потомков Измаила в те давние времена? И соблюдалась ли вообще? Но через более чем тысячу лет этот закон будет дан уже новому народу, родившемуся от детей Измаила, устами Ангела Господня (по исламскому преданию архангела Джабраила или в нашей традиции Гавриила) через пророка Мухамеда. При этом заповедь обрезания будет повторена с той же поправкой. Всех мальчиков будут обрезать не на восьмой день, как в еврейской традиции, а именно при наступлении тринадцати лет. Это к тому, насколько для человека должны быть небезразличны религиозные традиции, если Сам Бог так щепетилен в таких вопросах.
Чтобы не отвлекаться от основной темы нашего рассуждения придется опустить несколько важных моментов из повествования о жизни Авраама. Это встреча праведника с Господом в лице трех Ангелов у дуба Мамре; суд и уничтожение городов Содома и Гоморры, где Авраам выступит как заступник и ходатай за безвинных людей.
Далее писание нам сообщает о рождении младшего сына Авраама Исаака и о последующем после этого новом конфликте Агари и Сарры.
Причина конфликта та же – ревность Сарры. Ей показалось, что сын Агари Измаил надсмехалсянад маленьким Исааком, которого только отняли от груди. И за одно это Сарра требует выгнать «эту рабыню и сына ее, ибо не наследует сын рабыни сей с сыном моим Исааком (Быт.21:10).
Тут снова необходимо сделать отступление и вспомнить, что за год до рождения сына Сарра услышала эту новость из откровения Господа, данного Аврааму при встрече у дуба Мамре. И тогда, как сказано: «Сарра внутренне рассмеялась (усмехнулась), сказав: мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение?» (Быт. 18:12). И сразу после родов Сарра сказала еще: «смех сделал мне Бог, кто не услышит обо мне, рассмеется, ибо в старости его (Авраама) я родила сына». И сам Авраам, когда ему была открыта новость о будущем рождении Исаака также рассмеялся. Сказано: «и пал Авраам на лице свое и рассмеялся» (Быт. 17:17). И во всех трех случаях (с Саррой, Авраамом и Измаилом) стоит один и тот же глагол, который каждый раз переводится в зависимости от контекста: рассмеяться в смысле смущения и недоверия (Сарра), от радости (Авраам) и надсмехаться, усмехаться (Измаил). Кстати, и само имя Исаак переводится с др. еврейского как «он смеется» или «он посмеется».
Итак, Сарре показалось, что Измаил именно усмехнулся, надсмеялся над ее чадом. Допустим. Однако в любом случае поступок Сарры с человеческой точки зрения кажется чрезмерно жестоким. Но не будем строги. Она, хоть и совершила по отношению к Агари и ее ребенка не доброе, но, как мы узнаем позже, действовала по некоему наитию свыше, так как Сам Господь в этот раз повелит Аврааму слушать голос жены: «во всем, что скажет тебе Сарра, слушайся голоса ее». И при этом Бог почти слово в слово свяжет это требование с обетованием об Исааке: «… ибо в Исааке наречется тебе семя» (Быт.21:17).
Здесь мы встречаем два серьезных богословских момента. Бог вновь подтверждает обетование об Исааке, от которого и произрастет то самое Семя Завета Вечного. И именно ради этого Авраам должен послушать голос жены. А это уже чистая символика, которая должна нам напомнить что-то из уже бывшего и крайне важного. Когда-то Адам послушал голоса жены, и произошло грехопадение как главная катастрофа всех основ созданного Богом бытия. Тогда Бог сказал Адаму: «так как ты послушал голоса жены твоейи ел от дерева,… проклята земля в делах твоих…» (Быт. 3:17). Как праведник Авраам, кажется, поступает совершенно верно, не собираясь снова совершить ошибку праотца. Но в данном случае Сам Бог велит ему поступать наоборот и слушать голос Сарры. Спрашивается, почему и в чем разница?
При грехопадении Адам не просто послушал голос жены, он перестал слышать голос Бога, давшего ему заповедь: не вкушать от древа. Кроме того, однажды ранее Авраам уже послушался Сарру, когда она впервые привела ему Агарь в качестве жены. Правда, в тот раз сказано: «Аврам послушался слов Сары». В данном же случае – все наоборот. Господь Сам велит слушать голос жены. И Авраам повинуется, слыша голос уже не жены, но Самого Бога.
Чтобы разобраться в символизме описываемых событий обратим внимание на первую реакцию Авраама на требование Сарры: «и показалось это Аврааму весьма неприятным ради сына его Измаила» (Быт. 21:11). Так звучит в нашем синодальном переводе, сделанном с масоретского (еврейского) текста. В греческой септуагинте сказано иначе: «И злым было это слово весьма в очах Авраама о сыне его Измаиле». А слово «зло» (а точнее «лукавое») также отсылает нас к событиям грехопадения, когда наши прародители вкусили от древа ведения «доброго» и «злого» или «лукавого» (неправильно переводить «от древа познания добра и зла»). Тогда Адам и Ева возгордились о себе, что сами, без Бога, способны отличить одно от другого и тут же потерпели фиаско. Но, спрашивается, кто теперь сможет отличить «доброе» от «злого», если это стало невозможно человеку? В Ветхом Завете на это дается ответ в пророчестве Исаии: «се дева во чреве приимет и родит Сына … Он будет питаться молоком и медом, доколе не будет разуметь отвергать лукавое (злое) и избирать доброе» (Ис. 7:14). То есть, речь опять же идет о грядущем воплощении Самого Господа, Который, уже как истинный Человек, Один сможет исправить ошибку Адама и Евы.
Здесь нам открывается, что истинный путь спасения не вмещается в сознание даже таких праведников, как Авраам. Вспоминаем слова апостола Павла: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1Кор.9-13).
А сама Сарра в этой ситуации уже становится образом не просто жены, но той, Семя которой и поразит голову змея. И тогда открывается смысл слов Бога, сказанных ранее к Аврааму: «благословлю ее, и произойдут от нее народы, и цари народов произойдут от нее» (Быт.17:16). То есть, отдельное упоминание о Сарре без привязки к мужу возможно указывает на бессеменное зачатие ее будущего Потомка, который и будет рожден Девой без участия земного мужа, и Который замкнет круг мировых событий и восстановит прежнее бытие. И здесь мы, конечно, никак не можем обойти стороной первые слова, сказанные Богом змею сразу после грехопадения наших прародителей, которые все святые отцы однозначно называют первоевангелием: «Вражду положу между тобою и между женою, между семенем твоим и между семенем ее: оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3:15).Хотя, как мы понимаем, ни у дьявола, ни у жены (женщины) в физическом смысле не может быть семени, а лишь у мужа.
О том, что мы идем правильной дорогой, символически связывая этот эпизод Божьего обетования о рождении Исаака с будущим воплощением Спасителя, мы узнаем и из евангельских слов Самого Иисуса Христа, сказанных Им в споре с фарисеями: «Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой, и увидел, и возрадовался (рассмеялся)». (Иоанн 8:56). Это почти прямая цитата о радости Авраама.
Но прежде, чем двинуться дальше, обратим вниманием на еще одну деталь, отмеченную в Библии, когда Измаил «усмехнулся» над Исааком. Строкою выше сказано: «дитя выросло и было отнято от груди, и Авраам сделал большой пир в тот день, когда Исаак (сын его) отнят был от груди» (Быт. 21:8). В одном предложении фраза «отнято от груди» употреблена дважды. И это не ошибка автора и не описка переводчика. Так в Писании двойное употребление глагола всегда означает сущностный смысл обозначаемого. Чтобы разобраться, нам надо посмотреть, в каких еще местах Библии, и в каком контексте говорится подобное. Так в законе Моисея сказано посвящать Богу всех первенцев от скота мужского пола на восьмой день после рождения. «Семь дней агнец должен быть при матери своей, а в восьмой должен быть приносим» (Исх. 22:30). То есть, животное для будущего заклания должно было питаться матерным молоком и укрепиться, и только тогда объявлялось годным для жертвенного ритуала. Также и апостол Павел в своих посланиях использует ту же символику, сравнивая только вступивших на путь веры учеников с кормящимися от груди младенцами: «Я питал вас молоком, а не твердою пищею, ибо вы были еще не в силах» (1 Кор. 3:2), и «Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец; твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла» (Евр. 5:13-14). Здесь мы опять должны вернуться к пророчеству Исаии о Сыне, который родится от девы: «Он будет питаться молоком и медом, доколе не будет разуметь отвергать лукавое (злое) и избирать доброе» (Ис. 7:14). Зафиксируем эту мысль. Питающийся молоком – это символ неопытной молодости, не готовой к серьезной, взрослой жизни, а возможно так и не ставшей на это способной. Еще читаем в Евангелии от Матфея слова Спасителя, сказанные ученикам о последних временах перед Его вторым пришествием: «Горе же беременным и питающим сосцами в те дни» (Мф. 24:19). И все святые отцы, толковавшие этот момент в Писании, единодушно учат нас, что здесь не говорится о физиологических процессах, свойственных женщинам и их чадам, осложняющим им бегство во время от бедствия. Речь идет о горе для тех, кто так и не родили достойных плодов покаяния и не довели порождений своих до степени совершенства, а имеют только начатки веры, что будет недостаточным для оправдания своих душ на последнем Страшном суде.
Хоть мы и все дальше отходим от основной темы, но не можем и не остановиться на символике восьмого дня в Священном писании. Без этого общая библейская картина останется не полной. Как мы помним, именно на восьмой день было положено обрезать младенцев мужского пола, только с этого дня можно было приносить в жертву овец и тельцов. Разгадка, конечно, кроется в особом символическом значении этой даты, относящей нас к самой Жертве Христовой. Но сначала – несколько слов о дне предшествующем, дне седьмом. Когда-то, в начале бытия нашего мира, закончив дела творения, Господь: «почил в день седьмой от дел Своих, которые делал. И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от дел Своих, в которые Бог творил и созидал» (Быт. 2:2:3). Для нас также важно, что в Бытии нет слов, завершающих этот седьмой день, как, например, сказано о дне шестом: «И был вечер, и было утро…». Седьмой день так и не был окончен, но был Богом благословлен и освящен (Быт. 2:3). О важности седьмого дня, который также называется субботой, нам известно также из заповеди, данной Богом еврейскому народу через Моисея: «помни день субботний, чтобы святить его, шесть дней работай и делай в них всякие дела твои» (Исх. 20:8-9). Еще, в книге Исход мы читаем: «Вот, что сказал Господь: завтра покой, святая суббота Господня; что надобно печь, пеките, и что надобно варить, варите сегодня, а что останется, отложите и сберегите до утра» (исход 16:23). И многие до сих пор видят святость этого дня (седьмого) исключительно лишь в таком понимании, в подражании Самому Богу, некогда почившему от дел творения. Но вся полнота смысла этого дня открывается нам только после Воскресения Христова, накануне которого Он «вновь» проведет день в покое, в покое ада, находясь там после крестной смерти по воле Своего же народа. В христианстве этот день называется Великой субботой, и он фактически становится символом окончания всей долгой череды суббот. Именно поэтому в период жизни Спасителя в Израиле шла такая острая полемика о субботней заповеди, так как фарисеи никак не могли понять, что к ним пришел Тот, Кто закончит Божий покой седьмого дня, и тогда, наконец, наступает следующий день, долгожданный день восьмой. Ожиданию этого Священного дня и была «подстроена» вся символика Ветхого завета. О том, что день Воскресения Господня и становится последующим за субботой днем (восьмым) мы читаем в Евангелие: «По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришли Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб…» (Матф. 28:1). На церковно-славянском сказано: «Во едину от суббот…», что дословно означает: «В день один после субботы». Один плюс семь – восемь. Все! Начался день восьмой, символизирующий вечную жизнь будущего века.
Продолжение в третьей части
(Ссылка на первую часть)